Инженер. Система против монстров 9 - Сергей Шиленко
Костоправ, опираясь на стену, сорвал с себя противогаз. Его лицо было красным, мокрым от пота, в глазах горел ужас пополам с недоумением. Он смотрел на это дьявольское свечение, на эту тонкую линию, отделяющую коридор от пылающего ада, и не мог произнести ни слова.
Он, знавший человеческое тело вдоль и поперёк, только что столкнулся с чем-то, что не укладывалось ни в какие рамки. Горыныч, пиромант из их группы, не смог бы выжить в таком пекле, а эта рыжая бестия не горела, она порождала пламя.
Костоправ повернул голову к Медведю. Выдохнул остатки пара из лёгких и произнёс единственное, что пришло ему в голову:
— Девка — огонь.
Глава 13
Второе Сердце
— Семён, Павел, ко мне! — скомандовал Варягин.
Строители, шурша пологом из плёнки, вошли в опасную зону.
— Дверь, — Варягин кивнул на дубовую дверь, ведущую в погреб. — Нужно её запечатать. Герметично. Прямо сейчас.
Павел нервно сглотнул, его взгляд метнулся к щели под дверью, словно он ожидал увидеть выползающие оттуда ядовитые щупальца. Семён молча достал из инвентаря монтажную пену. Встряхнул баллон, прикрутил пластиковую трубку-наконечник и, присев на корточки, начал с нижней щели. Раздалось шипение, и из трубки полезла густая жёлтая колбаса пены. Павел, глядя на Семёна, принялся за боковые косяки. Они работали молча, сосредоточенно, стараясь поменьше дышать.
Варягин не вмешивался, но его присутствие ощущалось физически. И тут в его интерфейсе вспыхнуло входящее сообщение. Не системное, а личное.
От кого: Ира
Текст: «Сергей Иванович, простите! Я не уследила! Олеся! Она побежала в отель!»
Мир Варягина сузился до этих строк. Холодное спокойствие исчезло, протоколы безопасности испарились. Остался только отец, чьё сердце пропустило удар и рухнуло в ледяную пропасть. Он представил свою маленькую девочку, бегущую по коридорам, полным невидимой смерти.
— Семён, ты главный! — рявкнул он. — Закончить герметизацию. Никого не впускать. Связь со мной.
Не дожидаясь ответа, паладин сорвался с места и помчался к шлюзу для быстрой дезактивации.
* * *
Олеся неслась по коридору, как маленький вихрь. Её косы мотались из стороны в сторону, а сапожки «Тихого Следопыта» почти не издавали звуков, лишь тихое шуршание. Рядом трусил Мики. Огромный облезлый лемур размером с дога двигался неуклюже, но быстро, стараясь не отставать от хозяйки. Его большие голубые глаза тревожно косились по сторонам.
Девочка не знала, что именно случилось. Но она чувствовала. Общая тревога, паника взрослых, которую они пытались скрыть. Она не могла просто сидеть в оранжерее и ждать. Олеся завернула за угол, выскочив в главный коридор первого этажа. И замерла.
Посреди коридора, прямо на ковровой дорожке, сидело существо из другого, забытого мира. Маленькое, изящное, с гладкой трёхцветной шерстью и зелёными, как изумруды, глазами. Оно вылизывало лапку с таким деловым и независимым видом, будто вокруг не рухнула цивилизация, а просто хозяева задерживались с ужином.
Обычная кошка.
Девочка остановилась как вкопанная. Мики, едва не врезавшись в неё, тоже замер, удивлённо фыркнув. Олеся медленно опустилась на корточки. В её мире, населённом Шипохвостами, Костогрызами и Смердюками, это создание выглядело совершенно неправдоподобно. У кошки не было шипов на хвосте, лишних лап или крыльев. Она была… нормальной.
— Кис-кис-кис, — прошептала Олеся, протягивая вперёд ладошку. — Не бойся, маленькая. Я тебя не обижу.
Кошка подняла голову. Её уши дёрнулись, изумрудные глаза сфокусировались на девочке, потом на огромном и странном существе за её спиной. Она перестала вылизываться, напряглась, её хвост нервно задергался.
Активирован навык: «Бестиарий»
Стоимость: 2 маны
Над головой существа не появилось никакой надписи. Система его не опознала. Олеся решила, что кошка просто слишком обычная для этого нового, мутировавшего мира.
Девочка улыбнулась. Так даже интереснее. Не системный мутант, а просто… кошка. Она попыталась применить другой навык, главный. Сосредоточилась, направила ментальное усилие.
Активирован навык: «Приручение»
ОШИБКА! Существо не распознано! Приручение невозможно!
Кошка просто смотрела на неё с нарастающим недоверием. Она припала к полу, готовая в любой момент сорваться с места.
— Ты чего? — искренне удивилась Олеся. — Я же хочу с тобой дружить. Нельзя приручить магией, ладно. Давай так…
Девочка сделала ещё один крошечный шажок вперёд. Этого оказалось достаточно. Кошка издала короткое, возмущённое шипение, развернулась и стрелой метнулась по коридору.
— Стой! — крикнула Олеся. — Куда ты⁈
Забыв про папу, про тревогу, про всё на свете, она бросилась в погоню. Жажда обладать этим чудом из прошлого, приручить его, сделать своим, перевесила всё. Мики, недовольно заворчал, но рванул за ней.
Кошка была невероятно быстрой. Она неслась мощными скачками, едва касаясь пола лапами, её трёхцветная шкурка мелькала в приглушённом свете ламп. Вот она юркнула за угол.
— Держи её, Мики! — крикнула Олеся и, не сбавляя скорости, тоже завернула за угол.
Она ожидала увидеть пустой коридор и убегающую точку в его конце. Но вместо этого перед ней выросла стена. Стена, одетая в камуфляжку. Олеся врезалась в эту стену, отлетела назад и плюхнулась на пол. Перед глазами на миг поплыли звёздочки.
Она тряхнула головой и подняла взгляд.
Над ней, огромный и мрачный, как грозовая туча, стоял её отец. Его лицо было таким, каким она его никогда не видела. Не сердитым, не строгим, а… страшным. Каждая мышца на нём напряглась, желваки ходили под небритой кожей. А в глазах бушевала такая буря, что Олесе стало холодно. Это был не папа-командир, а просто папа, которому очень, очень хочется достать ремень и хорошенько выпороть одну непослушную задницу.
— Олеся, — негромко произнёс он. — Что. Ты. Здесь. Делаешь?
Девочка моргнула, всё ещё не до конца осознав, что произошло. Погоня, азарт, кошка — всё это мгновенно улетучилось. Остался только этот грозный взгляд.
— Папа… — пролепетала она, — я… я хотела помочь. А потом… там была кошка! Настоящая! Она убежала…
Варягин на секунду закрыл глаза. Кошка. В тот момент, когда их товарищи умирают от яда, когда весь мир висит на волоске, его дочь гоняется за кошкой. Абсурдность ситуации была настолько вопиющей, что ему захотелось рассмеяться. Или закричать. Он не сделал ни того, ни другого.
— Вставай, — велел паладин. — Раз не умеешь слушаться, придётся запереть тебя до лучших времён.
— Ну, папа! — взмолилась Олеся, на глазах у неё навернулись слёзы. — Я больше не буду! Честно!
— Это приказ, Олеся, а не просьба, —
