Бесполезный человек - Дмитрий Николаевич Москалев

Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 82

себя героем древности, таким же храбрым мужественным, принёсшим огонь людям, знания или особого рода откровение, если бы нашёл то, что искал? И в чём это откровение заключалось бы? Смог ли он открыть тайну? Чего он жаждал найти в Царстве тьмы на протяжении всей своей трагичной, суровой жизни в одиночестве? Себя? Познать скрытое, запрещённое для них и тайное для всех, ограничивающее его свободу и жажду к познанию? Чувствовал ли он себя свободным на пороге конца своей жизни, на закате своей мечты и устремлений? Или всё же впереди его ждал восход? Жажда свободы, та невероятная способность к преодолению преград, желание творить и изменять мир привели его в самый Центр Мироздания, где заканчивалось всё, где начиналась вечная, казалось непроницаемая пустота.

Впереди находился широкий кратер, в центре которого стоял монолитный каменный столб, пятиугольной формы, заканчивающийся острой пикой. Столб искусственно пульсировал, иероглифы светились синим искусственным светом, озаряя чёрные силуэты, стоящие вокруг ровным строем.

– Не может быть! – зал наполняли именно те машины, которые он видел во сне, словно что-то предостерегало его в тот раз, когда он потерял сознание.

Обойдя кратер, и обнаружив ступенчатый спуск вниз, выключил фонарь и приблизился к ним. Трёхметровые создания стояли без движения, подвешенные на прозрачных трубках к далёкому потолку, словно скульптуры древних мускулистых героев. Чёрные, без лиц, вместо них тихо кипела вязкая жидкость. Совсем рядом, в первом ряду от обелиска стояли белые существа, и при каждом биении света их сосуды наполнялись, синим цветом, угасая, преобразовывались в чёрный.

Сверху работали кондиционеры, охлаждая воздух. Похолодало.

Безымянный разглядел под столбом золотой пьедестал с прозрачной жидкостью, под которой на неизвестной табличке лежали миллионы драгоценных кристаллов – все то, что он смог спасти в своей прошлой жизни вместе со своими адептами!

Некоторые ячейки оказались пустыми и ждали своих хозяев. Иные – закрыты навсегда – мертвые.

Подойдя ближе, он обнаружил на полу канавки, подходящие к каждому существу, идущие от обелиска, и заканчивающиеся трубками на их телах, словно каждый из них питался от столба энергией, как младенец в утробе матери.

Когда последовал мощный толчок и тяжелый скрежет, гости стихли, прислушавшись.

– Что происходит? – спросил кто-то из толпы.

– С кораблем что-то не так! Света нет! Ничего не работает! Мы в ловушке! Это западня, нас предали!

– Нужно выбираться отсюда! Куда смотрит Император? Где капитан?

– Император мертв! Лежит в лужи крови!

Многие, испугавшись, расталкивали всех и выбегали из зала, в поисках Харона, что спровоцировало панику.

– К Харону, к Харону! Без паники! Не толкайтесь!

Толпа хлынула к выходу, создалась давка, и люди падали под ноги, их топтали, ломали им ребра, руки.

Эра не покидали голоса, они вели его к спасательной шлюпке.

Некоторые из них только мешали ему, указывая путь к Харону, который ничем помочь ему не мог.

Эр понимал, что умирает, но быть загнанным и зарезанным на собственном корабле он не хотел, и поэтому боролся до конца. Он видел, как толпа убегает к капсуле перерождения, которая в отличие от систем корабля питалась от обособленного генератора, мощность которого хватило бы лишь на его семью. Поэтому его целью была она – спасательная шлюпка. Никакой электроники, лишь примитивный ручной механизм спуска в открытый космос.

Сверху ударил луч света, и обелиск засветился ещё сильнее, капля жидкости подхватила кристалл и унесла к существу, проникнув в голову, затем его можно было разглядеть через жидкость, наполнявшую лицо.

– Да это же Ристалище! – ужаснулся Безымянный, после чего он осторожными шагами незаметно начал возвращаться к подъёму, лучи света продолжали сыпаться сверху на обелиск, вселяя в существа всё новые и новые кристаллы, камни проникали в белые создания, затем в чёрные. Но их было не много, затем обелиск замолчал. Безымянный поспешил.

Отбежав на безопасное расстояние, Безымянный спокойно достал заряд, и установил его в ракетницу.

Затем зарядил и нацелил ствол на пьедестал, не раздумывая, нажал на курок – вспышка, и миллионы кристаллов разлетелись на куски, пронзая тела существ.

Жрец, когда-то их спасший, спустя тысячелетия их уничтожил.

С Ристалищем было покончено. От него остались лишь копошившиеся тела на трубках, взволнованные взрывом. Белому существу разорвало половину лица, с которого капала какая-то вязкая жидкость. Как показалось Безымянному, некоторые из них обрели душу, и дышали…Он почувствовал себя в склепе, где ожили мертвецы, по спине пробежала дрожь от ужаса.

– «Все, все, уходим!» – прошептал Безымянный, пятясь назад.

Шаг.

Философия «Перерождения» за последние десятилетия ничуть не изменилась, ее зарождение началось с поднятия артефактов и закончилось строительством стены, потом, толчок получила философия искусственного интеллекта, у которого был собственный взгляд на мир–взгляд творца. Две философии в итоге сплелись в архитектуре уже едва напоминавшую человеческую, когда ты умеешь творить мускулы, тело, красоту живого создания, разум из пробирки, то в твоих чертах просматривается божественное, сопутствующее сознанию. Возвышенность и стремление к вечному – вот истинный конец философии, ее бесконечность и в итоге отчуждение от человека, как венца творения. От человека в новом остается лишь подчерк художника, но ему самому не остается места из-за собственных комплексов и страхов. Машинный ум создает единый мир, из города, планеты он хочет получить единую машину, единый живой организм. Он хочет оживить сталь и камень, сделав весь мир единым. И если человек не вписывался в картину мира, то ему суждено было умереть.

Безымянный ударом ноги выбил очередную металлическую решетку, но не почувствовал её удар о твёрдую поверхность, она упала беззвучно. Он уже был достаточно далеко от «Ристалища», чтобы опасаться погони, впереди ждало неизвестное.

Готовый сам исчезнуть в пустоте, он пересёк проход и оказался на балконе, с уходящим гладким винтовым спуском куда-то вниз. Затем ощутил себя парящим в невесомости космоса, в вечности и бесконечности, оказалось невозможным определить, где заканчивалось данное пространство. У него не было границ, и не было начала, стояла космическая тишина, нарушаемая его дыханием и шагами.

Жрец чуть было не потерял равновесие и не упал в темноту.

– Оу! Осторожнее! – закричал он самого себя и осторожно вздохнул, экономя воздух.

Остановившись на секунду и оценив обстановку, он, не спеша и долго, стиснув зубы, съезжал вниз и почувствовал каменное дно, ровное и прохладное, показания термометра спали, живительная прохлада прокатилась по телу.

В груди застучало, его природное предчувствие подсказывало ему, что он нашёл то место, которое искал – это был иной мир, нечеловеческий на человеческой Земле.

Затем за колонной открылось

Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 82