Изгой рода Орловых: Черный лед - Данил Коган

и впрямь доставило мне огромное удовольствие. Они мне весь мозг чайной ложкой выели за эти два дня. Но они сделали главное: они подтвердили, что мы с Алексеем — единственные, кто может использовать артефакт. Во-вторых, не имело никакого значения, насколько показательна была презентация. Вернее, я намеренно сделал её таковой. У регента не должно быть сомнений в том, что эту вещь надо использовать сейчас. Я не хочу, чтобы эта штука попала в хранилища Трона, знаете ли. У вашей фамилии и так слишком много власти и привилегий. Отдать вам артефакт, который легко может уничтожить полис, было бы весьма недальновидно. Вы уж простите за прямоту, Ваше Высочество.

— Родион Романович. Давайте без титулов наедине. Я соглашусь, что такое оружие не должно быть во владении одного государства или фамилии. Но вы втянули Алексея.

— Алексея втянула судьба и его чрезмерная юношеская энергичность, знаете ли. Невозможно скрыть то, что он деактивировал артефакт и уложил в саркофаг. Он это сделал на глазах Воронцова! Как вы думаете, куда будет нанесён удар?

— Я знаю. По Орде. Цель уточняется. Да вы и сами догадывались.

— Воот! Сейчас это будет грамотным политическим ходом, да и с точки зрения стратегии, наверное. Да и Пётр Фёдорович преисполнен гнева. По престижу Годуновых нанесён страшный удар. Но пройди даже полгода на «исследования»…

— И артефакт может отправиться в запасники, — продолжил я. — Вы полагаете, у нас просто не было выхода, кроме как продемонстрировать, что мы можем его использовать?

— Ну да. И у нас появилось довольно широкое поле для торга, Алексей, вот что важно. Как бы Пётр Фёдорович ни разбрасывался угрозами — здесь и сейчас мы ему необходимы! А значит, можем получить выгоду от этого положения. Более того. Торговаться мы будем от имени Фиолетового двора, не так ли, Ариана Анатольевна?

— Конечно, Родион Романович. А как же ещё. Более того. Вот увидите, Фиолетовому двору предоставят «честь» провести это самое «возмездие» от своего имени. Я знаю племянника. Он любит оставаться в тени и вряд ли быстро изживёт эту не самую лучшую для правителя привычку.

Княгине весь этот политпросвет был совершенно не нужен. Всё она понимала лучше Синицына. Весь этот разговор она затеяла ради меня, наверное, чтобы расставить все точки над i. Ну и, возможно, протестировать Родиона Романовича — а не идиот ли он. Такое тоже полностью исключить нельзя.

— Так что план такой: мы участвуем в операции «Возмездие», уничтожаем эту зловещую штуковину и параллельно получаем максимальную выгоду от всего этого действа, — резюмировал я.

— Ну, мои пожелания вы знаете, Ариана Анатольевна, — сказал Синицын, побарабанив пальцами по каменному бортику саркофага. — Я буду в ближайшее время занят зарядкой артефакта, поэтому в переговорах полностью полагаюсь на вас и ваше несравненное обаяние и знание характера племянника.

— А у меня нет просьб к Трону, — сказал я немного резче, чем намеревался. — Но…

— Мы с тобой, Алексей, отдельно на эту тему поговорим. Ну или можешь мне делегировать полномочия, как это сделал Родион Романович. Поверь, я ни своего, ни твоего не упущу, — Ариана Анатольевна азартно потёрла ладони. — Просить нужно не злато, ордена или земли. Просить нужно долговременные привилегии для рода или фамилии. Короче говоря, я беру это на себя.

Синицын поклонился.

— Идём, мой мальчик, — сказала княгиня. — Не будем мешать Родиону Романовичу.

Мы вышли в коридор, и пока княгиня не ушла по своим делам, я решил всё же напомнить ей кое о чём.

— Ариана Анатольевна. Есть очень важная мысль, которую нужно донести до регента. Ордой руководит пророк. И любые планы, которые затрагивают его лично… я должен присутствовать при их обсуждении и реализации. Когда я вмешиваюсь в его планы, я перестаю «видеть» будущее. Думаю, моё физическое присутствие тоже делает угрозы недоступными для него. Так что моя главная роль в ударе по Орде — не управление артефактом, а, как бы, информационное прикрытие операции. Поэтому секретность должна быть не только в том, чтобы просто ограничить круг посвящённых в подробности людей.

— Я подумаю, как преподнести это Петру Фёдоровичу, — проговорила она. — Ты прав, я об этой особенности не подумала. Надо какую-то версию ему скормить, где будет как можно больше мистики. У тебя всё?

— Да, я прошу, это важно. Попробуйте до него достучаться.

— Конечно, милый. А теперь мне пора на презентацию нового общества «Помощи семьям пострадавших в Ужасной ночи». Ты главное голову не потеряй во всех этих перипетиях. Я в буквальном смысле говорю, а не в метафорическом.

— Непременно оставлю голову на плечах, Ариана Анатольевна. Она мне и самому, если честно, нравится.

Глава 17

«Возмездие»

На следующий день я постарался все свои дела вроде тренировки сделать до совещания. Благо во дворце был шикарный заклинательный зал со своим нейтральным источником. Покруче, чем у Воронцовых. Некоторые простейшие знаки у меня получались уже почти на автомате. Правда, я старался не торопиться и, пока не отработаю «обязательную программу», дальше не двигаться. А зал использовал в основном для прокачки средоточия. В отличие от стихийного сердца, размер средоточия «не имел значения». Оно развивалось скорее качественно, а «размер», визуализированный во внутреннем мире, означал скорее «максимальную пропускную способность». Скорость сотворения печатей — настоящих печатей, а не той фигни, которую я мог выдать сейчас, зависела как раз от этого параметра средоточия.

Про стихийные техники я тоже не забывал: тупая огневая мощь иногда решает.

В общем, утро я провёл с пользой. Затем полчаса подготовки — и я побрёл в сторону соседней башни дворца. На весь маршрут, согласно выкладкам Кая, должно было уйти не менее получаса энергичной ходьбы, включая задержки на пропускных пунктах, числом шесть.

* * *

Наследников регент собрал на территории Синего дворца. А вот совещание, на которое меня позвали, должно было проходить в «царских палатах» — рабочей башне императора. Помимо того, что там и защита получше, и заклинаний понаверчено, в выборе места проведения совещания угадывался ещё и определённый политический посыл. Никто не сомневался, что Пётр Фёдорович будет коронован, как только позволят приличия. Но выбор места должен был исключить даже тень сомнения в головах генералитета или же чиновников, которые будут присутствовать на встрече. Пётр Фёдорович уже император во всём, кроме названия. Ну, я так думаю.

Наконец, после того как