Влад - Дея Нира
Влад боролся с собой, заставляя себя удалиться от нее, хотя его с такой же страшной силой тянуло обратно.
Хотелось заключить Елену в объятия и не выпускать, но багровые буквы в проклятом договоре пламенели перед его мысленным взором.
Она ничего не узнает, если только не вспомнит сама и не выберет его по собственной воле. Влад не имел права сказать ей и слова, напомнить о том, что связывало их когда-то. Если ее дремлющая память полностью не пробудится – Елена будет потеряна для него.
Он замер на краю скалы, вдыхая свежий ночной воздух, в котором чувствовался приносимый ветром запах добычи. Ярость так и затрепетала внутри.
– Ты все сделал для того, чтобы обмануть нас обоих! – Ночную тьму разорвало яростное рычание зверя. – Она так и не вспомнила меня. Хотя у нее бывают видения. Но этого мало!
Рядом возник крупный, угловатый силуэт, сотканный из красных теней.
– Ты говоришь так, хотя знаешь меня с детства, – пророкотал коварный шепот. – Досадно это слышать. Но я понимаю: ты расстроен. И все же думай, что говоришь.
Влад сжал кулаки так, что они побелели.
– Ты знал, как будет. Заманил меня в эту ловушку, которую так хитроумно устроил. Ты все рассчитал!
Громогласный смех сотряс воздух, отражаясь эхом от скал.
– Но ты на все согласился, разве не так? Свободная воля позволила тебе сделать выбор. Или я что-то упустил?
– Ты всю мою жизнь стоял за моей спиной, чтобы привести к тому, что случилось. Ты ждал, когда я оступлюсь, и подкармливал мою злость и ненависть. А теперь мы навеки связаны.
– Но разве ты не получил взамен беспредельную власть и силу? Бессмертие, в конце концов?
Влад скрипнул зубами.
– Я томился в проклятом гробу несколько веков, пока случайно его не обнаружили. Полагаешь, все эти годы я мог наслаждаться подобным существованием?
– Главное, что ты был жив. Точнее, твое сознание. Душа Елены ждала перерождения. По договору, из-за того, что случилось с Еленой, она тоже несла свое наказание. Как мы и договорились, я сделал так, чтобы вы встретились снова, но не обещал, что вы останетесь вместе. Между прочим, ты наивно полагаешь, что Петру случайно ее встретил? И гроб с твоим телом был поднят из мрака забвения тоже случайно?
Влад молчал, но злость еще не унималась в нем.
– Иди и успокой свою жажду, – произнесла красная тень. – Ты хорошо служил мне, а я в ответ служу тебе. Таков договор. Принеси мне больше душ, и, быть может, я окажу тебе кое-какую милость.
Влад обернулся, но фигура исчезла. Он знал, что это ненадолго. Они были вместе всегда, сколько он себя помнил. Демон ада и проклятый отступник.
А внизу простиралась долина с деревнями, где люди погрузились в безмятежный сон.
Там билось множество живых сердец…
На окне деревенского дома, зацепившись за гвоздь, висела длинная гирлянда чеснока, но его запах не мог остановить древнего вампира, а лишь вызывал раздражение и уж точно не был способен отвадить нечисть от человеческого жилища или защитить этих наивных крестьян.
Впрочем, у них было то, что призраку было очень нужно сейчас, – сладкая и горячая кровь!
В доме уже спали: молодая пара почивала, обнявшись. Призрак видел их в глубине комнаты, замерев у окна подобно неотвратимой и безжалостной тени. У края постели дремала молодая крестьянка. На гладком лице с пухлыми щеками мелькала сонная улыбка. Длинные белокурые волосы свисали вниз, а из-под белой рубахи соблазнительно выглядывало округлое плечо.
Она была, как говорят, «кровь с молоком».
Его голодный взгляд так и впился в очертания ее фигуры и лица. Затем призрак развернулся и исчез в темном амбаре, попутно мысленно приказывая спящей последовать за ним.
Можно было поступить как тогда – с той милой парой молодоженов, – но сейчас призраку не хотелось возиться с обоими, он желал вкусить только теплое женское тело.
Меж тем девушка выпрямилась и села на постели, будто ее разбудил кто-то невидимый. Муж ее только что-то пробормотал и перевернулся на спину, продолжая мирно спать. Она же еще пребывала в состоянии полусна и плохо соображала, зачем встала и медленно пошла к выходу. Девушку позвал чей-то властный и настойчивый голос, и она не могла ему сопротивляться. Босые ступни тихо мелькали под длинным подолом, когда она пересекала двор, где темнел амбар с приоткрытой дверью.
В амбаре сильно пахло душистым сеном. Невольно она вдохнула его свежий аромат, смешанный с запахом свежескошенной травы. Крестьянка пересекла амбар, где с обеих сторон от нее стояли скирды заготовленного сена, дойдя до самого конца, где были разбросаны охапки полевых цветов. Она собирала их сама, чтобы отобрать лекарственные растения и лечить домашних от всяких хворей.
Ноги чуть кололи жестковатые соломинки, а от утоптанного земляного пола исходила прохлада. Похожим холодом обдало и сбоку, а потом и со спины, когда невидимая рука скользнула под рубашку, обхватывая полную теплую грудь.
Девушка ахнула, но ее тут же развернула неведомая сила. Она ощутила на своих губах мужские губы, которые впились в нее жестоким поцелуем. Потрясенная этим напором, она стряхнула с себя остатки сна, но не смогла закричать: воля необъяснимым образом ослабела. Она все понимала и чувствовала, но ничего не могла сделать, чтобы воспрепятствовать незнакомцу. Впрочем, уже спустя несколько мгновений от его смелых прикосновений совершенно подкосились ноги, и вот крестьянка уже лежала на ворохе соломы и травы, постанывая от диких безудержных ласк. Ей хотелось еще! Больше!
Но призрак не мог слишком долго забавляться с добычей: жажда достигла своего апогея. Острые клыки жадно сомкнулись на шее, глубоко вонзаясь в трепещущую плоть. Кровь брызнула горячим фонтаном в рот, и призрак стал ненасытно глотать ее, как чудесный эликсир. Женское тело содрогалось в его руках в предсмертной агонии. Жизнь покидала девушку вместе с кровью, но вскоре, если ей не отрежут голову и не вобьют кол в сердце, она сможет охотиться на других наивных крестьян.
Насытившись, он осторожно положил безвольное остывающее тело на ворох полевых цветов.
Сколько призрак оставил их после себя – таких безжизненных и обреченных на долгие скитания во тьме?
Впрочем, он старался не горевать и не жалеть ни о чем. Все равно потерянного не вернуть, но можно было брать то, за что он когда-то заплатил высокую цену.
Глава 22. Тайны минувшего
Петру хмуро смотрел на мокрый сад из окна своего кабинета. Бурный ветер усеял сорванной листвой все
