он на секунду зажмурился. — Что это мой подарок. Что я… сожалею, что не смог вручить его лично. Что я ждал подходящего момента… столько, сколько мог…
Талли мягко, но твёрдо положила ладонь ему на напряжённое плечо, пытаясь передать через прикосновение хоть крупицу поддержки.
— Не волнуйся, я передам каждое слово, — пообещала она.
Адриан глубоко, с присвистом вдохнул, провёл трясущейся рукой по лицу и волосам. Затем медленно наклонился над кроватью и легко, почти невесомо коснулся губами бледных губ Мелиссы. Его собственные губы обожгло ледяное прикосновение. Наконец он выпрямился, замер на мгновение, пытаясь запечатлеть в памяти её образ, и направился к выходу, больше не оглядываясь.
Они молча, один за другим, покинули покои, и в коридоре их встретил резкий сквозняк. Каменные стены, освещённые тусклыми магическими светильниками, казались особенно мрачными. Во внутреннем дворе царила сдержанная суета: воины проверяли коней, каждую подпругу и пряжку. Сэр Лестар стоял в стороне, прислонившись к колонне. Адриан молча принял из рук подошедшего воина алый плащ и накинул его на плечи. Затем машинально натянул на голову тёплый, шерстяной шарф, скрывая лицо от ледяного ветра. Пустыня в этот день была особенно безжалостна: порывы рвали воздух с воющим звуком, словно голодные хищники. Он глубоко вдохнул, и дыхание тут же превратилось в белое облачко пара. Здесь, под низким свинцовым небом, напряжение, давившее в покоях, слегка ослабло. Он не хотел уезжать, но долг звал неумолимо, и его голос был громче любого желания.
Талли стояла рядом с Брайаном, чуть в стороне. Её глаза покраснели и опухли от слёз, губы были плотно сжаты. Она цепко держала его руку в обеих своих ладонях, боясь, что стоит разжать пальцы, и он исчезнет.
— Будь осторожен, — прошептала она, едва слышно, так что слова долетели только до него.
Брайан наклонился к ней, его шершавые пальцы нежно откинули выбившуюся прядь белоснежных волос с мокрой от слёз щеки. В этом простом жесте было столько тепла и обещания, что у неё снова перехватило дыхание, горло сжалось спазмом.
— Я буду ждать тебя, — тихо, но абсолютно уверенно ответил он, глядя прямо в её глаза. — Всю жизнь, если потребуется.
Девушка лишь молча кивнула, не в силах вымолвить ни слова, боясь, что голос подведёт и она разрыдается здесь, на глазах у всех. Она прижалась лбом к его груди, в последний, украденный миг позволяя себе эту слабость, в последний раз ощущая живое тепло его тела сквозь толстую ткань плаща. Он крепко, почти до боли обнял её, задержавшись на секунду дольше, чем позволяли приличия, и медленно, нехотя отпустил. К ним ровным, отмеренным шагом подошёл Лестар. Лицо его было сурово, а голос низок.
— Время. Вам уже давно пора. Дорога не ждёт.
— Понимаю. Спасибо, что позволили нам остаться, — ответил Брайан, кивая.
Мужчина лишь коротко, почти незаметно кивнул, не удостоив ответом благодарность.
— По коням! Сопроводите их! — бросил он через плечо своим людям.
Двое асуров ловко вскочили в сёдла. Адриан тоже взобрался на своего мощного, вороного скакуна. Перед тем как тронуться, он замер и бросил долгий, тоскливый взгляд на высокие окна крепости — туда, где навсегда осталась часть его сердца. Брайан, прежде чем сесть в седло, в
