Система для друзей. Том 2 - Люцида Аквила
Она встретилась взглядом с Юй-ди и уже приоткрыла рот, чтобы, видимо, поприветствовать его или спросить, зачем он ее призвал, но потом почувствовала темную ци и резко обернулась на Цияна и Гуань Яна. Растерянность на ее лице уступила узнаванию с намеком на радость.
– Ох, это же вы!
Доуму вдруг бросилась в их сторону. Гуань Ян тут же подлетел к Цияну и спрятал его себе за спину. Алый туман растекся под его ногами, предостерегая вместе с пугающим взглядом, которым он исподлобья прожигал божеств.
– Ни шагу дальше, – прорычал он сквозь стиснутые зубы.
Доуму послушно остановилась.
– Я не хотела ничего дурного. – Она подняла все восемь рук в сдающемся жесте. – Яньло-ван, не гневайся. – Ее голос звучал мягко.
– Мне нужна твоя помощь, – спокойно произнес Юй-ди у нее за спиной. – Ю Циян видит вещий сон о смерти другой версии Яньло-вана в его родном мире. Я хочу отправить туда его дух, чтобы он смог предотвратить чужую гибель.
– М? – задумчиво протянула Доуму, повернувшись к Юй-ди. – Вы уверены, что сон не вводит в заблуждение? Другие версии отнюдь не бессмертны и после воссоединения могут погибнуть. Возможно, другая версия господина Ю уже пришла в тот мир, поэтому господин Гуань должен умереть? – Она взглянула на Цияна через плечо. – Вы не видели себя в том сне?
Циян покачал головой, даже не задумываясь. Этот сон настолько въелся в его память, что он мог с ходу ответить, что в нем было, а что нет.
– Более того, как я понял, время здесь течет в четыре раза быстрее, чем в том мире, и там с моей смерти прошло всего полгода. Пришествие моей новой версии и знакомство с Сяо Яном не могли случится так быстро. Я уверен, что мы еще не встретились, – добавил он.
– Хм… – протянула Доуму, опустив взгляд в пол. – Предчувствие нельзя игнорировать… Все-таки версии связаны между собой, и линии жизни тянутся через миры, – пробормотала она себе под нос и вновь посмотрела на Цияна. – Откровенно говоря, мне несложно помочь вам, господин Ю, вернуться в тот мир ненадолго, но, как уже было сказано, это очень опасно. Поскольку это временный переход, ваше тело останется здесь, а дух отправится туда. Если в процессе что-то пойдет не так, ваш дух погибнет, а тело превратится в пустую оболочку. Вы готовы пойти на такой риск? – Ее взгляд скользнул к Гуань Яну, и тот покачал головой.
– Нет, – сказал он. – Мне эта идея не нравится, но я понимаю, почему ты хочешь это сделать, – уже мягче добавил Гуань Ян, глядя на Цияна.
– Да, – глухо ответил Циян и посмотрел на Юй-ди. – Отправьте меня к нему. Я готов, – заверил он, хотя совсем не чувствовал себя готовым, но он был обязан пойти на это.
Нефритовый император смерил Цияна оценивающим взглядом, явно не поверив его словам и полагаясь на собственное чутье и понимание человеческих душ. Он выдержал небольшую паузу, прежде чем выдохнуть и обратиться к Доуму:
– Проложишь путь по его линии жизни?
Когда Доуму кивнула, Юй-ди взмахнул рукой, и под ногами Цияна появилась магическая печать – круг со множеством символов внутри.
– Яньло-ван, тебе лучше отойти, чтобы не создавать помех, – спокойно сказал Юй-ди, когда демон заступил в круг.
Гуань Ян стиснул челюсти, повернулся к Цияну и притянул его к себе, заключая в крепкие объятия.
– Будь осторожен. Не сопротивляйся, когда начнет затягивать обратно в этот мир. Не делай ничего пугающего или странного, твое духовное тело и разум будут направлять тебя на пути, так что прислушивайся к ним. Пообещай, что не задержишься и, что бы ни случилось, не станешь цепляться за другого меня. Я понимаю, что он дорог тебе, но если твой дух начнет сопротивляться возвращению, то ты можешь погибнуть. Обещай, что вернешься.
– Обещаю, – сдавленно прошептал Циян в кольце чужих рук. Гуань Ян сжимал его так крепко, будто хотел вобрать в свое тело и кости, будто никуда не хотел отпускать. Еще чуть-чуть – и Циян бы испустил дух из-за него, а не из-за заклинания.
Юй-ди молчаливо смотрел на них, а в его темных радужках таились нечитаемые эмоции. Невозможно было точно сказать, что он чувствовал, глядя на Яньло-вана и Цияна. Вспоминал ли Гуань-ди и его судьбу, видел ли его в Цияне и одобрял ли связь человека и бога? Выражение его лица почти всегда было спокойным, как у хозяина, с радушием принимающего гостей, а все его истинные чувства оставались скрыты за семью печатями.
Доуму в этот момент рассматривала что-то на потолке, словно изучала нити невидимой паутины, растянувшейся над головами, и не обращала никакого внимания на чужое прощание.
Когда Гуань Ян отпустил Цияна и наконец отошел в сторону, покинув магический круг, Доуму отыскала все, что было ей нужно, и перевела взгляд на присутствующих. Печать под ногами Цияна уже напиталась духовной силой Нефритового императора и теперь горела ярким белым светом, который отогнал от лекаря все тени.
– У тебя будет совсем немного времени, по истечении которого ты вернешься сюда, – спешно объяснил Юй-ди, когда Доуму шагнула к печати. – Никуда не сворачивай, ни за кем не следуй и не отвлекайся. Твой дух – это листок, гонимый ветром, и не более. Попробуешь изменить направление полета – пропадешь, – закончил он, предупреждающе понизив голос.
Доуму тем временем присела на корточки рядом с краем печати.
– Ощущение от перехода напомнит прыжок под потолок. Не пугайтесь. – Она опустила две из восьми рук на светящуюся круговую линию.
Циян взволнованно переглянулся с Гуань Яном, который смотрел на него с плохо скрываемым страхом в глазах.
– Все будет хорошо, я справлюсь, – одними губами шепнул Циян, не зная, кого из них двоих пытается успокоить.
Печать под ногами засияла ярче, осветив его снизу вверх, словно прожектор. Столп света ударил в потолок и окутал его целиком. Циян резко заморгал. Рука невольно потянулась к лицу, чтобы прикрыть глаза. В этот же момент он почувствовал, как земля ушла из-под ног, а тело будто вытолкнули куда-то наверх. Это длилось всего пару мгновений, но он успел ощутить себя всадником на ракете, поднявшейся с глубин моря. От перепада давления у него заболела голова, к горлу подступила тошнота, а перед глазами все померкло.
Первое время Циян был дезориентирован и не понимал, где небо, а где земля. Он словно стал воздушным шаром, зависшем в воздухе, в пустоте. Его тело окутывала легкость, а сам он больше не чувствовал ни
