Квестер - Андрей Владиславович Немиров
Ознакомительная версия. Доступно 21 страниц из 140
в ответ на его недоуменный вопрос. — Я устала жить этой серой жизнью, устала сидеть дома и ждать тебя с работы, устала пялиться в телевизор и болтать с соседками! Я не могу так больше жить, ты слышишь, Томас, я не мо-гу так больше жи-ить!Напрасно Том успокаивал её обещаниями «что-нибудь придумать», напрасно упоминал о своих друзьях Джейке и Роберте, которые «не забудут старину Тома»… всё было напрасно.
— Твои «друзья» Джампер и Уилли теперь не друзья тебе! — зло ответила ему Саманта. — И знаешь почему? Потому что они дружат и всегда дружили только с теми, кто движется! А ты, до-ро-гой (она с какой-то злой издёвкой выговорила это слово), ты, до-ро-гой, не движешься. Ты — как каменная статуя, ты — как памятник: тебя, в лучшем случае, они только помнят!
И она, роняя лоскутки на ковёр, ушла в спальню, а Томас, опешивший от слов жены, всю ночь просидел на диване в гостиной, размышляя над её словами.
По его-то мнению, всё было очень неплохо: хорошая работа, которую он выполнял легко и с удовольствием, достойная зарплата, гарантии и всё такое…. Арнольд был на хорошем счету, его ценили…, хвалили… Правда, не повышали, но… разве в этом счастье? Ведь счастье, настоящее счастье для него всегда было в том, что больше всего на свете, больше своей работы и даже больше жизни он любил красавицу Саманту, и в том, что эта самая лучшая в мире женщина была его женой!
Тогда он предположил: всё дело в том, что у них нет детей. Саманта не хотела детей, она боялась стать матерью, боялась потерять свою красоту. И Том решил, что он уговорит её.
«Нужны дети. — думал он, — много детей. Природа возьмёт своё и всё будет хорошо, и всё станет так, как раньше!»
Как ни странно, Саманта с ним согласилась. У них родился сын, а через два года — двое замечательных дочурок-близнецов. И Тому показалось, что жизнь снова налаживается.
Но это только казалось. И ещё: родители предупреждали Томаса, что дыры в семейных отношениях нельзя затыкать детьми. Он не прислушался.
Следующая истерика была ещё сильнее первой. Саманта крепко напилась на какой-то вечеринке, и вернувшийся с работы Томас застал её в гостиной собственного дома с двумя мужчинами. Парни, увидев в дверях здоровенного Арнольда, поспешили сделать вид, что просто довели пьяную женщину до дома и спешно ретировались, да и Тому было не до них: так он был ошарашен поступком жены. Но Саманта…
Она кричала, что вышла за него только потому, что ему пророчили блестящую карьеру, что она мечтала жить не в этом сраном Блюмонде, а в Нью-Йорке, Вашингтоне, Лос-Анжелесе, Париже…, что она была достойна иной судьбы, что перед её красотой преклонялись сенаторы и генералы, и что достаточно было одного её согласия, чтобы у неё было всё: дорогие платья и автомобили, яхты и бриллианты, поездки в Европу и отдых на Таити, деньги, связи, аристократические приёмы, закрытые вечеринки…, что эти надутые клушки Рита Джампер и Памела Уилли целовали бы её туфли, чтобы только постоять рядом с ней…
— И всё это я, дура-дура-дура, променяла на эту грёбаную жизнь с тобой, с грёбаным неудачником, который уже десять лет гордится своей сраной должностью начальника Отдела Подглядывания За Сраными Журналистами, — визжала она, — я, кретинка, надеялась на тебя, любила тебя, рожала от тебя детей, я думала, что ты — настоящий мужчина, который сделает мою жизнь достойной моей внешности…, я, дура набитая, ждала все эти годы, что ты одумаешься, что все твои грёбаные способности, наконец, будут замечены а ты, самодовольный толстожопый болван, даже и не попытался добиться более-менее приличной должности…
Саманта упала на диван и зашлась в рыданиях. От неё противно несло алкоголем, косметика размазалась по лицу, причёска растрепалась, платье сбилось…, словом — сейчас она была очень некрасивой и выглядела очень несчастной. Остолбеневший Томас понимал, что он вправе наорать на неё, выгнать из дома и даже ударить …, но хотел он только одного: обнять жену, прижать её к себе, успокоить, чтобы она больше не плакала и не издавала этих истерических воплей, от которых вот-вот проснуться дети… И ещё — ему было очень жаль её, и он… чувствовал себя перед ней виноватым. Том сел рядом с Самантой и погладил её по голове. Саманта вдруг вскочила, развернулась и, с силой оттолкнув мужа, прокричала ему прямо в лицо эти слова:
— Я ненавижу тебя! Ты, жалкий неудачник, недостойный такой женщины, как я, ты погубил всю мою жизнь! Я презираю тебя, мне противно спать с тобой, я ненавижу детей, рождённых от тебя! Ты жирная тупая свинья, думающая только о своей дурацкой работе, ты недостоин даже моего мизинца, а я отдала тебе всё… Скотина! Самодовольная, тупая и бессердечная скотина… Какая же я ду-у-ра-а!
И Саманта вновь разревелась. Потом её вырвало прямо на ковёр. Потом проснулись дети и Томас кинулся их укладывать. Когда он вернулся, его жена уже крепко спала.
3
С тех пор мира в их семье не было. Каждый раз, когда Арнольд возвращался с работы, хмельная Саманта (она частенько стала крепко выпивать) неизменно говорила ему:
— Опять спасал задницу страны? Молодец, мой герой! Не забудь только заодно спасти задницу своей семьи, неудачник!
И уходила в спальню.
Томас был вне себя от подобных сцен, повторявшихся почти каждый вечер. И однажды не выдержал — позвонил Джейку Джамперу, который уже тогда был начальником отдела контрразведки Вашингтонского филиала. Впервые, сломав свою гордость и вопреки своим убеждениям, Томас… попросил его о протекции. «Ради детей, — говорил себе он, — только ради детей!»
4
Джампер встретился с ним на следующий день. Прервав откровения Томаса где-то на середине (Джейк никогда не умел слушать друзей), он сказал:
— Не печалься, старик! Тебе не повезло с женой, но у тебя есть друзья. Джейк Джампер — один из них и, хотя он и не Господь Бог, он тебе поможет. Предлагаю тебе место моего помощника. Исключительно в память о нашей дружбе. Это Том, максимум того, что в моих силах, ты понимаешь. Всё остальное будет зависеть только от тебя: трудись и тебе, как говориться, воздастся…
Узнав о повышении Тома, Саманта только пожала плечами.
А Томас с головой ушёл в новую работу. Он, рано поседевший от семейных передряг, вдруг почему-то посчитал, что ещё не поздно всё исправить. Он решил доказать Саманте, что всего можно достичь. Он брался за самые каверзные, самые «скользкие» задания, он лез из кожи вон.
Ознакомительная версия. Доступно 21 страниц из 140
