Галина Чередий - Связанные поневоле

Ознакомительная версия. Доступно 19 страниц из 126

Я закрыла глаза и уткнулась лицом в его плечо.

— Зачем ты только связался со мной, — пробормотала я. — Я же вся сломанная, покалеченная внутри. Зачем тебе со мной мучиться?

— Глупая женщина! Мучаюсь я без тебя. И сам не знаю, как так вышло, что ты мне нужна больше всего на свете. Вот такая, какая есть. Сломанная, огрызающаяся, вся такая жесткая и колючая снаружи и ранимая, нежная внутри. Со своей чересчур умной головой, что вечно себе черт-те чего выдумывает. С руками, что не из того места растут даже для того, чтобы кофе сварить. Со всеми твоими заморочками. С телом, что делает меня слабоумным, озабоченным придурком, стоит только подумать о тебе голой. Со ртом твоим, которым ты можешь и отхлестать словами так, что хоть вздернись, но можно и душу пожелать продать за повторение, когда ласкаешь. Не могу без тебя просто. Не потому, что метка тянет или связывание вынуждает. Люблю, и все тут. Знаю, ты не веришь. Думаешь, что слишком быстро. Но я в своем уме и уверен в том, что чувствую. Не хочу давать тебе никаких обещаний и требовать от тебя доверия. Я знаю, что это сложно для тебя. Клянусь тебе только, что я скорее отгрызу себе руки, чем хоть когда-то подниму их на тебя или на наших детей. Лучше сдохну, чем нарочно боль тебе причиню или стану к чему-то принуждать. И я собираюсь доказывать тебе это каждый божий день, столько, сколько нам отпущено, если ты согласна попробовать.

— Со мной легко не будет, — предупредила я, глядя ему в глаза.

— Но зато ведь и не заскучаю, верно? — ухмыльнулся мой муж.

Вот же… оптимист.

— Ну, раз так, давай рискнем. Только потом не жалуйся. Остановок не предусмотрено, Монтойя. Тормозов нет в принципе, — позволила я себе улыбнуться ему в ответ.

— Ну и слава Богу!

— Э-э-э, Северин? — послышался мужской голос и какие-то звуки со стороны калитки.

— Да, Бен! — откликнулся мой муж.

— Я могу уже к вам подойти? — неуверенно спросил мужчина.

— Милая, ты готова увидеться со своим кузеном Бенедиктом? — спросил меня Монтойя, вытирая мне зареванное лицо краем своей футболки.

— Не то чтобы очень, — буркнула я. — Но чего уж там.

Бена я помнила совсем мальчишкой, поэтому действительно была удивлена, увидев появившегося перед нами молодого высокого мужчину в полицейской форме.

— Здравствуй, Юлали, — улыбнулся он немного смущенно. — Очень рад видеть тебя живой и здоровой.

— Привет, Бен. Не могу сказать, что рада быть здесь, но к тебе это никак не относится, — ответила я.

— Да я все понимаю, — кивнул парень. — Вы надолго?

— Нет. Я только хочу увидеть могилу матери и убраться отсюда как можно скорее.

— Жаль. Просто мой отец ведет дела твоей семьи все эти годы. Он хотел бы повидаться с тобой, чтобы определиться, что делать с имуществом и финансами.

— Мне плевать! — отрезала я. — Дом хоть сожгите, хоть продайте, хоть даром отдайте любому нуждающемуся. И все остальное тоже раздайте всем, кому это нужно!

— Но ты же понимаешь, что без твоих подписей и личного присутствия все это будет затруднительно и незаконно.

— Бен, моя жена сказала, что ее это не интересует! — рыкнул Северин, и Бен неловко замялся. — Если все это так необходимо, я пришлю поверенного с правом подписи, и он все уладит.

— Ладно. Как скажете. Вас проводить к могиле твоей мамы?

Я поднялась, и Северин встал с земли вслед за мной.

— Нет. Спасибо, Бен. Я все найду сама.

— Хорошо, — вздохнул он. — Ну… еще увидимся?

— Это вряд ли, — честно сказала я, и Бен, не глядя в глаза, кивнул.

— Наверное, это справедливо, что ты не хочешь видеть никого из нас, — грустно сказал парень. — Мы это, пожалуй, заслужили.

— Возможно, когда-нибудь, — сказала я ему, и мы попрощались.

Спустя пару часов и еще один очищающий душу дождь слез я смотрела, как исчезает вдали в зеркале заднего вида город моего детства. Вернусь ли я когда-нибудь обратно? Не знаю. Но даже если и приеду, то уже никогда не буду прежней. Рука мужа лежала на моем колене и удерживала мою ладонь. И я впервые за всю сознательную жизнь ощущала внутри печаль вместо боли и тепло близкого человека вместо холода одиночества.

Год спустя

Северин

— Север! Север! Проснись же! У нас охренеть какие неприятности! — орал и тряс меня за плечо Нести. — Проснись же ты! Это просто катастрофический песец!

Я с трудом разлепил глаза. Вчера я заснул с огромным трудом. Так всегда бывает, когда Юлали нет со мной. Я почти не сплю и ни черта не ем. Без нее и кусок в горло не лезет. Даже не знаю, как мне удается выдерживать десять дней шоу, чтобы потом сорваться и сломя голову лететь к ней в дни, пока парни демонтируют и перевозят все на новое место. Кажется, только те часы, когда я с ней, это единственное время, когда я по-настоящему живу. Я, озверев за время разлуки, набрасываюсь на нее прямо у двери, и моя девочка отвечает мне с не меньшим энтузиазмом, хоть и не забывает потом дразнить похотливым животным. Обожаю эти ее поддразнивания, которые всегда приводят нас к новым раундам безбашенного секса. Обожаю ее голос, хотя просто ненавижу эти долгие разговоры по телефону, когда не могу быть рядом. Это как пытка, медленное вытягивание из меня жил. Слышать и представлять, но не мочь дотянуться. Это реальная жесть, скажу я вам. Как же я рад, что контракт на гастроли подходит к концу и это мучение приездами и уездами, что рвут сердце, прекратится.

— Север, ты меня слышишь вообще? — вопит Нести, и я морщусь, утыкаясь в него упрекающим взглядом.

— Какого хрена ты орешь? — бурчу я. — И сколько сейчас времени?

— Кого, на фиг, интересует время, когда мы в такой охренительной заднице! — не унимается Нести, потрясая каким-то глянцевым журналом в своей руке. — Ты только посмотри на это! Лали убьет тебя! Да всех нас!

Имя моей жены, упомянутое в таком контексте, моментально пробуждает меня.

— Ты о чем сейчас? — Я начинаю судорожно ковыряться в памяти, выискивая за собой какой-то косяк, который может мне грозить гневом моей жены, причем с летальным исходом. Ничего в голову не приходит.

— Вот, смотри! — сует он мне в руки журнал.

Я смотрю на фото и медленно начинаю закипать. На них какая-то блондинка практически голая лежит в постели, в которой абсолютно четко узнается наша с Юлали кровать в доме на колесах. Потом она же в моей футболке развалилась, как у себя дома, на кухонном уголке, в кресле в гостиной. На следующей странице она, повисшая на мне, явно на одной из автограф-сессий. Я помню этот момент, она неожиданно прыгнула на меня, чуть не сумев поцеловать, но я быстро оттолкнул ее. На этом же фото казалось, будто я удерживаю эту белобрысую стерву и собираюсь присосаться к ее ярко накрашенному рту. Здоровенные заголовки под фото гласили: «Неужели браку знаменитого плейбоя настал конец?!!!», «Монтойя снова в игре?». И еще ниже: «Откровения новой пассии знаменитого мачо! Не надолго же хватило верности известного любителя женщин Северина Монтойи. Семейная жизнь звезды пошла ко дну, едва прожив жалкий год!»

Ознакомительная версия. Доступно 19 страниц из 126