Временщик 2 - Дмитрий Александрович Билик
— И как руна Оглушения поможет нам справиться с Моросом? — спросила она.
— Справиться никак. Но она его очень сильно разозлит. Мы могли бы сразу пойти в нужное место. Но тогда бы Всадник понял, что это ловушка. И кто знает, чтобы он тогда выкинул? Мне же надо, чтобы Морос следовал за нами туда, куда мы его заведём. Без раздумий, без сомнений. Единственный способ сделать это — разозлить его.
— Хорошо, а почему именно здесь? — обвела руками Рис заведение с таким видом, что весьма сомневается в целесообразности моего решения.
— Всё просто. Морос прилетит на порте, потом возьмёт зева и уже, опираясь на информацию Гроссмейстера, помчится ко мне.
— Разве он не может переместиться вратами?
— Может. Но не будет. И дело не в том, что Вратари сильно против. Им всё равно. А вот Стражи, обитающие в общинах, явно захотят пообщаться с Моросом. Не знаю, правда, чьё кун-фу будет сильнее. Но Всадник решит не рисковать. Кстати, в первый раз, когда мы его увидели, он был на порте. Поэтому и сейчас поступит так же. Я не мог сказать точно, каким маршрутом он сюда прибудет, ставлю на проспект Ленина, после которого он свернёт на Комсомольское шоссе. Но это и неважно.
— А что важно?
— Что он придёт сюда. В место далёкое от всех путей, по которым ходят Игроки. Потому и ловушка не сработает раньше времени. Во-вторых, у нас идеальный путь отступления. По Бурнаковскому проезду к Сормовскому шоссе. Ну а там уже дело техники.
— Ты так и не сказал, как собираешься убить Мороса. Разозлить льва, конечно, хорошо, если у тебя в руках есть ружьё. У нас оно есть?
— Не ружьё, а граната, — улыбнулся я.
Однако до дальнейших расспросов не дошло. Рис лишь выпучила глаза и указала в окно. А я, оборачиваясь, с запоздалым сожалением подумал, что не выпил даже половины бокала пива. Чёрт, даже посидеть и покайфовать не дал.
Сон был почти вещий. Морос восседал на запыхавшемся зеве. Позади него, связанный и явно бесчувственный, висел Видящий. У меня в голове родились глупые мысли, которые сейчас были не к месту — как пленника видят обыватели и видят ли?
Всадник выглядел внушительно, словно какой-нибудь Трандуил из книги великого Толкина. Холодные правильные черты лица, которое, впрочем, не выражало никаких эмоций. Внимательные, колючие глаза, несущие страх любому, кто посмотрит в них. Движения поджарого тела настолько собраны, будто передо мной находилась сжатая пружина, что сейчас выпрямится.
Он неторопливо спешился, подошел сначала к безжизненно перекинутому через зева Гроссмейстеру, потом к самой «лошадке». Не сказал ни слова, лишь посмотрел ей в глаза, но та тряхнула головой, точно кивая.
— Укротитель, — завороженно протянула Рис.
Я бы, наверное, даже спросил, что это такое. Если бы язык меня слушался. В данный момент он прилип к гортани и категорически не признавал хозяина. А всё потому, что беловолосый Морос смотрел на меня, глаза в глаза, и как-то уж очень нехорошо улыбался.
— Щас зайдёт, — потянула за руку вниз Рис.
— Значит, пора, — вытащил я тысячу.
Официант теперь совсем не сводил с нас глаз. Но я помахал купюрой и положил её на стол, придавив кружкой пива. Поднялся, хотя всё моё существо желало больше всего пригнуться в три погибели и шустрым гусиным шагом броситься к чёрному входу. Да и Рис, судя по всему, хотела максимально быстро и безопасно попрощаться с Моросом. Но не судьба.
Я применил на себя два Покрова, понимая, что они не смогут защитить от убойных заклинаний. Глубоко выдохнул и приблизился к выходу. Всадник был снаружи, уже шагах в трёх от порога. Нас теперь разделяла всего лишь одна дверь, обычная, тамбурная. Низ из пластика, верх из толстого стеклопакета, поэтому я видел ухмыляющееся лицо Всадника. Вот он уже тянется к ручке, ещё шаг.
Самое забавное, что никакого взрыва не последовало. Просто Мороса внезапно подбросило в воздух как тряпичную куклу. Ещё в полёте с него стали осыпаться жёлтые сполохи — остатки защитной сферы, волшебного аналога Покрова. А уже, когда Всадник грохнулся посреди дороги, слетели голубые искры.
— Рис, пора!
Мы походили на бобслеистов, взявших разбег и теперь спешащих усесться в сани. Только вместо последних был явно испуганный зев, что даже вновь стал видимым. Я вскочил на «лошадку», быстро наматывая ремни на руку, Рис прижалась сзади, плотно обхватив за то место, где у меня должна была быть талия.
В последний раз обернулся на Мороса. Вокруг того уже остановились автомобили, из некоторых даже повыскакивали водители с желанием оказать помощь. А Всадник приходил в себя, приподнявшись на локте и водя вокруг мутным взглядом. Я выждал ещё секунду, чтобы он точно нас заметил, а потом ударил пятками по лоснящимся чёрным бокам зева. И гонка началась.
Я двигался бодрой рысью мимо потока машин, ловя удивлённые взгляды автомобилистов. Ну да, даже в лёгком разминочном беге зев мог дать фору любому полноприводному внедорожнику. А когда тебя, как стоячего, обгоняет старенькая шкода, это вызывает вопросы. И это при том, что я старался не торопиться. Чего доброго ещё оторвусь раньше времени.
Морос нагнал нас минуты через полторы. Лицо обезображено гневом, хотя явных повреждений я не заметил. При срабатывании руны было покорёжено лишь его эго, не больше. Однако и этого оказалось достаточно, чтобы у него возникло желание закатать нас в асфальт.
Едва я увидел Всадника, как стал подгонять зева. Машины теперь превратились в мелькающие пятна, светофоры в разноцветные росчерки, застывшие в воздухе, дорога сузилась до разлинованной белой разметки, мимо которой и мчался зев. То вправо вильнёт, обходя очередное авто, то ускорится слева.
Погоня будоражила. Хотя головой я понимал — в честной гонке догнать меня Морос не сможет. Его зев не свеж, он проделал путь от площадки погонщиков. Пусть для него это не такая большая дистанция, но первый пот уже сошёл. А наша
