Мастер архивов. Том 2 - Тим Волков
Лестница. Ступени. Свет — серый, утренний, живой.
Мы вылетели на поверхность, и я, не останавливаясь, вытащил спичечный коробок из кармана, который, к своему стыду, стащил со стола у Петровича.
Вспыхнул огонёк, затрепетал на ветру.
— Бросай.
Спичка полетела в провал.
Секунда. Две. Три.
Земля дрогнула.
Из провала ударил столб пламени — жёлтого, оранжевого, но в самой его глубине, в самом сердце, пульсировал чёрный свет. И вместе с ним оттуда понеслись…
Фантомы.
Они вырывались из огня один за другим — прозрачные, страшные, искажённые болью и злобой. Твари, которых никогда не существовало в природе, но которые были запечатлены на страницах этих проклятых книг. Крылатые чудовища с лицами мертвецов. Многоногие тени, перебирающие конечностями, как сороконожки. Глаза — сотни глаз, вращающихся в пустоте. Рты, полные клыков, из которых тянулась чёрная слизь.
Они взмывали в небо, кружили над руинами, и каждая такая тварь была воплощением того зла, что хранили книги колдуна.
А потом они начали таять.
Одна за другой, они истончались, растворялись в воздухе, не в силах существовать без своих бумажных носителей. Последний фантом — огромная тень с багровыми глазами, похожая на того монстра, которого мы убили — взмахнул крыльями и рассыпался пеплом, смешиваясь с дымом пожарища.
Мы с Катей стояли, глядя на это, и не могли отвести взгляд.
— Никогда не видела ничего страшнее, — прошептала она.
Пламя гудело, пожирая то, что должно было сгореть множество лет назад. Чёрный дым поднимался к небу, и в нём мерещились лица — искажённые, кричащие, умоляющие.
Постепенно огонь стихал.
Наконец наступила тишина.
Я посмотрел на пустую канистру в своей руке.
— Пошли, — сказал я. — Надо вернуться к Рудольфовне, забрать Арчи и убираться отсюда. Пока всё не развалилось окончательно.
— А это еще кто там? — спросила Катя, приглядываясь в сторону дороги. — Кто-то едет?
— Чёрт! — выдохнул я. — Прячь канистру!
Я схватил емкость, швырнул ее в сторону разрушенного дома. Она упала на самом видном месте. Заметят! Нет, надо спрятать надежней. Я подскочил, схватил кусок обшивки потолка, приподнял его и запнул туда канистру. Вновь вернул мусор на место. Так то лучше.
— Алекс, там…
Я уже и сам видел.
Две машины вынырнули из утреннего тумана, подпрыгивая на ухабах. Первая — старенький «УАЗ» с мигалкой, наверняка местный участковый. Вторая — чёрная, тонированная, иномарка, которой здесь делать было нечего.
— Кто это? — испуганно спросила Катя.
— Точно не знаю. Но догадываюсь.
Машины остановились метрах в тридцати от нас. Из «УАЗа» вылез мужик в форме — молодой ещё, с усталым лицом и рыжими усиками, подрагивающими при ходьбе как лапки таракана. Участковый, судя по всему.
— Здравжелаю, этсамое, — кивнул он. — Участковый Михал Михалыч, этсамое.
Говорил он не шевеля ртом, отчего все слова слипались, превращаясь в неразборчивую кашу.
— Петрович, этсамое, сообщил. Отреагировали вовремя, этсамое. Под контролем все, этсамое.
Он оглядел руины, нас с Катей и молча кивнул куда-то в сторону.
Из чёрной машины вышли двое. Оба в строгих костюмах, несмотря на утро и грязь. Один — высокий, худой, с цепким взглядом. Второй — пониже, плотный, с руками, которые явно умели не только бумаги перебирать.
Маги. Люди Зарена.
Я узнал их по черному шеврону на груди с символическим изображением головы дракона.
— Ну, держись, — шепнул я Кате и шагнул навстречу.
Высокий маг подошёл первым. Остановился в двух метрах, оглядел меня с ног до головы.
— Алексей Николаев? — спросил он. Голос спокойный, без эмоций.
— Да. А вы, собственно, кто?
— Мы сопровождаем представителя Императорского Департамента исторического наследия и магических артефактов, — ответил первый. И кивнул на свою машину.
Оттуда вылез… Костя.
— Ребята, я…
— Помолчи, — внезапно осек его второй. И глянув на меня, спросил: — Что здесь произошло?
Стало все понятно. Зарен догадался или почувствовал, что его книги могут быть под угрозой. И решил действовать на опережение. Отправил своих людей сюда, для контроля. А чтобы операция была законной приказал Лыткину отправить сюда еще и людей с Архива. Костю… Парень был явно напуган и смотрел на меня с растерянностью.
— Так все же что тут случилось? — маг кивнул на дым, валивший из подземелья. — Потрудитесь пояснить.
Я выдержал паузу. Ровно столько, чтобы не выглядеть слишком уверенным или слишком испуганным.
— При каталогизации произошла магическая детонация, — сказал я ровно. — Один из манускриптов оказался нестабильным. Сработала цепная реакция. Мы не успели ничего предпринять.
Маг прищурился.
— Детонация? От одного манускрипта?
— Там были не простые книги, — вмешалась Катя, подходя и вставая рядом. — Мы проводили предварительный анализ. Некротическая магия, высший уровень. В подземелье накопился критический объём энергии. Достаточно было малейшего воздействия.
Она говорила уверенно, с лёгким оттенком профессиональной досады — мол, вот так, ничего не поделаешь, наука требует жертв. Я невольно восхитился — как играет! Станиславский бы поверил.
Плотный маг шагнул к провалу, заглянул вниз. Оттуда всё ещё валил дым, пахло гарью и чем-то сладковатым.
— Всё сгорело? — спросил он.
— Абсолютно, — ответил я. — Мы едва успели выскочить.
Высокий маг переглянулся с напарником. В их взглядах мелькнуло что-то, чего я не смог прочитать. Разочарование? Злость? Сомнение?
— Значит, детонация, — повторил высокий. — От одного манускрипта.
— От цепочки, — поправила Катя, и я мысленно порадовался её выдержке. — Когда рванул первый, сдетонировали остальные. Там было тесно, всё стояло вплотную. Возможно, владелец намеренно соорудил такую защиту.
Маг кивнул, но в глазах его читалось сомнение.
— Понятно. Тем не менее, нужно извлечь всё, что осталось. Фрагменты, обгоревшие страницы, пепел. Нужны образцы для анализа.
— Это безумие! — вырвалось у меня раньше, чем я успел подумать. — Там же огонь! Дышать нечем! Конструкции могут рухнуть!
— Этсамое, парнишка прав, — вмешался участковый, подкручивая рыжий ус. — Рисковать нельзя, этсамое. Огонь, этсамое.
— Действительно, там огонь, — спокойно повторил маг. — Вы правы.
Он поднял руку, и я почувствовал, как воздух вокруг резко изменился. Стало холодно — не просто прохладно, а по-настоящему холодно, будто мы оказались в центре зимы.
Из ладони мага вырвался сгусток — белый, искрящийся, размером с футбольный мяч. Он плавно полетел в провал, исчез в темноте, и через секунду оттуда донёсся глухой хлопок.
Из подземелья повалил пар — густой, белый, смешанный с дымом
