Личный враг императора - Василий Иванович Сахаров
Самое вкусное оставил напоследок. Ящер практически вскрыл ковчег и, хорошо дернув крышку, я добрался до содержимого и нашел в ящике четыре предмета: ржавый нож, пробитый шлем, потертый левый сапожок, то ли детский, то женский, и кусок закаменевшего древесного ствола. Все эти вещи хранили элементы святости. Сомнений в том, что именно эти реликвии удерживали локацию в текущих границах, не было. Поэтому я действовал без колебаний, забросил в ковчег комок плазмы и отошел в сторону.
Системные сообщения стали поступать практически сразу:
«Внимание! На ваш личный счет в системном банке зачислено 215 элементов святости. Общая сумма – 468 единиц. Желаете поднять уровень? Да/Нет? Ответ в произвольной форме».
«Внимание! На ваш личный счет в системном банке зачислено 340 элементов святости…
«Внимание! На ваш личный счет в системном банке зачислено 105 элементов святости…
«Внимание! На ваш личный счет в системном банке зачислено 497 элементов святости. Общая сумма – 1410 единиц. Желаете поднять уровень? Да/Нет? Ответ в произвольной форме».
– Желаю поднять пять уровней, – произнес я и, посмотрев наверх, увидел вечно сумрачные небеса Отстойника.
«Приготовьтесь. Модернизация на пять уровней. Использовано 1250 элементов святости».
Секундная пауза. И затем снова пришла боль…
Глава 10
Не знаю, само по себе так вышло или Система подгадала, но в наш мир я вернулся не один. Лишь только вышел из портала, как вслед за мной из него вывалились еще два системщика. Люди знакомые, пересекался с ними пару раз на приемах. Миша Когут из Таганрога и Костя Халалеев из Кагальницкой. Оба старше меня на несколько лет и они из союзных Хортовым родов. Не самые сильные семьи, но вполне устойчивые. И когда мы оказались в родной реальности, не сговариваясь, переглянулись и на лицах одновременно появились глуповатые улыбки. Это нормально, вполне себе типичная реакция после Отстойника.
– Ну что, в гостиницу? – спросил Миша, невысокий шатен с курчавой бородкой в порванном туристическом костюме и короткоствольным автоматом в левой руке.
– Да, – согласился с ним Костя, блондин-здоровяк в пропаленной горке, с пистолетом на боку и полутораручным мечом за спиной, а потом посмотрел на меня и вопросительно кивнул: – Вальдер, ты с нами?
Я прикинул, что сейчас ночь и организовать для меня конвой в Раздорскую дело не быстрое. Скорее всего, раньше утра меня отсюда не заберут, а раз так, то надо идти в гостиницу для системщиков, где для моей семьи всегда зарезервирован номер. Там есть горячая вода, чистая одежда и постель. Как раз то, что мне сейчас необходимо.
– В гостиницу, – сказал я и кивнул.
Мы двинулись на выход, где дежурный офицер, кстати, из клана Хортовых, внес наши фамилии в базу данных, как благополучно вернувшихся сегодня из Отстойника, а затем он передал мне телефон, который я четыре дня назад бросил в машине, и подтвердил, что домой меня отправят только утром, а до рассвета еще шесть часов.
Естественно, нас никто не проверял, не обыскивал и не пытался запереть в карантинный блок. Говорят, во времена, когда проходы в Отстойник только появились в нашем мире, такая практика была повсеместной. Кто выходил из портала, у того сразу старались изъять все предметы, а потом запирали новоявленных сталкеров под замок, где за ними наблюдали медики. Но это быстро прекратилось. Потому что системщики стали оказывать сопротивление, а потом выяснилось, что порталы в принципе не пропускают чумные болезни, смертельные вирусы и все, что можно отнести в разряд бактериологического оружия. Так что досмотров нет. Впрочем, я неправильно сказал. Никто не смеет досматривать аристо. А с простаками-первоходами, которые чудом просочились в Отстойник, а затем смогли вернуться, конечно же, не церемонятся и они сразу после выхода из портала отправляются на допрос к специально обученному следователю. Там вытряхивают рюкзаки и рассказывают о своих приключениях, а только потом получают обратно свои вещи и выходят на свободу. Как говорится, с чистой совестью. Ну а что происходит с ними дальше, никого из клановых дружинников уже не волнует.
Пока размышлял об этом, не заметил, как мы перешли дорогу и оказались перед четырехэтажной гостиницей, рядом с которой находились казарменные помещения и два круглосуточных магазина: продуктовый и совмещенный со скупкой трофеев оружейный. Но нам туда, конечно же, не надо.
На входе нас уже поджидали. Хорошо вышколенная обслуга предложила помочь с поклажей и, получив отказ, проводила дорогих гостей к номерам.
Оказавшись в просторной комнате, я немного расслабился. Скинул с себя рюкзак, оружие и одежду. Голышом проследовал в душ и четверть часа откисал под струями горячей воды. После чего нашел в шкафу подходящий по размерам серый костюм и, наконец-то, позвонил домой. Сначала отцу, который уже получил доклад от дружинников о моем возвращении, а затем, по его настойчивой рекомендации, прадеду.
Максим Петрович позднему звонку не удивился. Наверняка, ждал, что я выйду на связь, и он был краток:
– Как у тебя дела? – после дежурного приветствия, задал патриарх вопрос.
– Со мной все в порядке, – ответил я. – Жив, здоров и даже не ранен.
– Жетон сработал?
– Да.
– Добыл, что хотел?
– Так точно.
– Красавчик. Жду тебя завтра у себя. Нам есть, о чем поговорить. Отбой.
Прадед отключился, а я подумал, что у меня своеобразные родственники, усмехнулся и отправился в ресторан на верхнем этаже гостиницы.
Миша и Костя, уже приведя себя в порядок, находились здесь. Коллеги кушали наваристый борщ, закидывались ломтиками сала, мазали на хлеб масло с икоркой и потребляли водочку. А попутно, время от времени кидая взгляды в сторону угловых столиков, где находились элитные «ночные бабочки», что-то обсуждали.
Я понимал, что если сяду отдельно, они промолчат, но обязательно плохо про меня подумают. Мол, зазнался молодой Хортов, не считает других аристо равными себе и потому держится сам по себе. А мне такие слухи не нужны. Хватит того, что в МГУ уже заработал не самую лучшую репутацию. Да и Когут с Халалеевым не совсем чужие люди, а раз так, то мне еще придется с ними одними тропами ходить.
Пожелав коллегам приятного аппетита, я получил приглашение присоединиться к позднему ужину и занял свободное место.
Тут же подскочил официант, и я сделал заказ: порцию жареных сосисок и кружку пива.
– Вальдер, – сказал мне Миша, – а ты, гляжу, в Отстойнике не проголодался.
Я пожал плечами:
– Так я ведь недолго там был. Всего
