Имперский вор. Том 7 - Дмитрий Ра
Ольга?
— Да… — говорю хриплым от сна голосом. — Что случилось?
— Никита… приезжай! — В её голосе — отчаяние.
Я даже просыпаюсь. Ольга — не из тех людей, что будут паниковать на пустом месте.
— Что случилось? — повторяю.
— Я… не знаю. — Кажется, она всё же сейчас разрыдается. — Я… не могу попасть в подвал. Но там точно что-то произошло! Отец… Он мне не отвечает! И Слава тоже молчит…
— Какой Слава? — не въезжаю. Что не мешает мне, прижав телефон одной рукой, второй нащупывать и натягивать джинсы.
— Беркутов. Наш начальник безопасности.
— Скоро буду. Никуда не влезай, поняла?
— Да.
— Я на тачку и к вам. Всё, отбой. Если что — я на связи.
Начинаю заталкивать смартфон в карман, но передумываю. Набираю Львова. Он целитель. Мало ли что…
— Лекс, ты мне нужен, — говорю, уже открывая дверь поместья и пикая сигналкой тачки. — Подъезжай к поместью Назаровых. Так быстро, как сможешь. Если доберёшься раньше меня — успокой княжну.
— Что случилось? — ожидаемо спрашивает он.
— Не знаю. Может быть, ничего. А может быть, что-то очень плохое. Всё, гони. Встретимся там.
Я отключаюсь, втапливаю газ и вывожу тачку с территории поместья Каменских.
Глава 8
В поместье Назаровых я всё-таки оказываюсь быстрее Лекса. В начале пятого утра на трассах не так много машин, поэтому я просто лечу, выжимая из Токсиновой тачки максимум.
В противовес моим ожиданиям, на территории поместья стоит тишина. Свет во флигеле прислуги тоже не горит. Нет ни скорых с проблесковыми маячками, ни полиции. Ольга молодец: несмотря на страх за отца, дело Червя предавать огласке нельзя. Поэтому она положилась на меня.
Машину я бросил метров за сто до ворот — по этой же причине. Чтобы не шуметь.
Калитка в тяжёлой кованой створке ворот открыта, и возле неё дрожит тёмная фигурка. Княжна даже не подумала одеться. Сейчас на ней какая-то кружевная хрень, маскирующаяся под короткий халат.
На ходу стаскиваю с себя ветровку и набрасываю ей на плечи. Понятно, что в таком нервяке она не чувствует холода апрельской ночи. Но завтра он точно даст о себе знать.
— Туда! — шёпотом кричит Ольга и тянет меня за рукав в обход особняка.
По пути снова набираю Лекса.
— Не разводи шухер, — предупреждаю. — Увидишь мою тачку — тормозни там же. И жди справа от главного входа в дом. Позову.
— Понял, — кратко отзывается он.
Мы обходим особняк. С задней стены, почти не видимые в темноте и коротко стриженных туях, прячутся ведущие вниз ступени. Длина лестничного пролёта — метров десять. А глубина хода — не меньше пяти. Когда спускаемся, оказывается, что вход внутрь преграждает металлическая дверь с воротом. Это не подвал — бункер.
— Видишь? Закрыто изнутри! — Ольга поворачивает и дёргает ворот. Он послушно крутится, но дверь не открывается.
— Нет, снаружи. — Отодвигаю княжну от двери и показываю под ноги. На бетонном полу под нашими ногами видны мокрые потёки. — Видишь вот это?
— Не понимаю тебя, — мотает головой княжна.
— Дар Червеня — вода. Соответственно, он может формировать лёд. Уходя, он заморозил дверь — ну, вморозил её в косяк. Сейчас лёд понемногу начинает таять, отсюда эта вода.
— Можешь что-нибудь сделать, чтобы разморозить? В поместье нет никого с даром огня! Хотя…
Ольга разворачивается к ступенькам, чтобы бежать наверх. Зная её, уверен: сейчас она притащит или сварочный аппарат, или газовую горелку. Такая девушка точно знает, где в гараже лежат эти нужные в хозяйстве вещи.
Но я могу сделать быстрее.
— Смотри.
Создаю плетение — паутину. Она полностью оплетает дверь. Потом — импульс вибрации. Принцип тот же, что и в моей прослушке, которой я пользовался в ресторане. Звуковые колебания.
— Что ты сделал? Я не понимаю, — говорит княжна, потому что на первый взгляд с дверью ничего не происходит.
— Нужно несколько минут, — лгу. На самом деле вибрация уже разбила сковывающий дверь лёд в мелкую крошку. Больше створку ничего не держит. Но мне надо, чтобы княжна ушла отсюда. Мало ли что мы обнаружим внутри.
Уши улавливают далёкий звук движка подъезжающего автомобиля. А вот и Лекс.
— Пока дверь не открылась, пойди встреть гостя, — подталкиваю девушку вверх по ступенькам. — И приведи его сюда.
— Гостя? — не понимает она.
— Вызвал Лекса Львова. Он целитель, помнишь? Приведи его сюда. Возможно, твоему отцу требуется помощь.
В глазах княжны загорается надежда. Она буквально взлетает по ступеням. А я, проводив её взглядом, открываю дверь.
После уличной темноты чуть не слепну от яркого света. Несколько секунд трачу на то, чтобы проморгаться. Перед глазами — длинный коридор, перегороженный решёткой. Сейчас дверь в ней открыта. Чуть дальше вижу мужские ноги в чёрных брюках и туфлях. Тело валяется наполовину в одной из камер, наполовину в коридоре.
Бросаюсь туда, заглядываю. Сама камера пуста, князя в ней нет.
На полу — незнакомый мне мужик лет сорока. Лежит навзничь. Видимых ранений на его теле нет. Подношу руку к носу — дыхания тоже нет. Кожа на бритых щеках — холодная на ощупь.
Тысяча здешних чертей. Наверное, это тот самый Слава, о котором говорила Ольга.
Где же князь?
Заглядываю в соседнюю камеру — никого. И в следующую. Тот же результат
Слышу шаги — это спускаются в подвал Ольга и Лекс. Ольга так торопится, что почти бежит. В последней по коридору камере наконец вижу князя Назарова. Опускаюсь рядом с ним на пол и ощупываю. Так… отлично. Крови нет. И, судя по всему, внешних ран и внутренних повреждений тоже нет. Хотя дышит князь почему-то редко и поверхностно. Касаюсь руки — пульс едва ощущается.
— Слава! — слышу горестный вскрик княжны и выглядываю из камеры. Ольга в коридоре прижимает руку ко рту и смотрит на лежащего на полу мужика.
— Проверь этого и быстро сюда, — командую Лексу. — Князь жив.
В последний момент удерживаю слово «пока». Чтобы не пугать княжну. Пока жив.
Ольга отмирает и бежит ко мне.
Лекс присаживается перед первым мужиком. Приподнимаю брови в немом вопросе, мол, как он? Но друг качает головой. Мёртв.
Ладно. По крайней мере, князю ещё можно помочь.
