Личный враг императора - Василий Иванович Сахаров
Ну и последний рейд, или, как говорят некоторые слишком мнительные вояки, крайний. Меня выбросило в болотистую местность, и я семь дней, вдыхая мерзкие испарения, бродил от одного клочка суши к другому, убивал самых обычных змей и находил небольшие треугольные камни, в каждом из которых было от семи до пятнадцати эсок. В общем, сшибал мелочевку и накопил больше двух сотен. За счет чего поднял еще один уровень, но всю территорию так и не обошел. У меня закончилась чистая вода, да и последний сухпаек как раз догрыз. Так что пришлось уходить.
Вот и все, что я мог рассказать своему старшему родичу о похождениях в Отстойнике.
Кстати, пока я делился с прадедом впечатлениями от рейдов, он молчал. И у меня сложилось впечатление, что Максим Петрович не столько меня слушает, сколько размышляет о своем. Информацию от меня он воспринимает в полном объеме, в этом я не сомневался, но так, краем уха, типа фоновое радио, которое болтает о чем-то в стороне, и не мешает заниматься своим делом. Я это понял, и мне даже стало немного обидно. Распинаюсь тут перед ним, душу раскрываю, а он меня игнорирует. Не хорошо это. Неправильно. Но я прогнал это чувство и заставил себя завершить рассказ. А когда закончил, прадед задал несколько уточняющих вопросов и позволил мне покинуть кабинет. Вот только я еще задержался. Остановился возле двери и, посмотрев на Максима Петровича, поинтересовался:
– А можно задать один вопрос?
– Попробуй, – слегка склонив голову на плечо и пристально меня разглядывая, усмехнулся он.
– Прадед, а какой у тебя уровень?
Он помедлил, и я уже подумал, что глава клана рыкнет что-то грозное и велит мне убираться прочь. Однако Максим Петрович все-таки ответил:
– Семьдесят девятый.
– Круто… – с уважением и легкой завистью протянул я.
– Знаю, правнук. Знаю, что круто.
Максим Петрович рассмеялся и я, вежливо ему кивнув, покинул кабинет.
Глава 5
Проводив правнука взглядом, Максим Петрович Хортов прекратил смеяться и еще несколько секунд смотрел в закрытую дверь. После чего включил селектор и сказал:
– Люда, зайди.
Секретарша появилась моментально, словно ждала, что ее позовут, и глава клана приказал:
– Собери мне всю информацию на Вальдера. Сделай это так, как ты умеешь. Тихо и не привлекая внимания. Через два… Нет, через три часа я должен знать о нем все. Чем увлекается, с кем в клане водит дружбу, с кем спал, что умеет. В общем, тебя учить не надо.
Глава клана замолчал и девушка кивнула:
– Слушаюсь, господин.
Небрежным взмахом ладони Максим Петрович отпустил секретаршу, а затем поднялся, прошелся по кабинету и остановился возле окна. Здесь он завел руки за спину, замер без движения и сам себе сказал:
– Дожился, приходит правнук, а мне про него ничего неизвестно.
Мужчина хмыкнул и задумался. Максим Петрович уже знал, как должен поступить ради спасения своего рода и всего клана, в который помимо его кровных родственников входили семьи вассалов, но с реальными действиями не торопился. Он еще раз прокрутил в голове разговор с правнуком и подумал о том, что забронзовел и стал считать себя непобедимым, непогрешимым и неприкасаемым, в самом хорошем смысле этого слова. Как же… Один из сильнейших чародеев страны. Легендарный основатель клана. Уважаемый человек, чье слово не может подвергаться сомнению. А что в итоге? В конце концов, старый интриган Толя Веденеев его переиграл, а затем уничтожил не только Максима Петровича, но и всех его родственников. И если бы не молодой Вальдер, которого назвали в честь одного скандинавского дворянина, двадцать лет назад прикрывшего внука Игоря от пули, то Хортовы, в самом деле, могли погибнуть. Да, теперь история пойдет иным путем, и Максим Петрович сделает для этого все возможное. Однако перед тем как взяться за дело, следовало еще раз вернуться к тому, о чем говорил Вальдер. Пусть это неприятно, но необходимо посмотреть правде в глаза. И картина вырисовывалась некрасивая. В первую очередь для Максима Петровича, как для главы клана, который несет за все происходящее ответственность.
Судя по всему, заговор против Хортовых готовился давно. Анатолий Веденеев, который сто лет назад клялся тогда еще молодому Максиму в вечной дружбе, задумал завладеть его магическим источником и всеми богатствами клана. Он отдал приказ верным боярам, а уже эти псы сколотили против Хортовых дворянскую коалицию. И, наверняка, именно они, пусть не напрямую, а косвенно, стояли за убийством Артема и трагическим похищением Антонины. А когда Хортовы, готовясь к локальному вооруженному конфликту против других аристократов, что в Российской империи двадцать второго века от Рождества Христова считалось вполне обыденным событием, собрались в Раздорской, имперцы обрубили клану всю связь и организовали плотную блокаду. Вот поэтому Максим Петрович и не смог позвать на помощь союзников, друзей и должников. Подумал, что справится с текущими проблемами самостоятельно, а когда осознал, что происходит, было поздно. И кто в этом виноват? Конечно же, он. Именно его беспечность и недооценка противника – вот два фактора, которые привели Хортовых к такому трагическому финалу. Глава клана это понимал и злился. Однако он смог подавить злость и, немного походив по кабинету, окончательно успокоился и вернулся за рабочий стол. После чего, позвонив секретарше, велел пригласить к себе старших сыновей.
За долгую, по меркам обычных людей, жизнь, Максим Петрович добился многого. Но своим главным достижением, если не считать семьдесят девятый уровень в Системе, для него всегда была его большая дружная семья. Пять жен и полтора десятка любовниц за сто семнадцать лет подарили ему более сорока детей, которых он признал. И пусть до сегодняшнего дня, из-за рейдов в Отстойник, несчастных случаев или заказных убийств, дожило меньше половины, семья продолжала расти. Поэтому Максим Петрович всегда мог опереться на родственников и сейчас он решил привлечь к решению общей проблемы старших сыновей, то есть тех, кто старше шестидесяти лет и перепрыгнул рубеж пятидесятого уровня в Системе. После гибели Артема их осталось четверо, все находились в Раздорской, как раз собрались в поместье на ужин в кругу семьи и потому прибыли на зов отца в течение десяти минут.
Присесть своим детям, которые чертами лица походили на него, глава клана не предложил, а сразу обратился к Федору:
– Федя, без лишних подробностей, объясни братьям, что нам уготовил император.
Третий сын, в данный момент самый старший среди всех, не упоминая Вальдера, поведал братьям о плане императора уничтожить Хортовых. Он уложился в
