С кем себя и поздравляю - Михаил Анатольевич Мишин
Суммируя, я мог бы сказать, что Леонид Филатов – человек тонкой культуры, но, боюсь, он расстроится, ибо сегодня слово «культура» рифмуется со словами «прожиточный минимум».
Лёня! Пятьдесят лет – разговор абстрактный. Ноль на конце – это математика. Важно, что после нуля. Важно не только тебе – нам всем скоро пятьдесят.
Как жить? К кому быть в оппозиции, когда и те и другие воруют одинаково?
Как отличить правду от вранья, если и то и другое – компромат?
Хорошо, что хоть в сфере духа мы дожили до светлого дня – фальшь в искусстве побеждена халтурой.
Во что верить, Лёня?
В ощущения.
Любая какофония всё равно опирается на чистые ноты. У тебя, Лёня, нет слуха, но окружающие, которые слышат тебя, знают – ты одна из таких чистых нот. И это ощущение есть факт.
Кстати, пятьдесят – это не повод привыкать к отчеству. Ну какое там было отчество у Леонардо? Леонид Алексеевич – это как-то долго.
Нет, Лёня, твоя сестра – краткость.
А ты её родной брат.
Долгой дороги вам обоим!
1996
* * *
Мы ещё не были знакомы, когда уже знали жён друг друга.
Сначала я познакомился с его Ниной. Точнее, с её телом. А ещё точнее, с телом её героини. Героиней была легендарная Маргарита из легендарного спектакля Театра на Таганке по легендарному роману Булгакова «Мастер и Маргарита». Играла её Нина Шацкая. В одной из сцен Маргарита являлась перед зрителями с распущенными золотыми волосами, совершенно голая. Таков был слух. На самом деле она была обнажена по пояс и сидела к зрителям спиной. Но в стране, где слово «секс» считалось вражеской диверсией, и это было чем-то невероятным. Население разделилось на тех, кто уже видел аморальную сцену, и тех, кому ещё предстояло воплотить мечту.
Я был в числе первых. По громадному блату меня провели на галёрку, откуда я и наблюдал знаменитую спину Маргариты. Лишь потом узнал, что спина принадлежит жене Леонида Филатова, который в том же спектакле играл Мастера.
Несколько лет спустя уже Лёне пришлось соприкоснуться с телом моей жены. Это случилось в фильме Рязанова «Забытая мелодия для флейты», где актёр Филатов и актриса Догилева играли главные роли. Когда фильм вышел, я на своих выступлениях стал получать записки: «Как вы относитесь к Филатову после той постельной сцены с вашей женой?» Дежурно отшутившись, я говорил – и говорю сейчас, – что отношусь к Филатову прекрасно, считаю его одним из самых одарённых, энергичных и универсальных людей в нашей творческой среде.
После «Забытой мелодии» мы с Лёней познакомились лично. Мне нравилось всё, что он делал. И сценарии, и стихи, и работы в кино, в театре и на ТВ. Настоящий критик сказал бы, что всё это – грани большого таланта. Я критик ненастоящий, но готов сказать то же самое.
В 1996 году в Театре на Таганке был устроен вечер в честь 50-летия Филатова, где я поздравил Лёню и пожелал долгой дороги.
Пожелание не сбылось.
В 2003 году яркий земной путь Леонида Алексеевича Филатова оборвался. Его любимой и любящей Маргарите суждено было прожить без Мастера ещё восемнадцать лет.
2025
Борис Жутовский
Боба Жутовский, бесценный друг, завершил свой путь. Высокого дара художник, философ, литератор, знаток искусств и ремёсел, ценитель талантов и красот, выдающийся собутыльник, сказочный собеседник…
Последний раз звонил ему 6 марта.
– Привет, Боба! Что-то давно не виделись. Хочешь, заеду?
– Давай. Только не сегодня. Давай через пару дней в мастерской.
– Ладно. Заеду в мастерскую.
7-го вечером увидел, что он откликнулся на какой-то мой текст в Сети. Думал ответить ему 8-го. Не успел – не хватило времени.
Теперь уже и не хватит.
Так вот о временах. Я думаю, что помимо общего внешнего времени, в котором мы существуем, у каждого из нас есть ещё собственное внутреннее время. Именно тем, как человек осознает ход этого своего времени, определяется его жизнь.
Боба своим внутренним временем управлял полновластно и поэтому так много успел.
Я видел его разным – грустным, весёлым, раздражённым, обиженным, гневным, – но никогда в состоянии уныния. От уныния спасал другой талант – неугасимого любопытства. Отсюда его бесконечные походы и путешествия. Дальние и ближние, долгие и краткие, результат которых был один – работа. В течение многих лет на мой вопрос: «Что делаешь?» – я слышал неизменный ответ: «Работаю».
Но что меня особенно восхищало – это его внутренний суверенитет. Он был умом и душой независим, ничего не боялся, ни на кого не оглядывался. Такая безоглядность присуща молодости, у большинства с годами это проходит. Вообще, молодость, я думаю, – особая субстанция крови. Как гемоглобин или эритроциты. У Бобы уровень молодости в крови был высочайшим. И потому он сохранял жизнелюбие, а жизнелюбие хранило его.
До самого конца.
2023
Обратный адрес
От Бориса Жутовского
…Боже праведный, сколько объявилось словесных умельцев! И как быстро этот словесный суп стал жижеть!..
Объевшись прочитанным и услышанным, мы начали искать совпадения в любви. Отпали модернисты – они часто путали упражнения с творчеством. Быстро надоели секреты богачей и начальников. Всё поскучнело.
Кроме иронии.
Гоголь, Герцен, Салтыков-Щедрин, Зощенко, Булгаков – уж читающим по-русски есть на что оглянуться, к кому прислониться, посидеть в обнимку!
И в этом сегодняшнем потоке размытых плотин, наводнении дозволенности тепло и весело, недлинно и уверенно говорит Михаил Мишин.
Как бы для себя, но и для тебя. И для всех. И на душе становится хорошо и спокойно – всё было, и надо жить, потому что жить куда прекрасней, чем бояться и обижаться. И с ним это нестрашно.
Жить с ним нестрашно, с Мишей Мишиным.
В одно время.
Из «Антологии сатиры и юмора России XX века», том 27, Михаил Мишин, Эксмо, 2003
Нина Русланова
Признание в любви – вещь наркотическая. Затягивает моментально.
Стоит только начать. Но как?
– Нина!
Так будет лучше всего.
«Уважаемая Нина!» – пресно и стёрто. Однако это не значит, что я не уважаю тебя. Вот спроси: «Ты меня уважаешь?» – и я честно скажу: «Я тебя уважаю, Нина!»
«Дорогая Нина!» – ещё хуже. Похоже на ответ из редакции молодёжной газеты. Так можно обратиться к любой из Нин. А ты – единственная.
Я желал бы написать «Любимая!», но честь дамы… но сплетни… тем более вдруг их не будет!.. Впрочем, пусть они застрелятся.
Итак, Нина!
Уважаемая, дорогая и любимая!
Помнишь ли ты, когда именно начался
