Грибная неделя - Анна Викторовна Дашевская
Ладно, я отвлеклась. Могла бы Екатерина Григорьевна убить? При чётко сформулированной необходимости, подтверждённой документально. Но – смотрите выше. Зачем пачкать руки, если можно устроить небольшой бухгалтерский апокалипсис?
В конец списка.
Звезда наша Джамиля. Балованная дочка успешного бизнесмена, признанная красавица. Работает в «Садах Эдема», как сама не один раз говорила, чтобы скучно не было, только до свадьбы. А свадьба назначена на будущую весну, и это союз не столько двух сердец, сколько двух семей примерно одного положения и достатка. Подробностей не знаю, да и зачем они мне, но как-то Джамиля рассказывала Леночке про жениха, и говорила насчёт слияния состояний. Вроде бы её отец занимается производством и продажей мебели, а семья жениха – деревообработкой и транспортом.
Могла бы она убить? Психологически, мне кажется, да. Ну, разумеется, если бы точно знала, что ей за это ничего не будет. Но сколько ни обдумывай этот вопрос, всё равно не вижу я причин для того, чтобы тёмной ночью Джамиля сама пачкала руки. Можно было бы предположить, что Андрей был её любовником, но мы ведь все видели их взаимодействие. Не было там никакого интереса ни с какой стороны.
Тут я хмыкнула: получается, что и Джамилю мы отправим в конец списка? Как-то там тесно становится, уже и места нет!
Хорошо, поехали дальше.
Поклонник Джамилиной красоты, Ринат. Вот мы, кажется, и добрались до человека, который останется в первых строках нашего перечня! Ура? Да нет, не очень… Во-первых, с Андреем он почти не пересекался. Его взяли на работу флористом полгода назад, ни одного большого заказа он не делал, да и кто б ему дал? Крутил отдельные букеты, занимался цветами на складе, в общем, был поварёнком, а не шеф-поваром. Точно так же не годился бы он и для того, чтобы принимать участие в дополнительных бизнесах Таманцева. И всё-таки небольшой знак вопроса возле имени Рината Тимербаева я оставлю.
Леночка.
Вот ещё сегодня утром я бы готова была поспорить на что угодно – Леночка проста, как соломинка для коктейля. Хорошенькая пустенькая головка, занятая одной мыслью: надо удачно выйти замуж. Но я слышала её разговор по телефону, и это была совершенно другая Елена. Ах, как бы узнать, с кем она говорила?
Костя Гордеев, курьер. Хороший мальчик, не вижу я в нём червоточины. Не поступил в институт, в Тимирязевку, на садоводство и ландшафтную архитектуру, пришёл к нам работать больше года назад. Учился на подготовительных курсах, сейчас вот поступил на заочный. Всё прозрачно, без тёмных пятен. Нет-нет, ещё одного курьера-засланца я не выдержу, это будет даже не перебор, а переборище!
Тамара, дорогая подруга. Не стану врать, не такая подруга, чтобы с детского сада и по сей день. Не такая, которая станет защищать меня при любых обстоятельствах, нет. Может быть даже, не подруга, а приятельница, так вернее будет. Но мы приятельствуем уже лет шесть, были случаи, когда и мне нужна была её помощь, и наоборот бывало. Вот только отчего-то мне не хотелось пускать Тамару в мою личную жизнь, да и она не спешила приглашать домой, знакомить с мужем и так далее. Кстати, даже не уверена, что муж у неё всё ещё присутствует в биографии, что-то давно не слышала, чтобы она с ним по телефону говорила. И сейчас, задумываясь, я поняла, что почти ничего о Тамаре Авдеевой не знаю.
По ходу размышлений я допила свой глинтвейн и лениво размышляла, а не сходить ли за дополнительной порцией. Тут передо мной на столике появился полный бокал, а в соседнее кресло сел Алексей, и тоже с бокалом.
– Отличная у тебя идея появилась насчёт глинтвейна! – сказал он весело.
Алексей Серебряков, художник.
Когда за Катиной спиной закрылась калитка, Олег негромко спросил:
– Иван Павлович видел, как ты выходил?
– По-моему, нет. Я старался никому на глаза не попасться. А тебя он видел?
– Скорее всего, да, – Олег тихо рассмеялся. – Он когда служил, у него прозвище было Колдун. И ещё говорили, что у него глаза на затылке.
– Служил?
– Ну, а откуда я его знаю по-твоему? С отцом моим вместе и служил, только Палыча из-за ранения раньше списали. Ладно, потом поговорим. Там Джамилька и Ринат вроде замолчали, пошли потихонечку.
И он неторопливо двинулся вдоль стены, ограждающей территорию охотничьего домика.
«Потом поговорим» – это значит, завтра. Много всего на завтра намечено и назначено, начиная с допросов у следователя и заканчивая этим разговором. И хорошо бы заранее решить, что говорить моим новым напарникам, а о чём умолчать.
Н-да, частный детектив – это, конечно, неожиданно.
Что у нас кто-то работает на конкурентов, Андрей мне говорил ещё в начале июля, и тогда же предложил заняться небольшим, можно сказать, домашним расследованием. Я отказался – ну какой из меня детектив, смех один… А через пару недель в «Садах Эдема» появился новый курьер.
Воруют, конечно, не деньги, Олег совершенно правильно сказал. Воруют информацию. Сведения о предстоящем бракосочетании или юбилее каких-нибудь крупных фигур – это чистое золото. А уж контакты с личными помощниками и людьми, которые занимаются организацией мероприятий, можно в каратах считать. Получается, что кто-то на фирме вылавливал такие сведения и сливал конкурентам. И вот что мне интересно: неужели убили Таманцева из-за того, что он выяснил, кто у нас засланец?
Нет, не верю.
Ну нормальные же люди все, работаем рядом не первый год. Одно дело – продать информацию, промышленный шпионаж со времён фараонов не выходит из моды. А убить хорошо знакомого человека – это совсем другое. Это меняет тебя раз и навсегда.
Ладно, может, это ещё и не убийство. Будем надеяться, что мой друг Костя Алябьев, майор полиции, что-то сможет узнать о результатах вскрытия.
***
После ужина все разошлись по комнатам. Я поднялся к себе, попробовал почитать, но выдуманные приключения героев в очередной раз померкли перед реальностью.
