Предатель. Я не твоя - Элен Блио
Мне обидно! Дико обидно за Демьяна. Понимаю, что это не рационально, и Никита прав, но всё-таки!
— Как будто ты не слушаешь своего отца? Не уважаешь его!
— Мой отец не творит дичь.
— Неужели? Напомнить, как он поступил с моей мамой?
— Злата, это…
— Это другое? Скажи, ну? Тебе просто повезло, что наш отец не начал охоту на Шереметьевых!
— Пусть так. Но у меня всё равно есть своё мнение. И было. Всегда. И, заметь, когда я на тебе женился, я не спрашивал, а твой Демьян…
— Он… он бы тоже на мне женился. Я уверена. Там… тогда… что-то произошло.
— Я тебе скажу, что произошло. Твоему Демьяну подсунули богатенькую невесту и всё.
— Хватит, пожалуйста. Перестань. Мне и так тошно.
— Ладно, прости. Мне тоже… хреново.
— Дети, что у вас тут опять происходит? — Элина заходит в столовую, где мы ругаемся, она бледная, круги под глазами, хотя старается, как всегда, держать марку и выглядеть шикарно.
— Мам, прости.
— Никита, есть новости?
Отец с утра уехал, периодически звонит брату. Я понимаю, что мама волнуется — боится, что покушение могут повторить.
— Следствие работает. Нашли кого-то. Пока задержали Шереметьева.
Элина смотрит на меня, у меня слезы в глазах.
— Детка, успокойся, всё будет хорошо.
Никите звонят с поста охраны, он отвечает резко, а потом так же резко меняется в лице.
— Что? Кто? Точно? Пустить, немедленно! Да! Я… я сам встречу, я…
Ничего нам не объясняя он выбегает, а мы переглядываемся.
У меня сердце, наверное, просто выскочит от страха. Кто это может быть?
Отец? Нет, Никита не побежал бы встречать его.
Демьян?
Неужели его отпустили?
Очень хочется добежать до окна, чтобы посмотреть, я смотрю на маму Элину, она на меня — вместе идём в холл, туда, откуда удобнее всего посмотреть, тормозим у окна, через пару минут ахая в шоке.
Боже… Это просто…
Так же вместе срываемся и бежим к двери, которая почти сразу открывается.
В дом заходит Никита, он несёт коляску. На его лице все эмоции — потрясение, радость и страх.
Рядом с ним идёт Алёна. И Динка. И женщина, которую я видела только на фото. Мать Демьяна.
— Добрый день… Проходите, располагайтесь.
— Здравствуй, Элина, — голос у матери Шереметьева глухой, чуть надтреснутый.
— Здравствуй, Настя. Проходите в столовую. Я распоряжусь, чтобы подали чай, закуски.
— Не стоит беспокоиться, мы только из дома.
— Ну, какое беспокойство, Насть… Свои же люди. Родные.
— Родные, да…
Мать Демьяна смотрит на меня пристально, а я снова дрожу. Каким-то шестым чувством понимаю, что сейчас надо сделать мне.
Поворачиваюсь и бегу в детскую. Мой малыш сейчас с няней, играет спокойно, возит машинку по полу.
Хватаю его в охапку, целую в щечки, приговариваю, какой он у меня славный, какой красивый, самый лучший.
Захожу в столовую, куда Элина пригласила всех Шереметьевых.
Никита стоит рядом с Алёной.
Он ТАК на неё смотрит!
А она отвернулась. И ребёнка, как и я держит на руках.
— Алёна… я, я вас искал.
Она молчит, а мне так тяжело смотреть на это!
Подхожу к маме Демьяна.
— Познакомьтесь, это Рома. Он… он ваш внук.
Анастасия улыбается моему малышу, протягивает руки.
— Как похож! Вылитый Дема в детстве, такой же щекастый.
— Да, он крупный, родился весил три девятьсот пятьдесят, почти четыре.
— Дема был чуть меньше. Можно?
— Конечно.
Передаю ей сына, а сама смотрю на Алёну и Никиту.
Между ними диалога не получается. Это факт. И им нужно побыть наедине, я думаю.
Может, стоит их к этому немного подтолкнуть?
Краем глаза вижу, что Дина что-то строчит в телефоне. Модный блогер — надо же!
— Никит? — подхожу ближе, чуть закусывая губу. — Познакомишь нас?
Алёна не двигается, не смотрит в мою сторону.
Ясно. Что там Никита говорил? Она была уверена, что он её любит?
Угу, так-то я тоже была уверена, что Демьян любит меня.
— Алёна, это… Злата, моя…
— Сестра. Я сестра Никиты по отцу.
— Что? — Алёна поворачивается, смотрит недоверчиво, а я улыбаюсь.
— Моя мама была… в общем, у мамы были романтические отношения с отцом Никиты, появилась я. Я не знала кто мой отец, а он ничего не знал обо мне.
— Но вы же… вы… поженились?
— Это был вынужденный брак. Фиктивный. Мне… мне угрожали, и я пришла к Никите за помощью. На свадьбе папа меня увидел, заподозрил неладное, провел расследование и вот.
— Мой отец тебе угрожал, да? — этот вопрос задаёт Алёна, я киваю.
— Дем мне не верил, а я знала.
Теперь она смотрит на Никиту, прижимает к себе своего сыночка, у которого такие знакомые зеленые глаза.
— Смотри, Ник, это твой папа.
— Ник? Ты… ты назвала его.
— Никита. Его зовут Никита, Никита Никитич…
Брат делает шаг, обнимает свою любимую. А я поворачиваюсь к мамам и Дине, делаю большие глаза, показывая, что нам стоит куда-то переместиться.
Мы тихо выходим, у самой двери меня тормозит Дина.
— Ну, привет, спасительница.
— Привет.
— Ты же в курсе, что Дема задержали?
— Да, конечно.
— Его нужно вытащить. Чем скорее, тем лучше.
— Но… как? Что я могу сделать?
— Поговори с Мирзоевым старшим. Пусть поможет.
— Я поговорю, конечно, я и сама хотела. Он уехал в офис, я не знаю, когда вернётся.
— Когда вернётся может быть поздно.
— В смысле? — смотрю на неё, не соображая, что она имеет в виду.
— Демьяна хотят убить.
Глава 46
— Хреново, Демьян, хреново. Не ожидал от тебя.
Я тоже не ожидал.
Не ожидал, что бывший тесть и бывший компаньон притащится в изолятор.
— Так и будешь молчать?
— Что вы хотели? Уже всё выжали, что только можно было.
— Не всё, дружочек, не всё. Сколько акций ты передал сестрёнке? И сколько бабла влил в этот, её, типа, популярный блог? И куда свои активы дел?
— Вы серьёзно сейчас?
— Вполне. Я хотел вас выпотрошить до нитки, и я выпотрошу. Так что лучше давай по-хорошему. Хочешь выйти живым отсюда — все сделаешь и подпишешь. Хочешь, чтобы сестрицы твои и мамашка жили — сделаешь. Ах, да, пока не забыл — у тебя, кажется, и ребёнок есть? Смотри. Он есть. Его может и не быть.
Знал, падла, что надо сказать. Я дёрнулся, тут же дернулся конвойный.
Ясно всё.
Сажусь обратно.
Только бы Динка всё сделала правильно. Только бы…
Как я мог так облажаться?
Как отец мог?
Как мы могли такими наивными быть?
Закрываю глаза.
— Сделаю всё. Завтра. Приноси бумаги.
— Сегодня. Я заеду
