Предатель. Я не твоя - Элен Блио
Почему она меня предала?
Почему побежала к моему врагу?
Или… есть ли шанс, что Мирзоев её принудил? Возможно, шантажировал? Угрожал убийством.
Он мог. Отец рассказывал о его методах. Когда-то он и отца пытался…
Чёрт. Неужели, правда?
Никита потребовал, чтобы Злата вышла за него, в противном случае он… он что? Обещал убить её? Меня? Еще не рожденного ребёнка?
Могла ли она знать о том, что ждёт сына тогда?
Мог ли Мирзоев об этом узнать?
Миллионы вопросов роятся в моей звенящей башке.
Не могу сдержать стон. Больно, пытаюсь встряхнуться.
— Осторожно.
Что это? Открываю глаза, вижу лицо Златы, довольно близко. Я… я лежу на скамейке, моя голова на её коленях.
— Юра, может «скорую»?
— Будем ждать три часа, да он уже очухался…
— Подай воды, пожалуйста. И платок.
— Злата… — еле шевелю губами.
— Молчи, Демьян, ты сам напросился. Никита узнает, и…
— Что? На дуэль меня вызовет? Или прикончит, как моего отца?
— Мой б… Мой муж не убивал твоего отца. Ты не там копаешь.
У меня перед глазами пелена, я её почти не вижу, и солнце слепит.
— Юра, смочи платок водой, пожалуйста. Да, хорошо, дай сюда.
Прохлада расслабляет, сразу так хорошо! Чувствую её нежные руки, которые ложатся на мою голову. Влажный платок на лбу. Красота.
Я ведь ненавидеть её должен, да?
Я и ненавидел… Наверное.
Да, всё это время так старался ненавидеть, и сам не понял, что до сих пор люблю.
Люблю.
Любить проще чем ненавидеть.
— Злата Романовна, давайте я его к машине оттащу, да и…
— Юр, покатай пока Ромочку, а?
— Злата Романовна, у меня инструкции.
— Я никому не скажу. И ничего со мной не случится. Ты его хорошо приложил, он не встанет.
Это я не встану? Весело, когда обо мне вот так говорят. Как будто меня и нет.
А может, она и права. Нет меня.
Был Демьян Шереметьев, да весь вышел. Осталась оболочка. Пустая. Почти.
Арабов высосал все соки, воспользовался гибелью отца.
Но я тоже не так прост, кое-что всё-таки успел защитить. Хорошо, Динка помогла, подсказала отличную схему перевода денежных средств и активов.
Правда, я потерял шахты и пару заводов.
Арабов уверен, что он на коне, что он меня «сделал». Ну, это мы еще посмотрим.
Сука, еще и Мирзоевы вернулись. Одни враги кругом.
И Злата.
И сын.
Поворачиваю голову, слыша возглас ребёнка.
— Ма! Ма! Гулять!
— Юр, побегай с ним там, пожалуйста, по дорожке, хорошо?
— Злата Романовна, я не могу вас надолго оставить.
— Юрий Алексеевич, не думала, что вы такое трусло!
— Злата Романовна, ну…
Юрий Алексеевич, прямо как Гагарин.
Хреново Никитушка свою жену охраняет, а если я её…
Повожу плечами, устраиваясь поудобнее на коленках любимой женщины.
Да, да, всё еще любимой, несмотря ни на что.
Поднимаю руку.
— Слышь ты, лежи спокойно, понял? Я тут рядом!
Долбанный телохранитель. Рядом он.
Да если бы я захотел…
Угу, захотел. Получил по голове.
— Спокойно лежи, Демьян. А то правда «скорую» вызову тебе, чтобы забрали в палату для буйных.
— Вызови.
Молчит. Губки поджала. Такая… смешная и родная одновременно. Милая, красивая моя девочка.
Предательница.
Или жертва, которую использовал мерзавец Мирзоев.
Говорящая фамилия у него.
— Он тебя шантажировал?
Спрашиваю тихо, я не вижу, где её бравая охрана, не хочу, чтобы парень что-то передал шефу.
— Кто? — чувствую, что она дергается, еле заметно, но меняется её дыхание.
Неужели я угадал?
Чёрт…
Как же это всё…
— Он заставил тебя выйти за него, да?
Злата молчит, отворачивается, мне снизу не очень хорошо видно, какое у неё выражение лица, поэтому я хочу подняться.
— Лежи, Демьян.
— Мне надо встать, Злата.
Надо. Правда, очень не хочется, когда я еще полежу у неё на коленях?
Но сейчас мне необходимо посмотреть в её глаза.
— Полежи еще немного.
Она говорит тихо. Кажется, в её голосе нежность. Ласка.
Как хорошо.
Как давно я не испытывал женской ласки.
Последний раз реально это было именно с ней.
Потом…
Жена? «Не смешите мои подковы», как говорил один персонаж из мультфильма.
Юлианна мечтала пробраться в мою постель. Пару раз я её оттуда вытаскивал.
Я считал, что наш брак фиктивный, мало того, меня обманули, оформив его вообще без моего участия! Я не представлял, что такое возможно. Но оспаривать не стал, потому что отец объяснил мне чем это чревато.
— Арабов нас уничтожит.
— Арабов?
— Сдаст с потрохами Мирзоевым. Они как стервятники кружат, ждут нашего падения.
— Я не хотел ввязываться в эту войну.
— Тебя кто-то спрашивал? Посмотри вокруг. Одни предатели. Девка эта твоя… Я говорил тебе не связываться с ней! Ты не слушал.
Мне было противно тогда слушать о Злате, её поступок шокировал, просто убил.
— Не надо, отец.
— Надо! Ты должен понимать, кто нас окружает! Мы в ловушке, в западне. Если ты дашь слабину…
— Я не буду спать с дочкой Арабова, наш брак останется фиктивным, по крайней мере пока… пока он не выполнит своих обещаний.
Именно так я и сказал тогда. И отец был доволен, ответил, что это разумно и он гордится мной.
— Да, я хотел тебе сказать… Я ведь ходил к твоей женщине, к этой… Злате.
Слова отца меня сильно взбудоражили. Он? Ходил? Зачем?
Я ведь помнил, что ему было плохо тогда, потом с приступом свалился я, и как раз в это время Злата… Нашла удачный момент, в общем. Или Мирзоев нашел. Я ведь не разбирался тогда что с отцом случилось, что со мной. Нас могли просто грамотно вырубить в нужный момент!
— Я пошёл к ней, чтобы попросить не бросать тебя. Объяснил, что твой брак — вынужденная мера, что ты любишь её, но есть в жизни мужчины такие моменты, когда он должен выбрать долг, а не любовь.
Неужели отец реально был у неё и сказал всё это? Тогда я был еще раз шокирован тем, что он говорит.
— И… что она? — спросил я тихо, хриплым голосом.
— Она сказала, что не позволит сделать из себя шлюху для нашей выгоды. И добавила, что уже нашла человека, который ей поможет, а ты… Ты можешь отправляться в ад. Это её слова сынок. Я жалею, что не сделал запись.
Новое потрясение. Могла ли Злата так ответить отцу? Зная её характер, я бы посчитал, что могла. Злата была сильной, прямолинейной.
Я поверил отцу.
Я всегда ему верил.
Он сам предложил сделать брак фиктивным. Но я не был верен супруге. Несколько
