Предатель. Я не твоя - Элен Блио
Я и сказать ему решаюсь не сразу. Собираюсь с силами, проговариваю внутри текст. После одной из лекций застреваю в аудитории замешкавшись, когда ко мне подходит однокурсница.
— Шереметьев Демьян, твой, да?
— Что?
— Ну, ты с ним спишь?
— Тебе какое дело? — сразу выпускаю шипы, чтобы не повадно было меня цеплять, я готова к войне.
— Никакого, просто любопытно, на свадьбу позовешь?
— С какой стати? — не знаю почему, но слова её меня дико раздражают, потому что вопрос с нашей свадьбой как-то так и остался висеть в воздухе. Я не напоминаю Демьяну об этом, почему-то считаю ниже своего достоинства, может, я дура?
— А, тебя, наверное, тоже не позвали, да? Ну, кто ж любовниц на свадьбу зовёт. Ладно, ты, главное, дурой не будь, бабло он тебе даёт, ты хоть вкладывай, в акции, в недвижимость, а то молодость, красота, все это быстро проходит. Век содержанки короток.
Выплескивает на меня весь этот яд и уходит. А я остаюсь.
И почему-то сразу верю словам о свадьбе Демьяна.
Пальцы не слушаются, когда я тыкаю ими по сенсорному экрану смартфона. Открываю интернет. Ищу информацию. Нахожу не сразу — это понятно, Шереметьевы свою жизнь не афишируют.
Набираю Дину.
— Ты знала?
— Злата, ты… я… слушай, поговори с Демьяном, он тебе всё объяснит, всё не так просто…
Поговори…
Я говорю. И моя сказочная мечта разбивается вдребезги, как и вся жизнь.
— Злата, давай, приходи в себя, малыш… Успокойся. Я обещал, что мы будем вместе? Что ты будешь только моей? Я выполню свои обещания.
— А ты? Разве ты будешь только моим?
— Ты должна понять, я всё объясню. Мирзоев и его семейка. Это всё их рук дело.
— Они заставляют тебя жениться?
— Они поставили мою компанию на грань разорения. Я должен спасти ситуацию.
— Чем? Свадьбой?
— Да. Это брак по расчёту. Объединение капиталов и корпораций. Нам нужны деньги и влияние Арабовых. Им нужны наши заводы, связи и репутация. Это не навсегда, детка. Пять-семь лет, может десять. Потом я разведусь и женюсь на тебе. Если ты любишь, ты меня простишь и поймешь.
Наверное, я не люблю.
Наверное. Ненавижу.
Потому что проходит несколько дней, и я иду на встречу с человеком, которого так презирает Демьян.
— Никита, здравствуйте, вы меня помните?
Глава 21
— Это правда, Демьян?
Слова острой бритвой по сердцу.
Чёрт. На хрена я тянул с признанием? Надо было сразу всё сказать.
Ненавижу себя за это.
Ненавижу причинять ей боль. Моя девочка любимая, маленькая моя. Почему же всё не так? Какого же…
Смотрю на неё, застывшую, с глазами-омутами, кожа прозрачная. Почему-то отмечаю, что у неё сейчас очень тонкая шея, и запястья, словно она еще похудела, и так была худенькая. Красивая моя.
Увидел её первый раз тогда, хотелось хорошо так матом высказаться, какого хрена ты малявка по всяким местам сомнительным таскаешься?
Дина моя, сестра, медуза, что б её… та еще идиотка, но ты-то куда, малолетка! Сначала она показалась совсем молоденькой, даже почувствовал себя неважно, поняв, что цепляет. Я нормальный мужик, всяких извращений избегал, а тут — дитё такое понравилось. Чёрт.
Потом понял — Злата, к счастью, не школьница. Но… переклинило нафиг. Хотя мне нравились всегда совсем другие — высокие брюнетки, с большой грудью, с формами. Эта тоже с формами, но аккуратная, как статуэточка, невысокая, светленькая, и глаза — как хрустальные, цвета моря.
Не думал тогда. Просто действовал.
И она тоже, действовала. Тачку мне раздолбала.
Офигеть!
Кажется, я тогда и влюбился. Смотрела — огнём поливала, думал — испепелит. Набросится на меня, малявка и прикончит.
А она за меня в драку полезла! Ух… вот это девочка так девочка!
И ничего ей не надо. Ни цветов, ни подарков. Гордая.
Нет, цветы я посылал, тогда как раз уехать срочно нужно было по делам. Потом зашивался так, что забыл напомнить помощнику о букетах. Зато сам приехал. А она меня в метро. Нормально…
Сосед этот её — как раз на него она из-за меня кинулась.
Домой привела, рану промыть. Капец.
Сам внутренне охреневал над собой и над своим состоянием.
Я уже чувствовал, что мы одно!
Знал, так и будет. Навсегда. Нашёл свою половинку.
Свою душу родную.
Видел, что нравлюсь ей, только вот кроха такая гордячка была сначала. Потом оттаяла.
Когда поверила, что у меня всё всерьёз.
А было реально всерьёз. И есть.
Если бы не эти гребанные обстоятельства.
— Что ты хочешь услышать, Злата?
— Ты… ты женишься?
Молчу. Внутренне умираю. Потому что чувствую, как умирает она.
Твою ж…
Как же это больно, причинять боль тому, кого любишь! Нереально больно.
Собираюсь с мыслями. Сказать ведь просто? Если бы.
Эти глаза, взгляд умоляющий, губки любимые, шепчущие — «пожалуйста, пожалуйста» …
Так она шептала в постели, тогда, в самый первый раз. Господи, как же мне с ней хорошо! Как же я проваливаюсь в неё каждый раз! Улетаю с ней.
Реально сам не понимал сначала, что так бывает. Думал — ерунду рассказывают. Мол, если встретишь такую, одну, единственную, потом никого не сможешь. Никак.
Искренне считал, что это всё так, фигня собачья, замануха женатиков, которые в брак вступили, словно пояс верности нацепили. И первое время ходят как блаженные, рассказывают о неземной любви.
Ну, не все, конечно. Как раз у большинства моих знакомых такого в помине не было. Браки, в основном, по расчёту, или по залёту, если девочка сильно продуманная. А чтобы по любви — навскидку даже не мог назвать у кого так.
Но со Златой — сразу почувствовал, что это совсем другое. Мне с ней хотелось просто рядом быть.
Не в постели кувыркаться, не заниматься любовью до пустоты, когда после хочется только отвалиться и спать.
Просто смотреть на неё, обнимать, держать за руку. Дышать ею.
Разве бывает так?
Сам себе вопросы задавал.
Околдовала что ли?
Бред.
Но мне с ней было настолько хорошо, что казалось я не дышу, когда мы не вместе. Когда знаю, что не увижу её — вообще край.
Я ведь сам сознательно оттягивал момент первой близости. Дико боялся, что пропадёт это очарование. Исчезнет.
И что я тогда буду делать? Как жить? И как быть с ней?
То, что я всерьёз был готов жениться
