Владимир Власов - Мономах. Снова в деле

Ознакомительная версия. Доступно 11 страниц из 69

— Простите, но мы приехали по звонку одного из ваших соседей. Он услышал выстрелы и сообщил в милицию.

— Лично я ничего не слышал. Поэтому ничем не смогу помочь.

Дардыкин намеревался добавить еще пару фраз, но вдруг замолчал, заметив в руках второго милиционера какой-то странный предмет, похожий на газовый баллончик. Дурное предчувствие охватило Леху, и он попытался захлопнуть дверь. Но в ту же самую секунду все поплыло у него перед глазами…

В первый раз он очнулся в каком-то микроавтобусе, очень похожем на машину «скорой помощи», и понял, что лежит на носилках. Сидящий рядом смуглый, темноволосый парень в белом халате сразу заметил, что Дардыкин открыл глаза и быстро сделал ему укол. После этого Леха снова впал в бессознательное состояние. Второй раз он пришел в себя в какой-то комнате, напоминавшей больничную палату, и попытался встать. Но тут же с недоумением обнаружил, что накрепко привязан к кровати. Правда, в отличие от больничных палат в этом помещении не было ни одного окна. Высоко под потолком мерцала тусклая лампочка под бумажным абажуром. Стены были выкрашены в грязно-зеленый цвет.

«Вот те раз, — растерялся он. — Кто и зачем меня сюда притащил?.. Да еще и привязали, сволочи! Я что, маньяк какой-нибудь, что меня надо изолировать от общества таким варварским способом! Я даже не знаю, день сегодня или ночь!»

Леха закрыл глаза и попытался собраться с мыслями. Он желал только одного — по памяти восстановить все события, предшествующие тому моменту, когда он очнулся. Дардыкин хорошо запомнил только одно — ехидную улыбку того милиционера, который выпустил ему в лицо струю какого-то газа. Что было дальше — полный провал.

В этот момент дверь бесшумно распахнулась, и порог переступил высокий, темноволосый мужчина.

Он выглядел моложаво, лет на двадцать пять, но эта моложавость была весьма относительной. При ближайшем рассмотрении его лица в глаза бросались кое-какие недостатки: сухая, как пергамент, кожа с сеточкой мелких морщин, чуть припухшие веки. Но в общем это ничуть не портило незнакомца. Может быть, потому, что он держался весьма уверенно. Как хозяин.

Леха подумал, что, несмотря на внешнюю привлекательность, вошедший имеет кучу проблем в личной жизни, особенно, в отношениях с женщинами. Если те и спали с ним, то не потому, что им это нравилось. Скорее всего, незнакомец платил хорошие бабки за свои развлечения, а что в наше время не покупается?

Все эти рассуждения промелькнули в голове у Дардыкина за какую-то долю секунды. Он даже испугался, что вошедший сумеет прочесть его мысли — уж слишком проницательным был его взгляд. Но незнакомец оказался не Богом и не обладал такими сверхъестественными способностями, как чтение чужих мыслей на расстоянии. Он приветливо поздоровался, словно зашел в гости к своему давнему приятелю. Приблизился к кровати вплотную и заглянул Лехе в глаза.

— Добрый день… Меня зовут Тугус. А ты, Алексей Дардыкин, да? — в его голосе чувствовался легкий кавказский акцент.

Леха едва заметно кивнул. Он вдруг ощутил, что от Тутуса исходит опасность. Даже приветливая улыбка и мягкие интонации не могли ввести в заблуждение. Этот человек был коварен, умен и жесток. Увы, в данной ситуации Дардыкин не мог бороться с этой опасностью. Разве что морально…

— Не бойся, — вдруг сказал незнакомец. — Пока тебе ничего не грозит. Если, конечно, ты будешь вести себя правильно.

— А я и не боюсь, — разжал губы Дардыкин. — Чего мне тебя бояться?

— Ну, еще бы! Ты, по-моему, никогда ничего не боишься.

— Это вопрос?

— Это утверждение. — Тугус криво усмехнулся. Он наконец-то перестал разыгрывать из себя доброго дядюшку, и это понравилось Лехе гораздо больше.

Дардыкин скосил глаза вправо, пытаясь рассмотреть выражение лица собеседника. Но тот, словно нарочно, отступил в тень.

— У тебя хорошая репутация, Алексей, — вдруг сказал он.

— Ты это о чем?

— Ты хороший боец. Смел, решителен, напорист, благороден… Я иногда удивляюсь, как столько положительных качеств могут уживаться в одном человеке…

Тугус говорил тихо, его голос звучал ровно, спокойно и убедительно, от чего Дардыкину стало вовсе не по себе.

— Кто вы?

— Я же сказал — Тугус. Или этого недостаточно?

— Нет. Меня, например, зовут Лехой Дардыкиным. И у тебя должно быть какое-то имя.

— Для тебя я — Тугус. Тебе и вправду интересно, как меня зовут?

— Послушай, Тугус, — раздраженно проговорил Леха. — Хватит играть в кошки-мышки. Чего ты хочешь?

— Поговорить.

— Тогда развяжи меня. Я не привык разговаривать лежа.

— Ну еще бы! Но, учитывая некоторые особенности твоего характера, я бы не рискнул сделать это. Ради своей собственной безопасности.

«Черт, да он же издевается надо мной! — разозлился Дардыкин. — Вот сволочь!.. Правда, для простого чеченского боевика этот Тугус слишком образован. Судя по всему, он не боевик и пришел сюда не для того, чтобы убить меня. Уж слишком вежливо он со мной обращается…»

— Так уж и быть. Для тебя я сделаю исключение, — как бы нехотя согласился он. — Так что тебе от меня надо, Тугус? Если поговорить, то давай, валяй! Только для этого не стоило тащить меня за тридевять земель, привязывать к кровати и осыпать комплиментами. Ты что, не мог отыскать меня в Москве? Или ты думаешь, что я бы не согласился с тобой встретиться?

Наступила пауза. Тугус потер ладони, словно ему вдруг стало холодно, и отрывисто произнес:

— Ты сам прекрасно понимаешь, почему ты здесь. И что мне от тебя надо.

— Не понимаю.

Холодно усмехнувшись, Тугус подошел к двери и поступал по ней согнутым указательным пальцем. Дверь мгновенно распахнулась, и в комнату вошла Жанна в сопровождении двух охранников. Если быть до конца откровенным, то определение «вошла» никак не подходило к данной ситуации. Девушку просто перекинули через порог, втолкнули в помещение силой, и затем один из боевиков резким ударом кулака опрокинул ее на пол.

Горло Дардыкина перехватил спазм. Он слышал, что чеченцы даже к своим женщинам относятся весьма специфично. А об иноверках, тем более русских, и говорить нечего. Он знал об этом, но никогда не думал, что станет свидетелем подобного зрелища.

Все тело Жанны было в огромных синяках и ссадинах, губы разбиты. Она так и осталась в том самом домашнем халатике, в котором ходила по квартире. Только теперь этот халат превратился в самые настоящие лохмотья. Пуговицы оборвались, поясок где-то потерялся. Нижнего белья вообще не было. Лежа на полу, девушка дрожала, словно в лихорадке, и боялась даже поднять голову. Один из охранников пнул Жанну ногой, затем нагнулся и задрал подол халата. Брезгливо поморщившись, раздвинул ее ягодицы и сунул в задний проход указательный палец. Жанна резко дернулась и заскулила, как собака.

Преодолев первоначальный шок, Дардыкин попытался оторваться от кровати, но у него ничего не получилось — узлы были завязаны слишком крепко. Тогда он отчаянно закричал:

— Сволочь, Тугус, ты мне ответишь за это! При чем здесь она?!

— Как ни странно, но в отличие от тебя Жанна знает, зачем она здесь, — рассмеялся Тугус и спросил у девушки: — Правда, детка?

— Да, — чуть слышно прошептала та.

— Прикажи своим парням оставить ее в покое, если ты считаешь себя настоящим мужиком! — взорвался Дардыкин. — Ты, вижу, совсем охренел, если вздумал воевать с бабами.

Тем временем второй охранник схватил Жанну за волосы, приподнял ее голову, а второй, свободной рукой принялся расстегивать джинсы. Девушка шарахнулась в сторону и тут же получила звонкую пощечину за строптивость. Она попыталась отвернуться, плотно сжать губы, но после нескольких ударов ее решимость пропала.

Не в силах больше смотреть, как какой-то грязный чеченец измывается над Жанной, Дардыкин повернулся в сторону Тугуса и, сдерживая ярость, сказал:

— Хватит!

Тугус прикусил губу и медленно покачал головой.

— Нет, Алексей, придется немного потерпеть. Может быть, тогда ты поймешь, насколько далеко все зашло. Поймешь и не станешь упорствовать…

— Я сделаю все, что вы хотите, — заторопился Леха. — Только не трогайте ее!

— Извини, дорогой, но несколько минут назад ты мог все исправить. Сейчас, к сожалению, уже поздно. Так что терпи.

Леха скрипнул зубами и закрыл глаза. В сложившейся ситуации это был единственный выход — не видеть, как боевики по очереди насилуют Жанну. Но, к сожалению, он не мог заткнуть уши, поэтому стоны, вопли, тяжелое дыхание, мат — все это Дардыкин слышал весьма отчетливо. Его воображение рисовало картины одну страшнее другой, но изменить ход событий он, к сожалению, не мог.

Внезапно наступила тишина. Вопли резко прекратились. Холодея от страха, Леха приоткрыл один глаз, затем второй и увидел Жанну, лежащую на боку. Кривясь от боли, девушка молча плакала. Слезы текли по ее покрасневшим щекам и капали на свежевыкрашенные доски пола. Перехватив Лехин взгляд, она попыталась прикрыть руками волосы на лобке, но тут же один из боевиков вновь пнул ее ногой.

Ознакомительная версия. Доступно 11 страниц из 69