В тайниках памяти - Мохамед Мбугар Сарр

Ознакомительная версия. Доступно 16 страниц из 105

бы ей говорить после жестоких слов, которые бросил перед ее отъездом? Никакие извинения не смогли бы загладить те слова. Слова, как и люди, не поднимаются вверх по реке времени, чтобы помешать самим себе родиться. Я жалел, что сказал их. Но в глубине души соглашался со сказанным: да, Мосана была готова на все ради иллюзии свободы. Это была африканка, решившая, что ей достаточно пренебречь приличиями и начать курить на людях, чтобы стать как те белые женщины, которых Асан показывал ей в иллюстрированных журналах. Что она может стать похожей на героинь романов, которые читал и переводил ей мой брат. Она была готова на все ради пустой мечты. Но я любил ее такой. Ревность, обида, одиночество, гордыня и любовь рвали меня на части. Именно тогда я начал спрашивать себя: почему он?

V

Однажды, через три или четыре месяца после ухода Мосаны, боль стала так сильна, что я не выдержал и отправился в большой город. Я не имел о нем никакого представления и не знал, где жили Мосана и мой брат; и все же я отправился туда.

Путешествие заняло один день и одну ночь. Город был оживленным и шумным. Я чувствовал вокруг беспорядочную, бьющую через край, яростную и прекрасную энергию, которая могла истощить до смерти живого, но могла и оживить покойника. Мальчишка, слонявшийся по улице, за мелкую монету согласился быть моим поводырем. Он спросил, куда меня отвести. Я сказал, что мне нужно в квартал белых. Пришлось пройти через район, где тошнотворно воняло отбросами и падалью, несколько раз пробиваться сквозь тесное скопление людей, прежде чем я ощутил освежающий запах моря. Город меня заворожил. Пока мы шли, я забыл о цели моего путешествия и позволил тому, что происходило вокруг, полностью захватить меня. Мальчик приноровился к моей походке, он был очень рад, что получил деньги всего-навсего за то, чтобы водить по городу слепого. Мы прошли через рынки, где мирно уживались продавцы и покупатели, полицейские и бандиты, собаки, ослы, бараны и кошки. Запахи всевозможных сортов мяса. Аромат свежевыловленной рыбы всех видов. Благоухание специй. Ветер, пахнущий морской солью. И снова откуда-то тянуло помойкой и стоячей водой. И голоса, и громкие споры: серьезные, веселые, игривые, философские.

Говорили о погоде, молились о том, чтобы предки не дали сбыться неблагоприятному прогнозу на сезон дождей, расхваливали чудотворца Серинье, который вскоре должен был прибыть в город, описывали покачивание ягодиц знаменитой Салиматы Диалло, а еще обсуждали последний поединок борцов, духа, который унес в море ребенка, и жертвы, которые следует принести богине, чтобы такое не случилось с другими детьми, любовные шалости белого губернатора, которого застали пьяным, то, что у одной местной куртизанки волосы на лобке выстрижены в форме усов, благость божью, роковую неотвратимость судьбы человеческой. На одной из площадей я слышал, как ожесточенные споры сопровождались звучным стуком шашек о доску. Я на какое-то время остановился, чтобы послушать все эти ссоры, насмешки, претензии, угрозы отомстить. В былое время это было для меня захватывающей игрой, и сейчас я вспомнил прошлое.

Сирены скорой помощи или жандармерии. Суета. Ругань и обсуждение происходящего. Мы остановились. Пожар? Кража? Нет, арест великолепного бродяги, которого, по-видимому, столько же ненавидели и боялись, сколько уважали и старались задобрить. Одна женщина призвала меня присоединиться к толпе, собиравшейся его освободить. Я ответил, что мой путь лежит в другую сторону. Она напустилась на меня с бранью, злая, как ведьма, обозвала трусом, в непристойных выражениях стала жаловаться, что в мире больше не осталось мужчин. Одни слюнтяи! Бабы в штанах! Тряпки! Недоделанные! Где настоящие мужчины, отчаянные храбрецы вроде тех, что были раньше? Пускай они помогут нам освободить красу и гордость нашего города! Я ответил, что от меня им пользы не будет: я слепой и не из здешних мест. Она заявила, что в жизни для мужчины, особенно такого молодого, как я, не имеет значения, зрячий он или нет и из каких он мест. Да-да! Мужчине, где бы он ни оказался, откуда бы ни пришел, нужны только яйца, чтобы работать и сражаться. Во время этой перепалки я отвлекся и выпустил плечо моего поводыря. Мальчишка тут же сбежал. Ведьма направилась куда-то по своим делам, но я успел спросить ее, как пройти в квартал белых. Перейди мост и иди на север! И будь поосторожнее, уже вечер, а ты нездешний! Быть поосторожнее? С чем? С кем? Ее ответ потонул в окружающем гаме.

Какой-то добрый самаритянин согласился перевести меня через мост. Мы пришли в колониальный квартал. Это был другой мир. Тишина, порядок, спокойствие. По звуку я понял, что под ногами у меня асфальт. Затем услышал, как говорят на языке белых. В их голосах слышалась умиротворенность. Только умиротворенность, ничего больше. Здесь я был гостем, а они – хозяевами, и так будет еще долго. Токо Нгор это предсказывал… Я попытался узнать, где находится нужный мне дом, но вначале никто из тех, кто говорил на нашем языке, не мог мне помочь. Но я не сдавался. Наконец какие-то люди вспомнили об африканце, который с недавних пор работал учителем и жил со своей женой на севере острова. Они не знали его имени, но сказали, что видели его, и тогда я спросил, похож ли он на меня. Одни без колебаний ответили утвердительно, другие заявили, что нет, нисколько не похож. Это была единственная ниточка, которая могла привести меня к цели, и я решил придерживаться ее до конца. К вечеру мне удалось найти тот самый дом. Перед входом стоял охранник из наших. Он холодно ответил на мое приветствие, а когда я спросил, здесь ли живет Асан, сказал, что никакого Асана здесь нет. Не без труда я вспомнил католическое имя, которое взял себе мой брат.

– Что тебе надо от месье Поля?

– Я его родственник и хочу его видеть. Это мой брат.

– Sa Waay. У месье Поля нет брата.

– Говорю тебе, это мой брат! Разве не видишь, мы похожи, как две половинки одного зада?

– Возможно.

– Ну надо же!

– Поостынь. Половинки одного зада не всегда бывают одинаковые. Промежуток между ними – не оправа зеркала.

– Мы близнецы!

– Может, и так, приятель. Но месье Поль никогда не говорил мне, что у него есть брат. В любом случае он сегодня не ждет гостей. Я могу впускать только тех, кто заранее договорился о встрече.

– Где это видано, чтобы человек заранее договаривался о встрече с братом?

– Такой здесь порядок. Надо договариваться. Чтобы знать наверняка, что

Ознакомительная версия. Доступно 16 страниц из 105