Развод: Я и мое счастье - Евгения Кец
— Дамир, — выдыхаю. — Что ты такое говоришь, ведь мы...
— Да нет и не было никогда никаких нас. Это ты себе там что-то придумала. Так что давай трагедий не устраивать. У нас отличный брак, у тебя есть всё, чего ты хочешь, а у меня то, чего хочу я. Так что роди уже ребёнка, чтобы отец от меня отстал, и живи себе в достатке и спокойствии.
— Я... — замолкаю, задумавшись, а что я?
Способна ли я принять такие отношения и забыть всё, что видела?
Глава № 2: «В одиночестве»
№ 2.1
Приезжаю к сестре. На негнущихся ногах поднимаюсь на этаж и звоню в дверь. Слышу, как с гулом по пустому подъезду отворяется железный засов тяжёлой двери тамбура, поднимаю глаза и смотрю в печальный взгляд Алеси.
— Иди сюда, дорогая, — раскрывает объятия сестра. — Всё будет хорошо, — прижимает к своей груди и гладит меня по спине.
— Я поживу у тебя немного? — тихо спрашиваю.
— Сколько хочешь, сестрёнка, сколько хочешь...
Время неумолимо летит вперёд, будто за ним кто-то гонится с огромной пушкой. Почти неделю реву, закрывшись в гостевой комнате. Сестра приносит мне еду, но кусок в горло не лезет.
До Нового года остаётся один день. И я, выплакав всё слёзы, наконец, понимаю, что никогда не смогу жить с человеком, который так легко развлекается на стороне. Дамир, конечно, всегда был избалованным мальчишкой, но я считала, что у нас всё хорошо.
Замечательная жизнь: большой и красивый дом, доходный бизнес, две отличные машины и, главное, любовь. Не помню, чтобы муж хоть когда-нибудь жаловался на наш быт или постель.
Прокручиваю в голове последние годы супружеской жизни. Дамир и на работе никогда не задерживался. А теперь у него любовница, и он даже не звонит узнать, что со мной. Как же так?
В какой момент я оступилась? Примерная жена: ухаживала за супругом во всех традициях его семьи; следила за домом; помогала с работой всем, чем могла; честно старалась родить. Но это наша беда — в последний год мы не предохранялись, а забеременеть у меня так и не вышло.
Думаю, сказывается возраст, всё-таки двадцать восемь на носу. Я даже к врачу хотела после праздников записаться, выяснить, что со мной не так. Может, именно это и подтолкнуло Дамира в объятия другой женщины?
— Ты собираешься хоть что-то делать? — в комнате появляется сестра, считываю на лице гримасу недовольства. — Сколько можно себя изводить? Не виновата ты в том, что он налево пошёл, — ругается, — он всегда таким был, а ты себя поедом съедаешь.
— Не говори так, ты не можешь знать этого, — стараюсь защитить хоть память о наших отношениях.
— Оленька, сестрёнка, — обнимает меня Алеся. — Не будь как наша мать, умоляю. Мужчина, который любит, не пойдёт налево, потому что ему просто захотелось. Он не будет развлекаться на стороне, когда дома любимая. И он точно не будет гадить в семейном гнёздышке, притаскивая в вашу кровать какую-то курицу с работы, — кривится.
— Но...
— Не ищи ему оправданий за свой счёт.
Сестра, конечно, права. Я понимаю это мозгом, но сердце слушать голос разума не желает. Мама всегда говорила, что в бедах семьи виноваты двое. От «правильной» жены муж гулять не будет.
Но, похоже, я так и не уяснила, что такое эта самая «правильная жена».
Несмотря на уговоры сестры, собираюсь и еду домой, я должна закрыть эту тему. Если Дамир готов меняться, чтобы строить нашу семейную жизнь заново, то я готова попробовать сохранить брак. Но я не потерплю любовниц — это выше моего понимания. Одно дело все его развлечения: клубы, игры в покер, гонки, — но другая в моей постели...
Захожу в дом с гордо поднятой головой. Слышу приглушённую музыку, что доносится из нашей спальни. Руки холодеют, а ноги отказываются идти наверх. Пересиливая себя, поднимаюсь.
Дверь распахнута, но внутри никого. Где-то в глубине души выдыхаю, но рано — прохожу в ванную, а там Дамир забавляется с незнакомой мне девицей.
— Интересный способ у тебя сохранения семьи и зачатия ребёнка с женой, — фыркаю и презрительно искривляю губы.
В душе поднимается буря, а окончательное решение приходит само собой.
— Не нуди, — отвлекается от губ какой-то брюнетки, что совершенно не стесняясь плавает в нашем джакузи голышом и не обращает на меня ни малейшего внимания.
Дамир встаёт в рост и выходит из ванны.
— Зачем приехала? — проходит мимо меня, оставляя мокрые следы на ковровом покрытии.
— Надеялась поговорить с тобой, — сглатываю тугой комок собственных нервов и обиды.
— Говори, я слушаю.
— Я не поеду завтра на праздник к твоим родителям, — твёрдо заявляю. — Я надеялась, мы ещё можем спасти наши отношения, но вижу, что слишком сильно ошибалась. Ты так и остался избалованным мальчишкой.
— И чего же ты хочешь? — на долю секунды замечаю злобную ухмылку на губах супруга, будто именно этого он и ждал.
— Развода, видимо...
— Как пожелаешь, — подходит вплотную. — Ты же не ждёшь, что я буду умолять тебя остаться? Или думаешь напугать меня, чтобы я вернулся к тебе?
— Ничего я не думаю, — стискиваю челюсти, сдерживая накатывающие слёзы.
— Хорошо, — отмахивается и направляется в ванную, — закрой за собой дверь и позвони семейному адвокату сама. Пусть он подготовит бумаги.
Хотела бы устроить истерику, швырнуть вслед мужу что-нибудь тяжёлое и желательно стеклянное, но сил нет. Руки опускаются. Уезжаю, а по дороге звоню адвокату.
Для того, разумеется, новость становится неожиданной, как и причина. Первые минут пять мужчина пытается убедиться в моей адекватности.
— Да вы достали меня уже! — ору в трубку, выплёскивая весь накопившийся гнев. — Я уверена, что Дамир мне изменяет, я не слепая. Он прям сейчас плещется с какой-то тёлкой в нашей ванне! Не верите, поезжайте и посмотрите сами!
— Ольга Вячеславовна, — монотонно говорит адвокат, выбешивая меня ещё сильнее, чувствую, что начинаю закипать, а слёзы катятся градом, — успокойтесь, вы же за рулём. Будьте благоразумны.
— Да какое вам дело?! Вы буквально минуту назад меня идиоткой обозвали! — кричу на всю машину, и только сейчас замечаю странное скопление автомобилей впереди.
Не слушаю, что говорит адвокат, наверняка снова оскорбляет, вечно он на стороне Дамира. Ведь платит ему Равиль Каримович. Стираю слёзы, а в глазах щиплет, явно тушь попала. Жму на тормоз, но на скользкой дороге машину тащит в сторону тротуара.
Успеваю испугаться. Бросаю руль и закрываю лицо руками, ощущая мощный удар в предплечья от раскрывшейся подушки безопасности. Голова идёт кругом, сквозь туман слышу
