Рецепт по ГОСТу. Полярная звезда Мишлен - Вадим Фарг
— Точно уверен? — Миша прищурился. Он всё ещё пытался найти подвох.
— Гарантирую. Гаврилов приехал по-тихому отмывать деньги, это факт. Но он будет делать это изящно. Через трусливого Пал Палыча, через бесконечные проверки, через новые законы. Лена ему не нужна. Она — отработанный материал, — твёрдо отрезал Волков.
Миша шумно выдохнул. Напряжение в его широких плечах заметно спало. Он откинулся на диван, закинул руку мне за спину и крепко прижал к себе.
— Знаете, моя бывшая жена похожа на неудачный эксперимент биологов, — усмехнулся Миша. В его голосе снова зазвучал тот самый фирменный чёрный юмор. — Как вирус, который случайно вырвался из пробирки. Жрёт всё на своём пути, пока не лопнет. Я уж грешным делом подумал, что она мутировала и нашла себе симбиота в погонах.
— Этот симбиот сам кого хочешь сожрёт без соли. Так что спи спокойно, медведь. Лена останется сидеть, — Саня поднял свой стакан.
— Одной зубастой проблемой меньше, — с облегчением выдохнул Миша и поцеловал меня в висок.
Я уютно устроилась под его рукой. Рядом с ним было очень спокойно. Миша не истерил и не паниковал по пустякам. Он просто искал решение проблемы. И всегда находил его. А если надо было защитить то, что ему дорого, он бы легко перегрыз горло любому Гаврилову.
— Но расслабляться мы всё равно не будем, — твёрдо произнесла я. — Если Лена вне игры, значит, мы имеем дело только с Гавриловым. И с Пал Палычем, который наверняка будет стелиться перед ним ковриком.
— О, Пал Палыч — это отдельная песня, — поморщился Миша. — Он знатный трус. Но трус, загнанный в угол, может очень больно укусить. Нужно держать его на коротком поводке. Марин, ты сможешь занять его на кухне? Вызывай почаще, по разным дурацким поводам. Главное, чтобы он не лез к важным документам и не болтал лишнего.
— Обижаешь. Я заставлю его считать зёрна риса для ризотто. Он у меня забудет, как его зовут, не то что про махинации с землёй, — кровожадно пообещала я.
Саня засмеялся в голос.
— Ребята, вы страшные люди. Я даже начинаю сочувствовать Гаврилову. Приедет московский пижон в глушь, а тут его ждёт шеф-повар с замашками диктатора и полярник с топором.
— Идеальное карельское гостеприимство для непрошеных гостей, — довольно добавил Миша.
За окном продолжала бесноваться метель. Ветер жутко завывал, пытаясь пробиться в щели старого дачного дома. Завтра нам предстояло вернуться в санаторий. В этот сумасшедший дом со скрипучими полами и вечно ломающейся советской техникой. Вернуться на мою любимую кухню, где холодная зона сталкивалась с тёплой, рождая идеальный баланс вкуса. Там нас ждал новый враг. Умный, жестокий и очень расчётливый. Но мне почему-то было совсем не страшно.
Мы допили вино. Саня пошёл стелить постели. Он ворчал о том, что пора бы уже всем спать, а то завтра на работу с больной головой идти. Миша остался сидеть со мной на диване. Он смотрел на огонь, и в его глазах отражались яркие языки пламени.
— Знаешь, Марин. А ведь я правда испугался, — тихо признался он. — Не за себя. За нас. За наш санаторий. Я столько сил вложил в это место. Это мой дом. И я не позволю какой-то столичной пиявке его разрушить.
— Мы не позволим, — мягко поправила я и взяла его за руку. — Мы будем бороться, Миша. Приготовим этому Гаврилову такое блюдо мести, которое он никогда в жизни не сможет переварить.
— Договорились, шеф, — он тепло улыбнулся и сжал мою ладонь.
«И пусть только попробуют сунуться на нашу кухню», — уверенно подумала я, слушая треск дров в печи.
Глава 7
Чай в кружке окончательно остыл. Я задумчиво крутила её в руках. Осколок на ободке неприятно царапал палец. В печи уютно потрескивали дрова. Этот звук ещё пять минут назад казался мне самым умиротворяющим на свете. А теперь он напоминал тиканье бомбы с часовым механизмом.
Саня Волков прервал наше неловкое молчание, которое нарыло всех следом за воодушевлением. Он громко хлопнул ладонью по столу.
— Значит так, — скомандовал майор. — Лирику в сторону. Нам нужен чёткий план действий.
Миша пододвинул к себе тарелку с остатками сушек.
— Излагай, стратег.
— Из того, что я узнал Гаврилов — это хищник, — начал Саня, загибая пальцы. — Он питается чужим страхом и уважением. Если он видит сильного противника, он начинает методично его уничтожать. Искать слабые места, давить по всем фронтам. Ему категорически нельзя показывать зубы.
Я скептически выгнула бровь.
— Предлагаешь сдаться и носить ему кофе с плюшками? — усмехнулась я.
— Я предлагаю другое. Гаврилов должен думать, что он царь и бог. Что он приехал в глухую провинцию, где живут одни беспросветные идиоты.
Миша внимательно посмотрел на друга. В его глазах мелькнуло понимание. Острый ум учёного быстро улавливал суть любой проблемы.
— Хочешь, чтобы мы слились с ландшафтом?
— Именно! — Волков ткнул в Мишу пальцем. — Ты, Лебедев, моя главная головная боль. У тебя на лбу крупными буквами написано, что ты умный. И взгляд слишком тяжёлый. Гаврилов таких не переваривает. Он сразу почует подвох и начнёт копать под тебя с утроенной силой.
— И что мне делать? Сделать лоботомию?
— Тебе нужно включить режим безобидного и послушного валенка.
Я не выдержала и фыркнула. Миша и валенок? Этот суровый мужик, который одним взглядом заставляет су-шефа Васю ронять кастрюли?
— Саня, ты просишь невозможного, — сказала я, сдерживая улыбку. — Он же двух слов связать не сможет в образе идиота. У него словарный запас слишком богатый.
— Придётся обеднеть, — отрезал Волков. — Миша, пойми. Гаврилов привезёт своих столичных юристов. Если они увидят в тебе равноправного партнёра, они тебя сожрут. А если они увидят простоватого завхоза, который только и умеет, что дрова колоть да пельмени лепить… Они расслабятся и наделают ошибок.
Миша задумчиво почесал подбородок.
— Стратегия придурка. Звучит унизительно. Но логично.
— Покажи, как ты будешь это делать, — попросила я, сгорая от любопытства.
— Здрасьте, барин, — проблеял он тонким голосом. — Чего изволите-с? Картошечки почистить или снег покидать? У нас снега много, на
