Коротко обо всём. Сборник коротких рассказов - Валентин Валерьевич Пампура

Ознакомительная версия. Доступно 35 страниц из 228

дело впивались ему в ноги. Мирка вставал на одну ногу, и стряхивал их. Иногда он наступал на сучковатую палку, обронённую старым тополем. И тогда он слегка прихрамывал, пока боль не проходила. Когда Мирка подошёл к сараю, подул ветер, старая покосившаяся от времени дверь качнулась, и пронзительно заскрипела петлями. Мирка вздрогнул, и посмотрел в мрачную пустоту сарая. Где-то там, думал он, скрывается, что-то страшное, и непостижимое, как само зло — думал Мирка, вглядываясь в темноту.

Вдруг что-то странное, и не объяснимое, толкнуло Мирку в Спину, и он шагнул в пустоту сарая. Чёрное, сырое брюхо таинственного монстра, было наполнено, звуками. Они скрипели, шуршали, пищали, а иногда казалось, что кто-то больной и одинокий, стонет где-то там в его пустоте, среди старых и почерневших досок. Мирка толкнул дверь и вышел из мрака, так и не разгадав его загадку.

Он направился к бочке. Теперь шаг его был более уверенным и бесстрашным. Подойдя к бочке, Мирка опрокинул её на землю, и тут же похолодел от ужаса. Чёрная, холодная змея, коснулась его ноги, и зашипела, пытаясь выбраться из-под придавившей ей хвост бочки. Мирка отскочил от бочки, и с ужасом посмотрел на извивающуюся змею. Маленькая, чёрная, с продолговатой головой, она беспомощно вертелась, не имея возможности выбраться из-под бочки. Мирке, стало жаль змею. Он обошёл бочку, и качнул её на себя. Змея выбралась, и заскользила, к сараю по мокрой траве. Только теперь Мирка заметил, что это был уж, с яркими, характерными жёлтыми пятнами, на голове.

Подкатив бочку к забору, Мирка. Поставил её к верху дном, и встал на неё ногами. Теперь осталось только вспугнуть птицу. Мирка взмахнул руками, птица, захлопав крыльями, улетела, и снова стало светло. Большая, жёлтая, груша, висела прямо над Миркой. Мирка протянул к ней руку. И коснулся её. Она была тёплой, и шершавой. Мирка слегка толкнул её рукой, и она медленно поднялась над землёй, освещая всё вокруг, своим мягким, и жёлтым светом.

Проснувшись, утром, Мирка уже не помнил своего ночного путешествия. Перед ним, вставал новый, солнечный день.

Заметка

Маленький, ангел четырёх лет, с круглым румяным личиком, и светлыми кудряшками, стал босыми ступнями на подоконный выступ четвёртого этажа, и начал жестикулировать руками. Вверху, над его головой синело, безграничное небо. А внизу, темнела, узкая полоска асфальта. Прохожие закидывали головы, и ангел застывал в их глазах.

Ангел протягивал к ним руки, и, качаясь на узком выступе, говорил, что-то очень, и очень важное. Голоса слышно не было. Всё происходило в полной тишине. И от этого лицо, и жесты, ангела были по особенному, выразительны.

Люди стояли в низу и боялись пошевелиться. Боялись прервать его речь.

Ангела снял с выступа, молодой парень в форме МЧС. Он обхватил его сзади руками, и снёс в комнату. Всё случилось очень быстро. Но в глаза, бросилось, его сходство с ангелом. Такой же круглолицый, со светлыми кудряшками, и свежим румянцем на щеках.

Страшная ночь

За окном выл ветер, и мела метель. Васька, лежал в кровати, натянув на нос одеяло, и с ужасом вслушивался, как воет ветер, и дребезжит, старый флюгер на крыше.

На улице качался фонарь, и тень, от него, то вытягивалась, то укорачивалась над кроватью. Васька лежал тихо, не спуская с неё глаз, пока вдруг, дом не охнул, и не застонал, под порывами ветра. Он застонал так жалобно, как будто просил ветер, не наваливаться на него всей своей силой, а пожалеть его, и дать передохнуть. Но ветер не слушался. Он дул ещё сильнее, а дом, кряхтел, и качался под ним. Вдруг на чердаке, что-то хлопнуло, зазвенело, и по потолку, затопали, чьи-то ноги. Они, то барабанили дробью. То крались скрепя старыми досками. — Черти ходят — подумал Васька. — Бабушка говорила, что в не погоду, черти вылезают из-под земли, забираются на чердаки старых деревянных домов, и устраивают там, чёртовы свадьбы. И будто бы на эти свадьбы приглашается вся нечисть, какая только может жить на земле и под землёй. И веселится там до того часа пока, ветер не стихнет, и петух не прокукарекает утренний час. Страшно.

Васька лежал тихо, боясь пошевелиться, до тех пор, пока страх настолько не овладел им, что Васька вжался в кровать, и дрожал как мышь, которая прячется от кошки.

Вдруг чёрная тень, сползла со стола, и мягко ступая, по полу, направилась к Ваське. Васька не шевелился, сердце бешено колотилось в груди. Он набрал воздуха и не дышал, что бы чудовище, не услышало его. Но чудовище, тихо приближалось к нему. Сверкая, в темноте, зелёными, злыми глазами. Оно подошло так близко, что Васька почувствовал его горячее дыхание. В какое то мгновение, Васька ощутил, как чудовище напряглось, и прыгнуло Ваське на грудь. Васька вскрикнул, а чудовище уткнулось мягкой своей мордой, ему в щеку, и стало, мурча тереться об неё. — Ласка, Ласка — сказал Васька, прижимая к себе, свою кошку, пушистую, и чёрную как смоль. — Как же ты меня напугала. — Ласка, извиняясь, лизнула Ваську в нос и, замурлыкав, легла рядом. Дом уже не казался таким страшным. А ветер таким завывающим. Вскоре Васька уснул, а рядом с ним уснула его ласка. Утром, когда Васька проснулся, ласка уже была на кухне, и тёрлась о бабушкины ноги, в надежде получить кусочек колбаски.

Вьюга, бушевавшая ночью, стихла, и на ярком, зимнем солнце, искрился мягкий, пушистый снег.

Игроки

В старом запущенном саду. Под, раскинувшей ветви яблоней, сидели дети, и играли в подкидного дурака. Самого старшего звали Фёдор. Фёдору было восемь лет, и он уже пробовал курить. Правда, когда отец Фёдора нашёл свои сигареты у Фёдора в кармане, он так выпорол его, что с тех пор, Фёдор, при случае, всегда рассказывает о вреде курения.

Самому младшему, было шесть, звали его Санькой. В игру его не брали, и от скуки, Санька, всё время ко всем приставал, и мешал играть.

Его брат Колька, ему было семь с половиной, не любил брать с собой на игру брата, но мама настаивала, что бы он, не бросал его одного, во дворе. И Колька, ругая приставучего Саньку, вынужден был таскать его с собой.

Четвёртой была Катя, ей было семь лет и одиннадцать месяцев, но она считала, что ей все двенадцать, так как, по мнению её тёти, девочки взрослеют раньше мальчиков. Потому, Катя руководила игрой,

Ознакомительная версия. Доступно 35 страниц из 228