К-19. Рождающая мифы - Владимир Ильич Бондарчук
В дальнейшем в комплект перегрузочного оборудования поступило приспособление для подрыва крышки реактора с помощью гидроцилиндров. От подрыва крышек способом «мокрого подрыва», то есть давлением 1-го контура, отказались. Операция по подрыву крышки стала намного проще и безопасней. Однако подъем крышки после её подрыва по-прежнему таил опасность закусывания штока КР. Для предотвращения подобных случаев было сконструировано приспособление для упора КР. Представляло оно собой две массивные стойки с поперечной балкой, которая крепилась к стойкам при помощи пальцев. Стойки крепились к настилу реакторной выгородки. Между балкой и штоком устанавливался собственно упор — стальной стержень диаметром 30 мм.
Что может быть надежнее лома? Так думали перегрузчики, пока не наступило 10 августа 1985 года. Но до 10 августа произошло событие, которое усыпило бдительность перегрузчиков, чем и была спровоцирована последовавшая катастрофа.
Перезарядку активных зон ПЛА К-431 на СРЗ-30 в бухте Чажма вела плавучая техническая база перезарядки ПМ-133 проекта 326М, оснащенная универсальным перегрузочным оборудованием ОК-300ПБ для всех типов реакторов 1-го и 2-го поколений. После модернизации ПМ-133 по проекту 326М на заводе «Восток» в Большом Камне в 1972 году перезарядка реакторов 1-го поколения оборудованием ОК-300ПБ проводилась впервые.
При установке упора для КР обнаружилось, что поперечная балка не становится по месту крепления к стойкам, один ее конец упирался в переборку реакторной выгородки. Требовалось сделать дополнительный вырез в переборке. Этому воспрепятствовал строитель заказа — лишняя работа, неэкономный расход нормо-часов. Перегрузчики проблему решили просто. Один конец балки закрепили пальцем, а второй конец к стойке привязали тросиком. Вышло немножко некрасиво, с перекосом, но ритуал соблюли — упор установили. Подъем крышки производился специальной 4-роговой траверсой. Подрыв и подъем крышки — это такая операция, которая привлекает внимание всех руководящих и контролирующих органов, имеющих отношение к перезарядке. Надежный контроль по подъему крышки и положению штока КР относительно крышки производится элементарно просто. На упоре для штока КР наносятся мелом риски, по которым определяется положение крышки относительно упора. Между упором и поперечной балкой приспособления существует зазор в 1 мм. Руководитель подъема крышки, пошевеливая упор рукой, всегда почувствует, когда его заклинит и вовремя даст команду на прекращение подъема. Заклинка штока КР фактически — это признак «дурного тона», характеризующий не только отсутствие профессиональной гордости за свою работу, но и отсутствие предусмотрительности. Кто его знает, какие усилия потребуются, чтобы освободить закушенный шток в крышке. Шток в крышке может закусить так, что крышку и не поднять, и не опустить. Подобный случай известен в истории перезарядки реакторов.
В тот раз при первом подъеме крышки все обошлось. Завязанный «бантиком» тросик на таком ответственном узле как упор КР в тот раз стал своего рода украшением, символом изворотливости перегрузчиков при сложных взаимоотношениях с заводским контингентом. Но, как говорится, сколько веревочке не виться, а конец придет…
К сожалению, эта группа перегрузчиков не очень дорожила своей профессиональной гордостью. Если нормальная установка упора КР требовала дополнительного участия заводских специалистов для выреза переборки, то для нормальной установки уплотнительной прокладки на крышку от перегрузчиков требовалось только старание, внимательность и бдительность.
Венец перезарядки — гидравлические испытания реактора после загрузки активной зоны и установки крышки. Залог успешных гидравлических испытаний — тщательная установка уплотнительной прокладки. Операция, на первый взгляд, простая. В действительности для перегрузчиков она таит в себе очень большие неприятности. Место под уплотнительную прокладку должно быть тщательно проверено на отсутствие посторонних предметов. Наибольшую опасность представляют застывшие капли металла, образующиеся при сварочных работах, а также огарки электродов. Вот такой огарок электрода и оказался под уплотнительной прокладкой. И это притом, что место перед установкой прокладки должно быть тщательно пропылесосено.
Естественно, гидравлические испытания не прошли. Тщательно исследовав щель между крышкой и нажимным фланцем, обнаружили виновника. Для замены прокладки требовалось демонтировать крышку, то есть выполнить половину операций, отведенных на всю перезарядку. При этом самой потенциально опасной операцией в отношении ядерной безопасности являлся подъем крышки. В реактор загружена свежая активная зона, пусковое положение которой, с учетом загруженных нештатных стержней-поглотителей, составляло не более 250…300 мм.
Когда крышку в очередной раз подорвали и стали готовить ее к подъему, на невозможность установки упора КР по-штатному уже не стали обращать внимания. Воспользовались услугами тросика, как и в первый раз. И не только тросика, но и другого серьезного троса, не вовремя попавшегося под руки. В этот раз штатная 4-роговая траверса для подъема крышки оказалась завалена перегрузочным оборудованием. Время на её доставание не стали тратить и воспользовались 4-концевым стропом, предназначенным для подъема лючин трюма. Это была смертельная ошибка и для реактора, и для тех, кого осенила эта идея.
Крышку поднимали краном плавмастерской. А в работе корабельного крана есть особенность, связанная с креном судна. Трос, которым была привязана балка, не мог обеспечить жесткое соединение балки со стойкой. Так как крышку поднимали нештатным стропом, то ее перекосило и при этом закусило шток КР. При подъеме крышки упор КР давил на поперечную балку, которая не оказывала сопротивления — тросик растягивался. При этом увеличивалась нагрузка на гаке крана, что увеличивало крен плавмастерской. При каком-то усилии произошел разрыв тросика, нагрузка на гаке резко уменьшилась, что привело к резкому уменьшению крена. Плавмастерская резко отклонилась к своей диаметральной плоскости, крышка вместе с КР резко дернулась вверх. Возникла несанкционированная цепная ядерная реакция. Так как реактор был раскрыт, вода мгновенно превратилась в пар — произошел тепловой взрыв, в результате которого крышку вместе с КР подбросило вверх. Произошло высвобождение всей реактивности. Грянул второй взрыв, в результате которого была разрушена активная зона реактора. При этом погибло 10 человек перегрузчиков. Произошло загрязнение территории завода. Внутреннюю сборку реактора захоронили в могильнике береговой технической базы перезарядки. Лодку отбуксировали в бухту Павловского и поставили в отстой, не восстанавливая.
Другой вид ядерных аварий — теплотехнические, происходят по причине сбоя в работе оборудования, обеспечивающего охлаждение активной зоны реактора. Природа теплотехнических аварий основана на тех же физических процессах, которые происходят в реакторе для получения тепла.
Тепловая мощность реактора складывается из двух
