Ужасная пещера - Джеймс Уиллард Шульц
– Это всё было как дурной сон! Последний месяц мои люди стояли лагерем к северу от холмов Сладкой Травы, на Маленькой реке. Я только что стала женой Наклоняющейся Сосны. Мы поставили собственный вигвам и были так счастливы – возможно, кто-то из вас знал его?
– Да, да, – ответили некоторые из нас.
– Так вот, он мёртв! Они убили его! – она согнулась, указав рукой на лагерь, и снова заплакала.
– Ха! Этой ночью они должны заплатить за его жизнь! – воскликнул Один Рог, и вокруг послышался ропот согласия.
Девушка через некоторое время пришла в себя и продолжала:
– Мой муж сказал, что я должна иметь платье из красной ткани и браслеты из жёлтого металла. Он стал ловить бобров, чтобы купить всё это у торговцев с севера. Мы уходили все дальше и дальше от лагеря на Маленькой реке, ставя капканы и собирая их шкуры, и однажды, пока мы ставили капканы, военный отряд этих калиспелсов внезапно выскочил из кустов, они застрелили моего мужа, а меня захватил тот, кого вы убили там, в реке. Он был вождём этого отряда и присвоил себе двух лошадей, на которых ехали мы с мужем, а своим людям велел идти дальше и захватить лошадей из табунов черноногих, а сам тут же сделал меня своей женой! О, как я ненавидела его! Как я ненавидела его! Я пробовала убить себя, но он отобрал у меня нож. Я бежала и прыгнула в глубокую реку, желая утонуть, но он вытащил меня и посмеялся надо мной.
В полночь его люди вернулись с множеством лошадей, на одну из них меня привязали, и мы ехали, делая маленькие привалы, пока не оказались в этом лагере. Здесь, когда он отсутствовал, охотясь или занимаясь лошадьми, его мать сторожила меня. Этим утром он ушёл из вигвама, и через некоторое время, его мать легла и заснула. Это был мой шанс. Я выбралась из вигвама, пробралась в лес и пошла этим путем, надеясь убежать и вернуться к моим людям, а потом, через некоторое время, я увидела.что этот ужасный человек идёт по моим следам. Вот, остальное вы знаете. О, я не могу сказать вам, как я была счастлива, когда оглянулась, услышав его вопль, и увидела, что вы стреляете в него! Я думала, что должна утонуть, но он должен был умереть первым. Я была рада! Счастлива!
– Да. А теперь будь храброй, сестрёнка, – сказал ей Голова Быка. – Мы защитим тебя. Отойди подальше в кусты и высуши одежду. Мы все относимся к тебе , как братья.
– Ай! Ай! Так и есть! – сказали ей мы, и она встала и ушла
Позднее, когда она возвратилась к нам, в сухой одежде и с грустной улыбкой на лице, мы узнали от неё всё, что хотели, о вражеском лагере. Она полагала, что в нем насчитывается приблизительно сто тридцать воинов. Они ожидали набега её соплеменников, и соорудили загон, в который лошадей загоняли незадолго до заката, и несколько молодых воинов охраняли его всю ночь.
Я предложил девушке плащ мужчины, которого мы убили, но она задрожала и не стала его брать, поэтому я дал ей мой и взял другой.
Мы думали, что мать убитого пошлёт нескольких воинов из лагеря на поиски его и убежавшей девушки, но день прошёл, и мы никого не увидели, кроме пастухов. Настала ночь, вернулся Жёлтый Волк, который с удивлением узнал, что здесь произошло. Он сказал, что его наблюдение за врагом оказались бесполезными, и он видит один способ угнать вражеских лошадей – большая часть нашего отряда должна напасть на лагерь, а остальные сломают загон и выгонят животных.
– Я так и предлагал! – воскликнул Один Рог.
– Да. Но я должен был выяснить, есть ли лучшее решение, не так ли? Вы все знаете, как мы рискуем, нападая на вражеский лагерь. Если вы не хотите рисковать, говорите, – сказал Жёлтый Волк.
Никто не ответил. Конечно же, нет. Кто – независимо от того, кем он был, признался бы, что в его сердце страх?
Глава XIV
Я вхожу в ужасную пещеру
– Хорошо, тогда разделимся на две части – первая, пятьдесят человек, нападёт на лагерь, остальные – на загон. Кто нападает на лагерь? – спросилЖёлтый Волк.
Все мы, до последнего человека, объявили, что хотим быть в этом отряде.
– А кто пойдет на загон?
На это не отозвался никто.
– Всё понятно! Видно, мне придется самому это решить, – сказал он и назвал двадцать имён – это были самые молодые и неопытные воины. Я удивился, что не попал в их число, и раздулся от гордости за то, что меня считают настоящим воином.
– О, как я рад! Я иду с твоим отрядом, – сказал я Одному Рогу, который был рядом со мной.
– Нет! Ты не пойдёшь ни с каким отрядом, – сказал Жёлтый Волк, повернувшись и оказавшись передо мной. – На твоих плечах груз сохранения самой большой ценности нашего племени. Твоя единственная обязанность состоит в том, чтобы защитить тех, кто выращивает нах-уак-о-сис там, в долине Двух Талисманов. Мы захватим для вас лошадей, которые так вам нужны, и завтра ты должен отправиться в обратный путь к своему лагерю. Нет, сын мой, ты не можешь рисковать своей жизнью в том, что нам предстоит этой ночью, если только иного пути у нас не будет.
Весь отряд одобрил слова вождя. Я видел, что мне бесполезно умолять его разрешить мне участвовать в нападении, и спросил, что я должен был делать.
– Ты и эта бедная молодая вдова, вы останетесь на краю прерии, прямо напротив этого места, и будете ждать, когда мы к вам придем, – ответил он, повернулся и напомнил всем, что оба отряда собираются на этом месте. Первыми туда должны прибыть те, кто пойдет на загон, и ждать тех, кто атакует лагерь.
Последовало длинное ожидание. Настала ночь, мы спустились к реке ниже обрыва, напились и доели свои припасы. Священная трубка была набита и зажжена, она пошла по кругу, и все молились об успехе и обещали принести разные жертвы Солнцу. Мы следили за Семерыми: когда они указали на приближение полуночи, Жёлтый Волк встал и приказал следовать за ним. Он привел нас прямо к краю прерии и сказал мне, что я должен оставаться с вдовой на этом месте, и велел остальным хорошенько запомнить это место, где все должны
