Яд на кончике острия: Экстремальные каникулы - Астрадени Джейн
А он, видите ли, не в той фазе!
Сплошные разочарования.
С многоликими их так же прокатили. И вблизи не показали! И вообще…Выяснилось, что обитали возрождённые аборигены на другом континенте и даже в другом полушарии, где климат помягче, не такой изнуряющий, и леса поприветливее, без местных комаров размеров со слонов, а вместо пыльных развалин нормальные города и посёлки.
Викуся заскучала, и вовсе не потому, что героическое прошлое Тигримской республики и Руннского королевства её не интересовало. Просто аномалия ей нравилась больше.
А ещё, девушку притягивали снегоходы. Принадлежали машины туристической фирме, и на них катали всех желающих. Вика с восторгом наблюдала, как ловкие и красивые агрегаты на аэрополозьях шутя пробивали литы́е сугробы. «Кротовых» ходов вокруг нарыли! Видимо-невидимо. И Викусе отчаянно захотелось самой проехаться и полюбоваться на снежные завихрения, а не мохнатой спиной впередисидящего. Ощутить драйв!
Это становилось навязчивой идеей…
И момент назрел подходящий! Водители как раз оставили транспорт на приколе и залезли в кабину туристического эллипсона попить чайку. Снегоходы никто не охранял.
Наивные тигримы!
И Вика бочком, бочком… Подобралась к самому крайнему… Вроде никто не смотрит. Она же только туда и обратно. Быстро. Никто и не заметит. Туристы подумают, что это водитель, а водители… Пусть и дальше чаёвничают. На здоровье!
И вот уже оседлала блестящую ладную машинку, любовно поглаживая руль… Викуля не повторяла прежних ошибок, а сперва расспросила самого молодого из водителей — симпатичного и дружелюбного полосатика, как этой штукой управлять. Он с готовностью научил очаровательную инопланетянку, не ведая подвоха. Всё оказалось так просто! Крути себе вот эту ручку, жми сюда и… Снегоход тронулся, разогнался и клином врубился в сугроб!
Вику тотчас окутало защитное обтекаемое поле, и она с наслаждением мчалась, пронзая со свистом толщу снегов. Может и не аномалия, но прикольно. Замороженные кристаллики бились о прозрачный экран, рассыпались и взрывались ослепительно-белыми фейерверками.
Скорость! Восторг! Дра-айв!
«Йеху-у! Я дикая снегоройка!»
Офигительный аттракцион!
С безумным воплем девушка вынеслась с другой стороны сугроба, обрушив за собой целую лавину. Притормозила, остановилась и развернулась. Снежный шлейф тянулся за ней по белому полю, оседая неровными кучами, и одна из таких куч неподалёку вдруг зашевелилась, издавая невнятные звуки…
«Мамочки!» — Вика перепугалась.
Неужели она снова кого-то…
И поскольку Викуся была девушкой совестливой, доброй и отзывчивой, то не скрылась с места преступления, как в прошлый раз, а слезла со снегохода и подбежала к копошащемуся холмику. А тот исторгал потоки отборной брани, судя по яростным интонациям. Викуся ни слова не понимала, но смутно почувствовала в этой тираде нечто до боли знакомое. И когда это знакомое выбралось из сугроба, матерясь, отплёвываясь и сдирая с себя маску… Вика так и застыла, словно деревце, облитое водой на морозе.
Нет! Так не бывает! Вот наказанье!
— Ссс!..
«Невозможно!»
— Ссс-шш!
Вика отмерла, будто разбила сковавший её лёд, и драпать, но не тут-то было. Сперва её схватили за шарфик, а затем поймали и оплели талию чем-то длинным, гибким и острым, упакованным в меховой чехольчик. Повалили, и сорвали маску с очками.
— Ссснова ты!
Над девушкой нависло знакомое лицо с капиллярным узором и горящими змеиными глазами.
— Это не я! — заорала Вика, пытаясь его сбросить, и они покатились по снежному полю. Снег набивался в нос, рот, за шиворот и под воротник…
— А-а! Пусти! — захлёбывалась криком Викуля. — Пусти…
— Щщщассс, — злобно шипел наггевар. — Как отпущу!
Наконец белое вращение прекратилось, и они замерли друг на друге. Вика снизу спиной на снегу, а заламин сверху — на Вике.
— Нарочно подкарауливала⁉ — накинулся с обвинениями наггевар, шумно дыша ей в лицо, а его скулы, подбородок, лоб и выбившиеся из-под капюшона волосы покрылись инеем от горячего дыхание на сорокаградусном морозе. У девушки резко замёрз нос, покалывало иголочками щёки, и шея занемела от неудобного лежания.
— Я только всё откопал! А ты закопала…
— Маску надень, — заботливо посоветовала Викуля, не особо интересуясь, что она там ему закопала, и внезапно охрипнув от близости красивых губ, — а то замёрзнешь, теплолюбивое существо.
И правда, губы у него стремительно выцветали, становясь бледно-бледно болотными.
— И слезь с меня, — запоздало потребовала она.
— Слезу, — пообещал он и действительно слез, но едва Вика поднялась, отфыркиваясь как снежная крыса и принялась отряхиваться, он сграбастал её за шкирку, будто северного зверька, и куда-то поволок.
Писец!
— Пусти! — затрепыхалась она, но он не отпустил, а вместо этого безжалостно окунул в сугроб. И снова! И ещё раз! И снова!
Снег забивался в нос. Вика плевалась, кашляла и мычала, не в силах закричать, когда он, наконец, выпустил её, отшвырнув прочь.
— Злой рок! Ледяной Змей!
— Гад хвостатый! — выкрикнула Викуся, выплюнув изо рта снежную кашу. — Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу! Это ты! Ты меня преследуешь, болван.
Он прищурился, тщательно обтёр щёки снятыми перчатками и не обращая внимания на холод свирепо двинулся на неё.
— А ты испортила мне оборудование своим….
Взгляд девушки упал на нечто в чехольчике, ползущее по снегу рядом с заламином. Она вскочила, и припечатала этого питона-шпиона ботинком-снегоступом изо-всех сил. Наггевар взвыл, зашипел…
— Вот тебе! Получай! — злорадствовала Викуся. — Больно, да?
… с лёгкостью подхватил девушку, приподнял, но равновесие при этом не удержал, и они вновь повалились в снег. Только теперь Вика очутилась сверху и… То ли его горящий взгляд, то ли замёрзший вид сбили ей мысли в кучу и подвигли на воистину сумасбродный поступок. Вика наклонилась, ниже, ещё ниже, легонько коснулась холодных губ заламина своими, согревая дыханием, слегка надавила, примерилась и впилась поцелуем. Порывисто, неуклюже, неумело, но… Он не сопротивлялся. Наоборот! Обхватил, притиснул девушку к себе и вскоре… Непонятно кто кого теперь целовал. Поцелуи становились всё более глубокими и яростными, а язык наггевара проникал во все немыслимые местечки девичьего рта. Кое-кто зашипел от удовольствия, ослабил хватку, и… Окончательно деморализовав противника и почуяв свободу, Вика отпрянула, тяжело дыша, и раздвоенный кончик языка заламина мазнул её напоследок по губам. Она вскочила и бросив инопланетянина валяться в одиночестве ринулась к своему снегоходу. По пути умудрилась поднять и напялить маску. Поскольку чуть не запнулась об неё. Запрыгнула на агрегат и не оглядываясь вернулась тем же путём.
Экскурсоводша по-прежнему вещала в громкоговоритель, водители так и попивали чаёк, ни о чём не подозревая. Небо
