Уйгурские сказки - Автор Неизвестен -- Народные сказки
Услышав такие малодушные слова, Адиль-аскер сказал:
— Твой поступок — плохой поступок. Не зря, видно, дал тебе отец имя Яманлык. Меня же зовут Адилем, и я оправдаю свое имя.
Оставив брата, он пошел дальше.
Долго он шел, перевалил много гор, пересек много пустынь, много горя и лишений испытал, но никогда в его голове не возникало мысли о том, чтобы вернуться назад или остаться где-нибудь на пути, как поступили его братья.
И вот однажды остановился он на распутье: дорога расходилась здесь в три разные стороны.
Остановился Адиль-аскер и задумался: какой путь избрать?
— Я, как одинокий, ненужный никому камень в этой пустыне, — произнес он, удрученный, не зная, как выйти из положения.
Вдруг перед ним появился глубокий старик и, заглядывая в лицо юноше, спросил:
— Какие тревожные мысли печалят твои глаза, какое горе упало на твою голову и заставило тебя очутиться в этих пустынных местах, куда даже птицы не залетают и звери не забегают?
Адиль-аскер рассказал старику о том, куда и зачем он идет.
— Сын мой, — сказал старик, выслушав его рассказ, — батуры те, которых ты ищешь, живут в этих местах. Перед тобой три дороги: одна — правая — ведет в кочевья Акла-батура, другая — в кочевья Кокла-батура, а третья дорога ведет прямо к Карала-батуру. Отправляйся ты сначала в аул к Акла-батуру, но, прежде чем войти в его кибитку, подобающим образом приветствуй его жену. А когда жена Акла-батура впустит тебя в кибитку, то поставит перед тобою полную миску еды, приготовленной для мужа. Ты должен всю еду съесть, не оставив в миске ни одной крошки. Если оставишь, то у тебя не хватит сил, чтобы победить батура, чьей пищи ты не доел. Если же съешь все, то по силе сравняешься с ним. Только тогда, когда поставленное перед тобой угощение будет съедено, жена Акла-батура скажет, где находится сейчас ее муж. Поезжай туда, и если сумеешь, то победи его. Также поступи ты в юртах Кокла-батура и Карала-батура.
Адиль-аскер, радуясь совету, пошел по дороге, которая вела к аулу Акла-батура. Пройдя несколько шагов, он вспомнил, что не поблагодарил старика, вернулся, чтобы произнести слова благодарности, но старик уже исчез.
Через несколько дней Адиль-аскер увидел бесчисленные табуны белых лошадей Акла-батура. Скоро он заметил и аул, а в центре его белую юрту Акла-батура.
Приблизившись к юрте, он произнес такие слова:
— Эй, эти белые табуны.
Кому они принадлежат?
Жена Акла-батура, находившаяся в юрте, услышав его, ответила:
— Эй, эти белые табуны,
Это табуны Акла-батура! —
и открыла дверь юрты.
Адиль-аскер вошел в юрту и, поздоровавшись, сел на ковер.
Жена Акла-батура стала его угощать: поставила перед ним полную миску еды, приготовленной для мужа. Адиль-аскер съел все и, облизав миску, спросил:
— Белые борзые, белые соколы
В какие горы улетели?
Акла-батур и белый конь его
В каких местах пребывают?
В ответ женщина произнесла:
Белые борзые, белые соколы
К снежным вершинам улетели;
Акла-батур и белый конь его
В белых, снежных горах пребывают.
Адиль-аскер, услышав это, вышел из кибитки и, воскликнув:
Где эти белые горы?
Где их снежные вершины? —
направился к белым горам на поиски Акла-батура.
Вскоре он увидел быструю горную реку — вода ее была совсем белой. Адиль-аскер подошел к белому каменному мосту, перекинутому через белую реку, и услыхал топот ног могучего коня. Вскоре вдали на белом коне в белых одеждах показался и сам Акла-батур. Впереди его коня бежали белые борзые, белые соколы сидели на его руке, взмахивая крыльями. Увидев Акла-батура, Адиль-аскер спрятался под мост и стал ждать.
Когда Акла-батур доехал до моста, лошадь его, почуяв человека, зафыркала, стала настороженно прясть ушами и остановилась, и. сколько он ее ни погонял, дальше не пошла.
— Кто сидит под мостом, выходи. Кто бы ты ни был, я отделю твою душу от тела, — закричал Акла-батур.
— Перед тобой мститель, обиженный тобой человек, — вскричал Адиль-аскер и, выскочив из-под моста, бросился на Акла-батура.
Завязалась жестокая схватка. Семь дней и семь ночей бились они, но никто из них не мог осилить другого. В конце восьмого дня обессиленный Адиль-аскер произнес;
— Пусть помогут мне мои пери!
Сказав так, он сразу почувствовал себя сильнее, поднял Акла-батура над головой и бросил на землю. Кости батура рассыпались на тысячи кусков.
Адиль-аскер своим мечом отсек голову Акла-батуру, вынул его сердце и, положив их в мешок, сел на своего коня.
О Кокла-батур! Где его синие кибитки?
Где его сивые табуны? —
воскликнул он и поехал на поиски Кокла-батура.
Через несколько дней, проехав мимо табунов Кокла-батура, достиг Адиль-аскер его синей каменной кибитки. Остановившись перед входом, он произнес такие слова:
Эй, сивые табуны, кому вы принадлежите?
Синие кибитки, для кого вы стоите?
Жена Кокла-батура отвечает ему из-за двери:
Эй, эти сивые табуны — табуны Кокла-батура.
Эта синяя кибитка для Кокла-батура стоит.
Услыхав это, Адиль-аскер вошел в кибитку и уселся на кошме. Жена Кокла-батура поставила перед ним целый казан еды, приготовленной для мужа. Съев все и облизав дно, Адиль-аскер сказал:
Сивые гончие, сизые ловчие птицы,
В какие горы улетели?
Кокла-батура сивый конь
В каких местах остановился?
Жена Кокла-батура ответила ему на это:
Сивые гончие, сизые ловчие птицы
К голубым горам улетели.
Кокла-батур и сивый конь его
В голубых горах остановились.
Адиль-аскер вышел из кибитки и, воскликнув:
Где эти голубые горы?
Где их синеющие вершины? —
поехал по направлению к голубым горам, видневшимся вдали, на поиски Кокла-батура.
Через несколько дней пути подъехал юноша к быстрой голубой реке. У голубого моста остановился он отдохнуть и вдруг услышал топот коня. Вдали показался Кокла-батур в голубых одеждах на сивом коне. Впереди его бежали серые гончие, сизые кречеты кричали на его руке.
