«Се яз раб Божий…» - Анна Феликсовна Литвина

ср.: [ПСРЛ, Х: 221]). Как нам уже приходилось отмечать (с. 57, примеч. 31), подобное расхождение в один день чаще всего следует рассматривать в едином ключе со случаями наречения непосредственно по дню рождения (ср. также: [Литвина & Успенский, 2010: 149–150]). Если наша гипотеза верна и сам Семен в крещении был Созонтом, то он, в сущности, и не мог действовать в подобной ситуации иначе — давать ребенку в небесные покровители того святого, который уже некогда стал покровителем его отца, в династии Рюриковичей было уже не принято (см. подробнее: [Литвина & Успенский, 2006: 215–237]). Отцовское имя, но не крестильное, а публичное, получил другой сын великого князя: судя по показаниям летописей, он появился на свет 3 февраля [ПСРЛ, XV (Рогожский летописец): 61–62; XVIII: 98]. Таким образом, он сделался тезкой великого князя по одному из имен, но при этом, в полном соответствии с традицией, небесного покровителя обрел иного — св. Симеона Богоприимца (память 3 февраля). Наконец, есть среди наречений Семена Гордого и одна антропонимическая схема, где можно заподозрить присутствие мирской христианской двуименности. 15 декабря 1347 г., на память св. Елевферия, у князя родился сын, который получил имя Даниил ([ПСРЛ, VII: 214; XVIII: 95; Приселков, 1950: 368]; ср.: [ПСРЛ, IV (1848): 53; Х: 219]). Выбор имени Даниил кажется более чем закономерным, поскольку так звали родного прадеда ребенка, фигуру, чрезвычайно значимую для московского великокняжеского дома. При этом, как и в случае с самим Семеном / Созонтом, мы не можем сказать наверняка, в честь кого из свв. Даниилов был наречен этот его сын. На 15 декабря приходится память св. Елевферия, на 17 декабря — память пророка Даниила, а на 11 декабря — Даниила Столпника [Лосева, 2001: 221, 224]. Никаких непосредственных данных относительно того, был ли Даниил Семенович двуименным, звался ли он не только Даниилом, но еще и Елевферием, в нашем распоряжении нет (сведений об этом княжиче вообще крайне мало, потому что он скончался в совсем юном возрасте). Однако допустить такую возможность мы, как кажется, вправе. В самом деле, с одной стороны, и дед, и отец ребенка склонны были обращать весьма пристальное внимание на даты рождения наследников, а, с другой стороны, именная пара Елевферий / Даниил в традиции светской двуименности вполне актуальна — оба этих имени носил в миру, например, князь Даниил / Елевферий Ногтев (см.: [Литвина & Успенский, 2019-а]).

40

Среди носителей светской христианской двуименности, чье крестильное имя — вопреки ясным показаниям источников — «переквалифицировалось» на страницах исследований XIX–XX вв. в монашеское, можно назвать, например, Александра / Венедикта Кемского [Алексеев, 2010: 70 <примеч. 76>], Василия / Порфирия Ушатого [Черкасова, 1995: 73; Черкасова, 1999: 34], Михаила / Исаакия Салтыкова [Макаров, 2012 (ч. II): 57; Резепин, 2012: 124 <№ 4–1>], Федора / Епифания Телятевского ([Муравьев, 1999: 207; Геронтий, 1897: 71; Лихачева, 1995: 108; Катасонова, 2006: 29]; ср. иначе: [Глызина, 2009; Литвина & Успенский, в печати]), Ирину / Домнику Мстиславскую ([Мятлев, 1915: 307–308; Алексеев, 2006: 105 <при-меч. 79>; Кобеко, 1901: 377 <со ссылкой на мнение И. Е. Забелина>; Шокарев, 2018: 33 <Табл.>]; ср. иначе: [Кобеко, 1901: 378]), Юрия / Софония Долгорукого [Власьев, I/3: 29], Михаила / Иоанникия Колычева [Лобакова, 2003: 520 <примеч. 14>], Елену / Гликерию Куракину, урожд. Туренину ([Георгиевский, 1907: 313]; ср. иначе: [Татищев, 1907: 22]) и многих других исторических лиц.

41

Ср. знаменитый пассаж из жития Сергия Радонежского, где говорится, что игумен Митрофан дал Варфоломею — таково было мирское имя Сергия — иноческое имя Сергий по календарю, а не по созвучию с мирским именем, ибо тогда был такой обычай; автор жития отрицательно относится к этой традиции, считая ее неправильной. Согласно житию, игумен постригает Сергия 7 октября 1337 г., «на память святыхъ мученикъ Сергиа и Вакха. И наречено бысть имя его въ мнишеском чину Сергий: тако бо тогда нарицаху сплоха <т. е. неправильным образом> имена не съ имени <т. е. не по мирскому имени>, но вън же <= в он же> день, аще котораго святого память прилучишеся, в то имя прорицаху постригающемуся имя» ([Клосс, І: 310]; ср.: [ПСРЛ, ХІ: 132]). Если бы принималось во внимание мирское имя постригаемого (как это стало обычным впоследствии), Варфоломей мог бы получить в монашестве имя Вакх — это имя отвечало бы как традиции давать иноческое имя по святцам (по имени святого, приходящегося на день пострига), так и традиции называть монаха по созвучию с мирским именем. О двух способах выбора монашеского имени говорит и митрополит Киприан в ответах игумену Афанасию, не отдавая, впрочем, предпочтения ни одному из них: «Егда же ли чернца пригодится стричи и имя ему нарицати, несть в том узаконоположено, еже или дни того святого имя нарещи, или пакы и с мирьского имени, но якоже игумен въсхощеть и повелить» [РИБ, VI: 262 <№ 32>].

42

Ср., например, духовную княгини Беззубцевой 1546 г.: «Се язъ Олександра княжъ Васильева дочь Ондреевича, а Ѳедоровская жена Ивановича Беззубцова, а и во иноцѣхъ Ефросинья, пишю себѣ память духовную своимъ цѣлымъ умомъ.» [АЮ: 450 <№ 419>].

43

Ср., например: «Се язъ рабъ Божіи Ортемей черноризецъ, отходя сего свѣта, пишю рукописанье.» [АЮ: 432 <№ 409/III>]; «Се язъ рабъ Божій Степанъ старецъ, староста чернеческій, пишу сіе рукописаніе при своемъ животѣ, отходя свѣта сего» [АЮ: 435 <№ 409/ІХ>]; «Се язъ рабъ Божій инокъ Андрѣанъ Ярлыкъ, чернець Симановьскый, пишу сію грамоту духовную своимъ цѣлымъ умомъ и въ своемъ смыслѣ.» [Калачов, I: 553 <№ 85>] и т. п.

44

Ср. духовные грамоты его отца, Ивана Калиты, брата, Ивана Ивановича, и племянника, Дмитрия Ивановича, где используется точно такая же формула интитуляции: Се аз грешный, худыи раб Божии… [ДДГ: 7, 9 <№ 1>, 15 <№ 4>, 24 <№ 8>, 33 <№ 12>], сохраняется она и в последующих великокняжеских духовных [Там же: 55 <№ 20>, 57 <№ 21>, 60 <№ 22>] и в грамотах удельных князей XV–XVI столетия, например в завещании сына Андрея / Максима Можайского, Михаила Андреевича [Там же: 301 <№ 80>]. Она же — с весьма незначительным варьированием — появится в духовной Ивана Грозного: «Се аз многогрешным и худыи раб Божий Иоанн.» [Там же: 426 <№ 104>]. Характерно, что совершенно аналогичная женская версия этой интитуляции обнаруживается и в духовной грамоте великой княгини Софьи Витовтовны [Там же: 175 <№ 57>], а вот княгиня-инокиня, вдова Владимира Андреевича Серпуховского, в миру — Елена Ольгердовна,