Успокоительный сбор. Душица для деспота - Екатерина Мордвинцева
— Здрасьте, — сказал тот, что со шрамом. — А мы к вам в гости. Денис Сергеевич дома?
Он говорил спокойно, даже вежливо. Как будто пришёл на чай. Но от его спокойствия мне стало страшнее, чем если бы он орал матом и размахивал пистолетом. В спокойствии чувствовалась сила. Абсолютная, беспощадная сила.
— Его нет, — сказала я.
— Врёшь, красавица, — усмехнулся второй, цепляющий. — Я его ботинки вижу. Вон, за твоей спиной торчат. «Кроссовки найк»? Три года ношенные? Дырявые?
Я обернулась. Денис стоял за мной, согнувшись в три погибели, но его ноги — в грязных носках, дырявых, когда-то белых — были видны из-за моей юбки. Позорище. Позорище, которое прикрывало меня от пуль.
Трус. Трус, который прячется за женщиной. Мужчина, который не способен даже умереть достойно.
— Выходи, Денис, — сказал шрам. — Не позорься. Ты же мужик. Или уже нет?
Денис вышел. Медленно, как на эшафот. Его трясло так сильно, что зубы стучали — я слышала этот сухой перестук, как в костяном кастаньете.
— Я… я сейчас… я отдам, — залепетал он. — Ещё неделю, ну, пожалуйста, я найду деньги…
— Найдёшь? — шрам усмехнулся, скрестил руки на груди. — Где? Ты уже всё проиграл, Денис. Дом, машину, бизнес. Что у тебя осталось?
— Я… я…
— Жена осталась, — подсказал цепляющий. Он обошёл меня вокруг, как лошадь на ярмарке. — Вон, симпатичная какая. Даже в таком тряпье видно. Глаза какие, скулы… Тощая, правда, но это поправимо. Хозяин любит кормить.
Он посмотрел на меня. И его взгляд — раздевающий, оценивающий, холодный — заставил меня почувствовать себя грязной. Потной. Ничтожной. Я захотела принять душ. Или сгореть.
— Не трогайте её, — сказал Денис. Но голос его был таким жалким, таким писклявым, что я поняла: он не меня защищает. Он боится, что без меня ему будет хуже. Что если меня заберут, то он останется один на один с долгом, и тогда его точно убьют.
— Не будем, — пообещал шрам. — Пока. Ты, Денис, слушай сюда. У тебя ровно неделя. Через семь дней мы приходим снова. Ты отдаёшь три миллиона семьсот тысяч. Если нет — будем забирать частями. Начнём с пальцев. Потом уши. Потом язык. Закончим тобой.
— А если я сбегу?
— Сбежишь — найдём. Ты же знаешь нашего хозяина. Он не прощает должников. Он их… коллекционирует. У него есть специальное место для таких, как ты.
Шрам улыбнулся. Шрам на его щеке изогнулся, и я увидела белые рубцы — старые, давние, но страшные. Мне показалось, что я вижу, как этот шрам появился — от удара ножом, может быть, или от осколка стекла.
— А теперь, — он оглядел квартиру, — покажи, что тут у вас есть ценного.
* * *
Они прошлись по комнате, как по своей территории.
Шрам — методично, спокойно, открывая шкафы, ящики, заглядывая под кровать. Цепляющий — с удовольствием, с наслаждением, с каким-то извращённым интересом. Он явно получал удовольствие от процесса.
— Ноутбук, — сказал цепляющий, вытаскивая мой старый лэптоп из-под стола. — Хоть что-то.
— Не трогайте! — вырвалось у меня. — Там мои эскизы, портфолио, я…
Он замер, поднял бровь.
— Эскизы? Ты что, рисуешь?
— Я дизайнер интерьеров. Там проекты, которые я делала три года. Ресторан «Небо», помните? Это я оформляла. И офис на Ленина, 15 — тоже мой.
Цепляющий присвистнул.
— Серьёзно? А я там был. Классно сделано. Жаль, что теперь это никому не нужно.
Он захлопнул ноутбук и сунул его в мешок.
— Твои эскизы? — шрам повернулся ко мне. — А ты кто, художница?
— Бывший дизайнер, — вставил Денис из угла. — Сейчас никто.
— Заткнись, — сказал ему шрам, даже не повернув головы. И ко мне, уже мягче: — Ты работала?
— Да. В студии «Дом мечты». Меня уволили, когда я начала пропускать из-за… — я запнулась, посмотрела на Дениса, — из-за семейных проблем.
— Потеря для бизнеса, — хмыкнул цепляющий. — Ладно, ноутбук забираем. Ещё что?
Они выгребли всё. Телевизор — старенький, плазменный, Денис когда-то купил его в кредит и до сих пор платил. Микроволновку — подарок моей мамы на свадьбу, она копила на неё три месяца, работая уборщицей. Фен — мой, единственная роскошь, которую я себе позволяла после того, как Денис продал мои украшения.
— Часы, — шрам снял со стены старые ходики. — Антиквариат? Нет, дешёвая подделка. Но сойдёт. Отдадим в ломбард на запчасти.
Я смотрела, как моя жизнь — то, что от неё осталось — исчезает в чёрных мешках. Каждая вещь была памятью. Микроволновка — мамины руки, когда она ставила её на стол. Телевизор — наш с Денисом первый совместный просмотр фильма, когда мы ещё любили друг друга. Ноутбук — ночи, когда я рисовала эскизы с горячим чаем и надеждой, что завтра будет лучше.
Теперь этого нет.
— Это всё? — спросил цепляющий, оглядываясь.
— Кажется, да, — ответил шрам. — Кроме…
Он замолчал. Его взгляд упал на подоконник. На кружку. Мою кружку с душицей и надписью «Будь сильной».
— Это что? — он взял кружку в руки, повертел. Керамика блеснула в тусклом свете. — Милое. Бабушка подарила?
— Отдайте, — попросила я, шагнув вперёд. — Это единственное, что у меня осталось. Пожалуйста. Не забирайте.
Он посмотрел на меня. Долго. Внимательно. В его глазах мелькнуло что-то — может быть, удивление, может быть, уважение. И вдруг он поставил кружку обратно на подоконник.
— Ладно. Пусть будет. Хозяин не любит, когда мы забираем последнее у баб. Сентиментальный, понимаешь?
Я не знала, верить ему или нет. «Сентиментальный хозяин» — эти слова звучали как оксюморон. Как «горячий лёд» или «живой труп».
— Но ты, красавица, запомни, — он подошёл ко мне вплотную. От него пахло кожей, табаком и чем-то металлическим — оружием, наверное. Или кровью. — С тобой будет отдельный разговор. Скоро приедет хозяин. Он захочет с тобой поговорить.
— Зачем я ему? — спросила я. Голос не дрожал. Я сама удивилась своей смелости.
— Узнаешь, — он усмехнулся, хлопнул меня по плечу — не больно, но весомо, как клеймо ставят. — Ты ему понравилась. Такие, как ты, ему нравятся. С огоньком.
Он развернулся и вышел. Цепляющий — за ним, бросив на прощание Денису: «Жди, козёл. Неделя пошла».
Дверь осталась открытой — сломанный замок теперь не закрывался вообще.
* * *
Мы стояли в пустой квартире.
Я — посреди комнаты, глядя на пыльные следы от техники на полках, на пустые провода, свисающие как кишки, на
