Не целуй меня - Лана Ирис
Но любитель игнорировать вопросы, вместо этого задает свой:
— Успеете к выходным? Работы много.
— Успеем, — уверено отвечает другой парень, разматывая шнуры.
— Как тебя зовут? — тихо спрашивает брюнет.
— Маришка, — представляюсь скромно, и, покраснев, добавляю: — Марина. Маришкой меня зовут близкие люди. Ммм… А тебя?
— Малышка, значит, — ухмыляется он довольной улыбкой, но она тут же меркнет, когда взглядом касается Ворона. Я поворачиваю голову и вижу, что мой маньяк мрачнее тучи. Таким суровым увидишь этого парня — всю ночь вампиры будут сниться. Уже без улыбки продолжает: — А меня Медуза.
— Медуза? — у меня глаза на лоб лезут, и я даже не исправляю коверканье моего имени. — Это прозвище. А имя?
— Медуза. И только так, — довольно кривится одним уголком губ. Старается незаметно, но я замечаю. Парни с мальчишескими ухмылками хлопают его по плечу и отшучиваются.
— Все с тобой понятно, — смеюсь я, вливаясь в атмосферу веселья. — Медуза! А знаешь, мне очень нравится!
И чего я их боялась? Они кажутся довольно дружелюбными…
— Идем, — стальной голос Ворона врывается, он меня тут же грубо утягивает за руку.
— Куда?
Естественно в ответ звучит тишина.
Глава 7
Еле поспеваю за ним, чуть не падая. Совершенно не контролирует ширину своего шага.
Выходим на воздух через еще одну дверь, и я распахиваю глаза от удивления.
— Ва-ау, — произношу, глядя на покрывало мягкого песка, распростёртого по широкому берегу. — Что это?
— Песок.
— Я вижу! — раздраженно закатываю глаза. — Я имею в виду, что за место?
— Пляж.
Вздыхаю.
Но не фырчу. Опасно.
Нос берегу.
Волочу ноги следом. Он идет, а мне приходится бежать, глотая холодный ветерок.
Все словно во сне: я на каком-то пляжу, хотя у нас нормальных пляжей и нет в городе, все одни обрывы и каменистые вечно захламленные берега, летом доверху забитые отдыхающими.
За руку меня держит человек, которого боится вся гимназия, и который буквально утром унижал меня.
Сейчас около десяти вечера, а я еще не дома, не сижу над конспектами по химии, не утыкаюсь в телевизор, в надежде найти что-то стоящее, не прячусь в шкафу от маленького мистера Паука и крошки Хамфри.
Подходим к спокойному берегу. Залив переливается в свете полумесяца.
— Красиво.
— Да, — замечаю, что он разглядывает вовсе не залив, а меня.
Ужас какой. У меня от его плотоядного взгляда волосы на голове шевелятся.
— Почему ты так смотришь?
Внимания от меня не отрывает. На вопрос — не отвечает.
В ответ смотреть вот так впритык — страшно. Тем не менее, я поднимаю глаза, и гляжу в его.
Впервые позволяю себе внимательно рассмотреть идеальную кожу, темные тяжелые брови, черные длинные ресницы, пухлые губы, широкую линию челюсти и даже пирсинг в ухе.
Да, да, я детально рассматриваю этого парня вблизи. Невероятно, но факт. А он будто бы позволяет себя рассмотреть.
Чуть наклоняет голову, так, что серьга становится еще более заметной. И ждет.
— Все?
— Мм, — вспыхиваю ярким румянцем и отворачиваю лицо к воде.
И для чего я вообще на него пялилась? Вот дурочка.
А он еще красивее, чем казался сдали. Жаль, что маньяк.
— Замерзла?
Опустив взгляд на свои руки, замечаю пупырчатые мурашки. Но самое интересное — он все еще держит мою ладонь в своей. Словно мы парочка.
Некоторое время шокировано пялюсь на это невероятное недоразумение. Отрывисто выдыхаю. Поднимаю глаза и вижу, что он по-прежнему разглядывает меня.
— Нет, — вырвать руку не удается. — Я хочу домой!
— Нет. Ты никуда не пойдешь.
Попадос.
— Пощади. Уже поздно. Обо мне будут волноваться.
Только сейчас подумала, что Сабина будет переживать, что меня так долго нет. Я никогда так не задерживалась.
Сабина моя двоюродная тетя и опекунша. Когда родителей не стало, она забрала меня себе. Больше некому было, она пожалела меня, не смотря на то, что воспитывает сына одна. Мы с ней очень ладим, но мало общаемся. Она работает медсестрой в стационаре, и часто уходит в ночные смены, поэтому на общение просто нет времени. Хорошо, что сегодня у нее выходной.
Обычно в ее отсутствие я приглядываю за своим братом Пашкой, которого называю Мистером Пауком, потому что он постоянно носит костюм человека паука, практически не снимая, и маленьким псом Хамфри, который вечно поднимает меня в пять утра, чтобы я отвела его погулять. Это время он любит больше всего. Минута к минуте. Не позже.
Вообще-то Пашка обещал сам выгуливать, но кто же его одного в такую рань отпустит? Этому малышу всего шесть лет. Поэтому первое время мы ходили вместе. Но потом он начал постоянно просить поспать еще пять минут, которые затягивались на пару часов. Хамфри это очень расстраивало, он жалобно скулил.
В итоге — утренняя выгулка на мне. Я не против. Пять утра — еще никого толком нет на улице. Свежо, красиво. Я вообще ранняя пташка.
— Позвони предупреди, что придешь попозже.
— Не могу…
— Почему?
— У меня нет телефона.
Брови парня мгновенно взлетают вверх.
— Забыла или вообще нет?
— Я не нашу телефон, потому что… — прикусываю губу и опускаю подбородок, ощущая дрожь от неуверенности в себе. — Просто… пока не ношу… нельзя…
Мне тяжело объяснять ему.
Все дело в Клюевой и ее подружках. Они несколько раз забирали мой телефон и делали в нем всякие пакости. Одни фотки поудаляли, на других прифотошопили всякие пошляцкие штучки.
Несколько раз отправляли учителю физики мерзкие сообщения с моего аккаунта. И даже когда я с трудом вернула телефон обратно, отправили среди ночи еще несколько, и те фотки его жене. Оказалось — взломали мой аккаунт. До сих пор тяжело смотреть учителю в глаза.
А потом — вообще удалили профиль. Теперь меня нет в соцсетях.
Я восстанавливать не стала. Решила уже после окончания верну. А пока — невидимкой буду, насколько это вообще возможно в моем случае. Так лучше.
Мой учебный профиль даже в группе старшаков не приняли. Все в курсе событий выпускного балла, а я — только крупицы информации из уст Динки узнаю.
А телефон теперь оставляю дома. Всегда.
Ворон пальцами нагло поддевает мой подбородок и приподнимает опущенную голову.
— Теперь носи. Будь на связи. Поняла меня?
— Нет, — верчу головой, убрав его пальцы. — Не поняла. С чего ты решил, что можешь мне указывать?
Наконец-то удается вырвать руку из плена и засунуть ее в карман кофты, которая все еще влажная после дождя.
В порывах ветра я чувствую, что мерзну сильнее, и скукоживаюсь, но стараюсь не подавать виду. Я ощущаю его внимательней взгляд.
Я
