В его плену. Моя ошибка - Анна Осокина
Сердце екнуло. Если бы я только не была к нему намертво привязана, ушла бы не задумываясь.
— Ты же знаешь, что нет, — пошла на попятный.
Три дня. Потерпеть всего три дня. И, возможно, в моей жизни что-то прояснится.
— То-то же, — Саша сделал еще один шаг, став вплотную ко мне. — Не забывай: крепче любовных и семейных уз.
Меня так и подмывало спросить его, точно ли тот негодяй мертв. Спросить и посмотреть на его реакцию, когда он этого не ожидает. Уверена, я смогла бы расшифровать выражение его глаз. Но еще рано.
— Так где же ты была, любимая? — вкрадчивый голос прошелся по позвоночнику неприятной вибрацией. Он наклонился ко мне, словно хотел поцеловать. Иногда такое случалось, но очень редко. Я с трудом подпускала его к своему телу даже на такую малость.
— Сколько бы ты раз ни спросил, мой ответ не поменяется: встречалась с клиентами, потом работала в кафе одна, потом еще немного прогулялась по центральному скверу.
— Ну вот, видишь, сколько новой информации.
Он взял меня за плечи, как несколько часов назад — Миша. От воспоминания об этом я дернулась.
— Неужто я тебе так противен, Настя? — пальцы сжались так сильно, что, наверное, будут синяки.
— Мне больно, Саша. Отпусти.
— А ты веди себя, как замужняя женщина, а не как какая-то дрянь!
— Отпусти меня, слышишь?! — я дернула плечами, освободившись из захвата, и отошла от него на несколько шагов, к перилам.
— Отпущу, милая, отпущу, — усмехнулся муж, неспешно приближаясь. — Но ты же знаешь, что твоя дорогая сестричка в этом случае будет не столь благополучна? Я могу вдруг потерять всякий интерес держать в секрете то, что случилось три года назад. Когда там была годовщина? Пару недель назад, кажется?
Я беспомощно ловила ртом воздух. Никогда до сих пор от не шантажировал меня настолько открыто. Маски сняты.
— Я тебя поняла, — глухо отозвалась в конце концов.
— И что же намерена делать моя любимая супруга? — он снова подошел, а мне уже некуда было отступать. Дальше — только пропасть.
— Ничего. Жить, как и жила, — эти слова стоили мне всей выдержки.
— Моя умничка, — Саша улыбнулся, и улыбка выглядела довольно искренне.
Неужели его вправду устраивает вот такой брак?!
— Я всегда знал, что ты у меня хорошая девочка.
Он попытался обнять меня, и я не стала сопротивляться. Тогда он прижал меня к себе. Хотелось плакать от беспомощности, но свою порцию слез я сегодня уже вылила.
— Ты не будешь больше так задерживаться? — спросил он нежно. Но я-то прекрасно понимала, что за этой нежностью кроется угроза.
— Не буду, — пообещала, помня о тех трех днях, которые мне нужно потерпеть. Вот если бы Миша нашел хоть какую-то зацепку!
Я проиграла эту битву, но война еще не окончена.
Мне показалось, что Лена как-то приободрилась после того, как я ей поверила, а не отмахнулась от ее подозрений. Уже на следующий день я забрала ее из больницы. При этом Саше мы так ничего и не сказали, решив дождаться информации от Миши.
Да, я рассказала обо всем сестре, начиная с того момента, когда искала Ярика. Мы привыкли делиться всем или почти всем, а потому я даже не подумала от нее что-то скрывать. Тем более что ее это касалось в первую очередь.
Лена задумчиво смотрела вдаль, мы гуляли в парке на детской площадке. Марину, как я и обещала ей, отправила на полное обследование в клинику, которую мы всей семьей при необходимости посещали уже несколько лет.
— Как думаешь, — наконец подала она голос, когда «переварила» всю информацию, полученную от меня. — Такое возможно? — она заглянула мне в глаза. — Возможно, что Саша обманул нас?
— Хотела бы ответить отрицательно, но я уже ни в чем не уверена, Лен.
— У вас с ним какие-то терки, да?
— Ярик, отдай мальчику! Это его лопатка! — подхватилась я со скамеечки, где мы с сестрой расположились, пока малыш играл в песочнице. Дети не поделили игрушки и начинали капризничать. — Смотри, что я тебе еще взяла, — вытащила из сумки машинку и дала сыну. Он тут же переключился не нее с лопатки, начав возить монстр-трак по песку с сосредоточенным видом, спокойствие было восстановлено, и я вернулась к Лене.
— Не больше, чем обычно, — сказала не совсем правду. На самом деле все усугубилось, но Лене незачем волноваться еще и по этому поводу. Тем более если теперь на нашей стороне Миша. У меня впервые за эти годы появилась реальная надежда. Только я еще не знала на что. Боялась строить планы, потому что Миша мог ничего и не выведать. Или его новости подтвердят то, что мы и так знаем. И хотя я словно на пороховой бочке сидела, это было гораздо лучше, чем тухнуть в том болоте, в которое я сама позволила себя посадить.
Ярику пора было на дневной сон, и мы вернулись домой. Неожиданно там мы встретили Сашу, который обычно в это время находился в офисе.
— Как Париж? — спросил он у Лены.
Я видела, что ее аж перекосило от этого вопроса. Да, кажется, теперь этот город точно не будет в числе ее любимых.
— Очень… Интересный, — выдавила из себя сестра.
— Насть, может, в Париж полетим? — как ни в чем не бывало предложил Саша. — Ведь наш отпуск вынужденно прервался.
— Можно и в Париж, — кивнула я, лишь бы отвязаться от мужа. — А ты уже решил свои проблемы?
— Почти, — Саша подошел ко мне, поцеловал меня в щеку и погладил по макушке ребенка, которого считал своим.
Интересно, что будет, когда он узнает правду? Он так уверенно говорил, что малыш от него, что я в этом тоже не сомневалась. Но вот оно как на самом деле. Теперь же, когда проявилась эта родинка, я стала замечать и другие вещи, на которые раньше не обращала внимания. Например, Ярик зевал в точности, как это делал Миша. А еще становился на него похож, когда хмурился. Не знаю, почему раньше не придавала этому значения. Возможно, мозг игнорировал то, что приносило боль.
— Почему ты не на работе? — мельком глянула на Сашу, усаживая Ярика за обеденный стол. Лена в это время разогревала ему суп.
— Заскочил кое-какие документы забрать, сегодня буду поздно.
— Ладно, — улыбнулась Саше на прощание почти искренне, потому что я любила, когда он задерживался, без него я чувствовала себя гораздо свободнее. Одно его присутствие в квартире, несмотря на то, что места хватало
