Бомбочка-Незабудка - Кэролайн Пекхам
— Я просто прикидываю, что я буду представлять, когда буду дрочить на нее, а не предлагаю трахнуть ее, — невинно ответил я. — Кроме того, она не то, для чего я сейчас в настроении, большой мальчик — это ты.
— Правда? — Дилан мурлыкал, но я знал, что он ни на секунду не купился на это дерьмо. Тем не менее, флиртовать с ним никогда не вредно — он был чертовски неравнодушен к комплиментам, и он будет тем более рад помочь мне, если я попаду в его хорошие книги.
— Да. Ты нужен Дэнни — в официальном качестве.
Дилан драматично вздохнул.
— Эти каблуки не предназначены для тяжелой работы. Мне действительно нужно там быть?
— Да... у нас был небольшой инцидент с незваным гостем, и нам нужно немного прибраться, пока викарий не обнаружил беспорядок, который мы устроили, и не присоединился к своему Богу раньше времени. — Я извиняюще пожал плечами, а Дилан надулся.
— Ладно. — Он повернулся ко мне спиной и немного повозился с волосами Ани. — Выше голову, милая — неважно, насколько плохими кажутся вещи, они всегда могут быть хуже. К тому же, я знаю точно, что у Дэнни Батчера чертовски хороший член, так что, по крайней мере, это тебя утешит.
— Это очень помогает, — парировала Аня, а я фыркнула, когда Дилан выскочил из комнаты.
Мне следовало бы последовать за ним, но я не смог побороть искушение сделать шаг вперед и вдохнуть воздух, окружающий девушку, которая собиралась выйти замуж за моего лучшего друга. От нее исходил сочный аромат маракуйи, и я испытывал полуискушение откусить от нее сочный кусочек.
— Вы выглядите просто грешно, мисс Америка, — дышал я ей в ухо, мой рот коснулся нежной кожи ее шеи, и я мог поклясться, что по ее плоти прошла дрожь. — Постарайся не разбить там слишком много сердец.
— У меня не сложилось впечатления, что у англичан есть сердца, Черч, — прохладно ответила она, наклонив голову ко мне так, что губы оказались всего лишь на расстоянии дыхания. — Вы все кажетесь мне бездушными злодеями.
— Так и есть, — согласился я. — Но иногда мы бываем известны тем, что сильно и быстро влюбляемся в такую красавицу, как ты. А ты ведь знаешь, что говорят о любви британца, не так ли?
— Это какая-то хрень про прекрасного принца? — спросила она.
— Нет. Ничего подобного.
— Тогда расскажи мне, — потребовала она, и Боже, как же мне нравилось быть на стороне получателя ее взгляда.
— Мы трахаемся жестко, а любим еще жестче. Так что если хочешь поймать себе одного, лучше держись крепче и приготовься к адской езде. — Я подмигнул ей, когда ее губы удивленно разошлись, упиваясь румянцем, появившимся на ее щеках, и размышляя, может ли ей понравиться, если я попытаюсь доказать первую часть этого утверждения.
Я отступил назад, достал свой телефон и сделал снимок, после чего мысленно дал себе пощечину и быстро вышел из комнаты.
— Долго еще? — спросил Фрэнк, когда я проходил мимо него, используя как можно меньше слов, чтобы убедиться, что я знаю, как сильно он презирает необходимость говорить со мной.
— Десять минут, — сказал я через плечо, присоединяясь к Дилану и направляясь обратно в церковь. — Если к тому времени мы не будем ждать у алтаря, он сбежал, и тебе придется жениться на ней.
— Я мог бы придумать судьбу и похуже, — пробормотал он, и я ухмыльнулся про себя, потому что он был прав. Жениться на существе в той комнате было тем адом, с которым я мог бы согласиться.
Дилан бросил на меня оценивающий взгляд, когда мы возвращались через церковь, но я ничего ему не предложил, а он не задал вопрос, который явно завис на его сжатых губах.
Мы вернулись к комнате, где были заперты Бэнни и Дэнни, и я постучал в нее, чтобы дать ему знать, что это я.
Дверь открылась, и Бэнни бросил взгляд в коридор за нами, прежде чем открыть ее, чтобы впустить нас.
Дилан издал низкий свист.
— Ну, думаю, это была бы не свадьба Батчера, если бы никого не зарезали, — сказал он, двигаясь к бессознательному телу Дэнни.
Бэнни удалось втиснуть брата в одежду, в которой он пришел из тюрьмы; нож все еще торчал у него из поясницы, где подол толстовки был задран. Он также завязал черный мешок на голове Дэнни и связал его руки за спиной изолентой, чтобы скрыть татуировки, которые переползли и на его руки, скрывая все, что могло выдать его личность. Это была чертовски красивая работа.
Теперь Бэнни был полностью одет в свадебный костюм и со стороны выглядел совершенно так же, как человек, за которого он себя выдавал.
— Я не просил комментариев, я просто убрался, — пробурчал Бэнни, звуча так же, как его брат—засранец, и, черт возьми, чуть не заставил меня прослезиться от гордости.
— Держи себя в руках, милый, ты же знаешь, что я не осуждаю, — сказал Дилан, резко подняв руки. — Но я должен сказать, что пока что ты плохо справился с его убийством, потому что он все еще дышит, как рыба, задыхающаяся на берегу реки. Так ты хочешь, чтобы я прикончил его для тебя, прежде чем избавлюсь от него, или…
— Нет. Я еще не хочу, чтобы он умер, поэтому мне нужна не утилизация, а просто вывоз. Я хочу, чтобы его поместили в камеру под складом. Не мучайся с едой или водой, просто дай ему ведро, чтобы посрать, и следи, чтобы он не истек кровью, — твердо сказал Бэнни.
— И это все? — спросил Дилан, резко зевнув и помахав своими розовыми ногтями перед ртом.
— Вообще—то нет. Я хочу вернуть свой гребаный нож. Чтобы ты мог залатать и эту дыру в нем. — Бэнни наклонился и выдернул нож из спины Дэнни, отчего из него начала сочится кровь.
— О, ради всего святого, — проворчал Дилан, уронив свою блестящую розовую сумку и открыв ее, он начал рыться в ней. Он быстро достал вату, которую быстро засунул в кровоточащую рану, чтобы остановить ее, затем взял щипцы для завивки и подключил их к стене.
— Для чего нужны щипцы для завивки волос? — с любопытством спросил я.
—
