Вредный босс на Новый год - Лана Пиратова
— И знаешь, что он мне сказал? — я разглядываю остатки виски в стакане.
Тишина.
— Он сказал, что не было ничего у него с Банниковой, — цокаю языком и перевожу взгляд на удивлённое лицо Аллы.
— И ты ему веришь? — Алла складывает на груди руки и холодно смотрит на меня.
— А почему я не должен ему верить?
— Он врёт.
— Хм. В таких ситуациях обычно привирают девушки. Мужики, наоборот, врут. Тьфу, врут в обратную сторону. Ну, ты меня поняла.
Смотрю на Аллу и по её глазам понимаю, что нихера она не поняла.
Да и пофиг.
— Эх! — встаю и ослабляю галстук. Отодвигаю с дороги Аллу и иду на выход.
— Максик, ты куда?!
— К Еве!
— Постой! А я? — Алла подбегает ко мне.
— А ты, — останавливаюсь у самой двери и оборачиваюсь. Смотрю на неё. — А ты в анал иди.
Алла хлопает круглыми глазами и раскрывает рот.
— В смысле, в аналитический отдел! — хмыкаю я и иду к лифтам.
58. Пушистая мохнатость
Водитель привозит меня к дому Банниковой. Отпускаю его. Потому что я не уеду отсюда. Я останусь у Банниковой! Чего бы мне это ни стоило!
Только собираюсь проникнуть в подъезд, как замечаю сестру Банниковой. Она быстрым шагом идёт к дому. По сторонам не смотрит, взгляд опустила. Как будто вся в своих мыслях.
Прячусь за угол и, когда фигура сестры Банниковой равняется со мной, я выхожу из укрытия и встаю прямо перед ней.
И чуть не получаю по яйцам! Едва успеваю отскочить. Но инстинктивно прижимаю ладони к ширинке.
— Ты чего? — смотрю на сестру Евы.
Она чуть наклоняется и вглядывается в моё лицо.
— Серов? Ты, что ли?
— Ну, я. Ты чего сразу по яйцам-то метишь? — выпрямляюсь и убираю руки в карманы брюк.
— Не делай так больше, Серов, — говорит она. — У меня реакция — ух! Я потом бы ещё и локтем заехала! Ты чего тут подкарауливаешь? Еву, что ли, ждёшь?
— Угу, — кошусь на неё с опаской. Не хочу локтем получить.
— Так она дома.
Улыбаюсь.
— Плачет, — грозно смотрит на меня Дося.
— Плачет? — удивляюсь я. — Её кто-то обидел?
— Вот и я думаю: кто же её обидел? — с подозрением щурится Дося.
— А она рассказала? — на всякий случай отступаю от неё на шаг.
— Молчит. Из дома вообще не выходит. Лежит и молчит.
Она вздыхает. Я опускаю взгляд и думаю.
— Ну, если я узнаю, кто мою сестру обидел! — вдруг восклицает Дося.
Поднимаю на неё взгляд и вижу кулак в воздухе.
— Яйца в узелок завяжу! А из члена бантик сделаю!
И по её грозному виду я понимаю, что это нифига не шутка.
На автомате прижимаю ладонь к паху, но тут же убираю, чтобы не выдать себя.
— Мне с Евой поговорить надо, — говорю уверенно. — Это вопрос жизни и смерти.
— Да ты что? — усмехается её сестра. — И о чём же?
— Это личное, — хмурюсь я.
— Хм. А она сказала, что никого не хочет видеть. Особенно индюка в костюме выхухоли! — и смеётся. — Не знаешь, про кого это она?
— Не знаю, — бурчу хмуро.
— Ладно, завтра приходи. Может, отойдёт.
И Дося собирается уйти.
— Нет, — встаю на её пути. — Сегодня. Сейчас.
— Да что за срочность-то? — серьезно смотрит на меня сестра Евы. — Прямо до завтра не терпит?
— Нет.
— Прямо сегодня и сейчас нужно?
— Да. И желательно наедине. Без свидетелей.
— Ну, ты и наглец, Серов! — усмехается Дося. — А мне куда деться? Мне некуда.
Достаю из кармана ключи от своей квартиры и протягиваю ей.
— Ко мне езжай.
Она ошарашенно смотрит то на руку с ключами, то на меня.
— Ты чего? Серьёзно?
— Конечно, — строго отвечаю я. — Говорю же: очень важный вопрос. Столько лет не решали его. Пора!
— Ну, я не знаю… — мнётся она и задирает голову и смотрит на окна их квартиры. — Как отнесётся Ева к такому… без предупреждения… может, позвонить ей?
— Нет. Ни в коем случае. Это будет сюрприз.
— Ну, ты хотя бы с цветами пришёл, — улыбается она. — Тоже мне сюрприз!
Чёрт, а ведь она права!
Быстро достаю телефон и заказываю букет. Привезут как раз к тому моменту, как мы помиримся. Я уверен в этом.
В общем, я получаю ключи от квартиры, где лежит и плачет Ева.
Дося желает мне удачи и уезжает в мою квартиру.
Я, довольный собой, захожу в подъезд и поднимаюсь на нужный этаж.
Позвонить или сюрприз? Ай! Радовать так по полной!
Тихо открываю дверь. Заглядываю и прислушиваюсь.
Тишина.
Как будто дома никого.
И темно.
Захожу в квартиру. Осматриваюсь. Подсвечиваю себе телефоном и иду вглубь квартиры.
Так.
Вот и комната Евы.
Глаза уже привыкли к полумраку и я без труда вижу силуэт, лежащий ко мне спиной на кровати.
Ева, похоже, спит. Сюрприз точно удастся!
Я, воодушевлённый предвкушением, что, наконец, снова заполучу Банникову, на носочках крадусь к кровати. Тихо расстёгиваю ремень и замок на брюках. Мну рукой привставший член.
— Ева, девочка моя, — шепчу, укладываясь рядом с ней.
Залезаю под одеяло и кладу руку на бедро Банниковой.
— Ева, — хриплю нетерпеливо, прижимаясь пахом к её попке. — Я так соскучился, — губами утыкаюсь в её волосы.
Вдыхаю её запах. А рука сама спускается с бедра вниз. Прикрываю глаза и улыбаюсь.
И я понимаю, что правда соскучился. И пиздец как хочу её.
Глажу аккуратно животик и потом вниз рукой.
— Ммм…
Так. Стоп.
Хмурюсь, чувствуя пушистую мохнатость между ног у Евы.
Заросла-то как! Без моих ласк! Ничего себе, у неё растительность! Я посмотреть на это хочу!
Усмехаюсь. Сгибаю пальцы и скребу по мохнатой промежности Евы. А так даже прикольно.
Натираю и…
— Ай! Блять! Блять! Сука! — распахиваю глаза и вскакиваю с кровати.
Острая боль пронзает всё тело, но концентрируется на руке. Я трясу ею, но становится только больнее.
— Ай!
— Кто здесь?! — слышен голос Евы.
И потом вспышка и я даже зажмуриваюсь. Ева включает свет.
Бляяяяя.
Её хорёк висит на моей руке, вцепившись в неё. Вот, откуда адская боль!
— Тварина! — рычу я, хватая его за хвост. — Ай! Пусти! Пусти!
59. Спаситель хорьков
— Не дёргайся! — кричит мне Ева.
Подбегает и хватает животное. Гладит его.
И он отпускает меня.
— Бедненький мой, — приговаривает ласково Ева, наглаживая тварину.
А на меня ноль внимания. Я соплю недовольно, пытаясь разглядеть палец.
— Надеюсь, ты не отравился? — спрашивает она, заглядывая в глаза шипящего на меня хорька.
— Да в смысле?! — не выдерживаю я. — Это я тут пострадал!
