Простить невозможно забыть - Ника Горина
— О чем вы? Что с моей дочерью?
— Ваша дочь влипла в неприятности, и ТА ЖЕНЩИНА отказалась от нее.
— Что с девочкой сейчас?
— Ее зовут Катя. Она сейчас живет в моем доме.
— У нее все хорошо?
— Относительно. Она учится в частной школе, вполне сносно.
— А что за неприятности, о которых вы говорите? Что она сделала?
— Она… ничего. Просто попала в дурную компанию. Но это уже в прошлом. Сейчас она в порядке.
— Вы заботитесь о ней?
— Да. Но ей нужна семья. Кто-то родной.
— А та женщина? Она говорила, что у нее есть муж.
— Да, они воспитывали Катю шестнадцать лет. Она действительно росла в достатке. Но сейчас эта семья отказалась от нее.
— И что вы хотите от меня?
— Вы — ее отец. Разве это не очевидно?
— Вы хотите, чтобы я забрал ее?
Дмитрий внимательно посмотрел на Илью.
— Я… я не могу. Моя семья… они не знают… мне некуда ее забрать. Мы живем с женой и дочками в двухкомнатной квартире. Я работаю на заводе, у нас не так много денег. Да и вообще… — Илья выглядел очень растерянным и в то же время раздраженным.
— Вы продали вашу дочь много лет назад. И отказываетесь от нее сейчас?
— У нас с той женщиной был договор.
— Договор расторгнут. Да, ТА ЖЕНЩИНА и ее муж все еще являются законными опекунами Кати. И до ее совершеннолетия так и останется. Но Кате нужна семья.
— Нет, простите, я не могу…, — Илья сделал шаг назад. — Я похоронил дочь вместе с женой. Я не знаю вашу Катю. Извините…
Дмитрий ударил его по лицу. Илья упал.
— Катя не игрушка! — почти прорычал он, — которую можно продать за ненадобностью и выкинуть, когда надоела. Она — ребенок. Подумайте об этом.
Дмитрий достал из кармана визитку и бросил ее Илье.
— Если передумаете, приезжайте в клуб «Сапфир».
Он оставил Илью лежать на траве. Ехать домой ему не хотелось — он был слишком зол. Все вышло из-под контроля. Вся эта история с девушкой уже начинала его доставать. Она никому не была нужна…
— Но? Что сказал ее отец? — спросил Глеб.
— Что у него другая семья, и что Катя ему не нужна.
Катя стояла за дверью и слышала каждое слово. В груди у нее что-то больно закололо.
— Черт! — выругался Дмитрий, вставая с кресла. — Она же не котенок, от которого можно отказаться и выкинуть!
— И что теперь? — спросил Глеб. — Оставишь ее у себя?
— Разумеется, — ответил Дмитрий уже спокойнее. — Я никому ее не отдам. Она сейчас здесь?
— Должна приехать. У нее дополнительные уроки, она приезжает поздно.
— Я буду здесь, как появится, пусть поднимется ко мне.
Глеб кивнул.
— Хорошо, тогда я пойду вниз. Надо проверить бар перед открытием.
Катерина вытерла слезы и отошла от двери. Не хватало еще, чтобы Глеб увидел ее, подслушивающей их разговор.
Девушка медленно спустилась по лестнице и пошла в туалет. Слезы застилали глаза, и было тяжело дышать.
— Постой, — окликнул Дмитрий Глеба, когда тот уже взялся за ручку двери. — Я видел Игоря. Но Вадима в клубе нет. Что он здесь делает? И для кого он принес букет роз?
— А, ты видел его с цветами? — улыбнулся Глеб. — Для Кати.
— С чего это он вдруг притащил ей розы? — Дмитрий подошел к бару и налил себе виски.
— Я так полагаю, они встречаются.
— Что? — глаза Дмитрия метали молнии. — Она же ребенок! Ей шестнадцать!
— Взрослая девушка, вообще-то. Тем более, очень красивая. Вполне нормально, что парни обращают на нее внимание.
— Где они познакомились?
— У Вадима, когда ты отправил ее к нему с документами. Игорь привез ее в клуб в тот день, — Глеб внимательно смотрел на Дмитрия. — А что?
— Он знает, что ей шестнадцать?
— Да, она ему сказала.
— И он все равно увивается за ней?
— Да. А что не так?
— Она — ребенок! Я не хочу видеть этого парня рядом с ней!
— А ты уверен, что сам смотришь на нее, как на ребенка? — с усмешкой произнес Глеб.
— О чем ты?
— Ладно. Тебе виднее, — похлопав друга по плечу, Глеб вышел.
Катя задержалась в туалете до самого открытия. Она не могла заставить себя выйти. Откуда взялось столько слез? Они все текли по ее щекам, размазывая тушь. И только услышав музыку, Катя умылась и вышла в зал.
Несмотря на то, что клуб только открылся, в зале уже было много людей. Кто-то сидел у бара, кто-то занимал столики, кто-то танцевал.
На ее браслет пришло оповещение о заказе. И Катерина включилась в работу. Она старалась не думать о том, что услышала. В конце концов, все это не имеет никакого значения для ее жизни. Два года. Она отработает два года, а потом уедет от Дмитрия, от его друзей, из этого клуба. И начнет новую жизнь вдали от всех.
Девушка ходила по залу. Она чувствовала на себе взгляд Дмитрия, знала, что он стоит на балконе, но не поднимала глаз, боясь выдать свое состояние.
Ей пришел заказ с одного из столиков на балконе. Девушка взяла коктейли в баре и стала подниматься по лестнице. Но на последней ступеньке споткнулась, поднос с бокалами выпал из ее рук. И она сама едва не упала на осколки.
Сильные руки Дмитрия удержали ее.
— Идем со мной, — произнес он, увлекая ее за руку в свой кабинет, кивая Ольге, чтобы она разобралась с заказом Кати.
Катя послушно пошла за ним.
— Что с тобой? — спросил Дмитрий, закрывая дверь.
— Все хорошо, — прошептала девушка.
— Ни хрена не хорошо, Катя. Я же вижу.
Он сделал шаг к ней, но девушка отступила.
— Катя, посмотри на меня.
Она медленно неуверенно подняла на него глаза.
— Ты все слышала, — понял он, увидев слезы в ее глазах. — Мой разговор с Глебом.
— Я не хотела, — она присела на край дивана.
— Катя, это все неважно. Забудь об этом.
— Моя мама, правда, умерла?
— Да, Катя, мне жаль.
Дмитрий присел рядом с ней.
— Если хочешь, я отвезу тебя домой. Тебе сейчас, наверное, не до работы…
— Все нормально, — девушка всхлипнула, успокаиваясь. — Я в порядке.
— Не в порядке, Катя.
— Как ты узнал о том, что семья Рогозиных не моя родная семья? — спросила она через несколько минут.
— Встречался с твоей мамой, Натальей, в тот понедельник, когда она приходила к тебе в школу. Я видел вас. А потом догнал ее.
— И она все рассказала?
— Да.
— Она, правда, меня купила?
— Да.
— И мой настоящий отец меня отдал? За деньги?..
— Да, Катя.
