Постскриптум: (не)люби - Юлия Вернер
Устроившись рядом с барной стойкой, знакомлюсь с новым барменом Мироном и набрасываю список необходимого, чтобы завтра сделать заказ.
Парень оказался очень общительным и милым, полной противоположностью вечно недовольного Лени. У него была короткая стрижка, симпатичное лицо с широкими скулами, а еще забитые татуировками руки и шея, что сразу бросалось в глаза, но ничуть не портило.
— … Новый список я обещал согласовать с Жуковым, — говорит Мирон, готовясь к первым посетителям. — Но он который день не просыхает, так что я даже не знаю, как нам с тобой поступить.
Удивленно поднимаю на парня глаза.
— В каком смысле «не просыхает»? — не поняла. — Пьет что ли?
Бармен кивает.
— А он здесь? — интересуюсь, оглядываясь на то, как наполняется людьми зал.
— Не видел, если честно, — пожал плечами Мирон. — Но можешь посмотреть в подсобке, — сказав это, он уходит обслуживать клиентов, а я остаюсь сидеть и смотреть куда-то перед собой, не веря своим ушам.
Неужели он из-за меня?.. Да ну, бред какой-то!
От мыслей меня отвлекают крики в образовавшейся рядом с одним из диванчиков толпе, где происходит что-то нехорошее и явно не вклинивающееся в мои сегодняшние планы пережить вечер спокойно.
Скинув папку за барную стойку, поднимаюсь и, обходя танцующую молодежь, иду в эпицентр непонятного безумия. Было уже более чем очевидно, что там происходили какие-то разборки. И где, спрашивается, охрана?
Как только я пробираюсь сквозь плотно стоящее кольцо случайных свидетелей потасовки, то вижу как какой-то мужик, стоя ко мне спиной, орет и дергает за руку молоденькую девушку, которая плачет и просит не трогать ее. Он был пьян, а в таком случае им должна заниматься охрана. Так почему ни одного амбала нет в зале?
Наверное, мне стоило пойти на их поиски, но когда я увидела, что подонок заламывает девушке руку и шипит что-то на ухо, я не смогла стоять и смотреть как все эти люди.
Бросившись к ним, толкаю ублюдка, переключая все его внимание на себя, но тут же испуганно замираю, узнавая в необъятной физиономии того типа, встреча в гостинице с которым закончилась не очень хорошо.
— Это ты! — рявкает он, разворачиваясь ко мне и забывая о девушке. — Ты!..
В таком огромном городе я никогда не подумала бы, что смогу встретить этого человека именно здесь! Я вообще не думала, что когда-нибудь его встречу!..
От осознания ужаса всей ситуации у меня просто дар речи пропадает и единственное разумное действие, о котором я думаю — бежать!
Но не успеваю даже развернуться, как мужик, несмотря на свои необъятные формы, проявляет невероятную ловкость и больно хватает меня за руку.
— Никуда ты не пойдешь! Я собираюсь закончить начатое! И ты будешь умолять меня не останавливаться!..
Вспоминаю все, что он делал со мной в гостинице и к горлу подкатывается тошнота, которая внезапно начинает выходить наружу прямо на толстяка-извращенца.
Чувствую себя дико неловко в глазах окружающих, ведь ко всему прочему это точно попало на видео кого-нибудь из свидетелей потасовки. Зато рука, сжимающая мое запястье, разжимается, а подонок в ужасе начинает орать, осматривая испорченный джемпер.
И вдруг обзор мне закрывает широкая спина в черной рубашке, замахивается и бьет вопящего негодяя в лицо. Большое тяжелое тело падает.
— Уберите это дерьмо отсюда! — рявкает Дима, продолжая стоять ко мне спиной. — И чтобы я его тут больше не видел!
Сразу, откуда не возьмись, появляются два амбала-охранника и, схватив несостоявшегося насильника за руки и ноги, понесли прочь на выход. И мне ничуть не интересно, что они с ним дальше сделают!
— Ты! — Жуков оборачивается и смотрит на меня раздраженным взглядом. — Долбаный магнит для неприятностей! — Чувствую от него запах перегара. — Пойдем со мной! — он хватает меня за руку и тащит следом за собой в подсобку.
— Пусти! — кричу. — Пусти, я тебе говорю!
Но это бесполезно, мужчина держит мертвой хваткой.
Когда он заводит меня за собой в темное душное помещение и запирает дверь, то оборачивается и демонстративно кладет ключ себе в карман.
— Сколько еще раз я буду доставать твою задницу из подобных передряг? Зачем ты вообще полезла туда, бедовая?
— Не разговаривай так со мной! Я вообще не просила тебя вмешиваться!
— Ах, не просила? Может, и с моста не надо было тебя снимать?
— А вот не надо было!
— Больная истеричка! — шипит.
— Хронический придурок! — не остаюсь я в долгу.
Дима усмехается, отворачивается, а затем проходит к небольшому темному диванчику, садится и достает из-за подлокотника бутылку, которую откупоривает и подносит к губам.
— Будешь? — он смотрит на меня, а глаза его блестят. — Элитная выпивка, если что, а не то пойло, что ты вливала в себя в баре.
Я презрительно фыркаю и складываю руки на груди.
— Нет уж, спасибо. Понятно чего ты бесишься — я прервала твою попойку!
Мужчина смеется и снова делает глоток из бутылки.
Что я смешного сказала?
— Открой дверь, мне работать надо, — говорю сквозь зубы, топчась на месте.
— Лучше не стоит. Не хочу сегодня снова доставать твою очаровательную задницу из передряг.
Я аж задохнулась от возмущения.
— Моя задница — не твоя забота! — возмущенно отвечаю. — Сиди в своей подсобке и дальше заливай свое элитное пойло в свою глотку, а у меня дела есть!
— Не будет, если я тебя уволю, — равнодушно бросает Жуков и опять присасывается к бутылке.
Смотрю на него, чувствуя сильное раздражение и желание разбить о его пьяную голову что-нибудь элитное.
— Не посмеешь!
— А кто мне помешает? Может быть ты? — он раскидывается на диванчике. — Говорят, мол, я тебя тут держу только потому, что ты мне даешь, но ведь это не так. Сам не знаю, на кой черт все еще не уволил тебя: сотрудник ты так себе, руководству хамишь. Я ведь могу быстро найти тебе альтернативу.
Вот как, значит, заговорил? Сукин сын!
— Отлично! — шиплю, делая в его сторону уверенные шаги. — Тогда давай с этим покончим!
Преодолев расстояние, резко склоняюсь над ним, игнорируя голодный звериный взгляд, после чего сую руку в карман его джинов в поисках ключа, но когда Дима понимает, что я не ублажать его пришла, дергает на себя, и я падаю на него, опрокидывая джин на пол.
— Отпусти меня немедленно! — ору не своим голосом, упираясь ладонями в его каменные плечи. — Жуков, блин!.. Убери руки!
Мужчина морщится, но отпускает, так что соскакиваю я с него как ошпаренная, приглаживая растрепавшиеся волосы.
— Дурак, — бурчу я, не смотря на него. — Дай ключ и я пойду.
Босс, продолжая сидеть в той же позе,
