Бесчувственный наследник - Мишель Хёрд
— И это была твоя фантазия?
— Одна из них, — говорит она с довольным блеском в глазах. — Нам потребуется немало времени, чтобы воплотить их все.
Я усмехаюсь и крепко прижимаю ее к своей груди.
— Ты полна сюрпризов.
Карла прижимается ко мне, спрашивая:
— Просто чтобы не было недопониманий... мы теперь официально пара? Верно?
Взяв ее за челюсть, я приподнимаю ее лицо к своему и притворно хмурюсь:
— Да. Так что мне лучше не ловить тебя на флирте с каким-нибудь безъяйцевым придурком.
Широкая улыбка расплывается на ее лице.
— Ты же понимаешь, что это значит?
— Что мы встречаемся? — ворчу я.
Карла качает головой:
— Я победила.
Смех вырывается из моей груди.
— Да? И ты довольна своим призом?
Любящий взгляд смягчает ее черты.
— Ты даже не представляешь, насколько я счастлива.
Придвинувшись еще ближе, она целует меня.
— Все, чего я когда-либо хотела — это любить тебя.
Мой взгляд ласкает ее лицо, пока тепло разливается в моем сердце.
— Моя, — шепчу я, прежде чем закрепить права на ее губы властным поцелуем.
ГЛАВА 14
КАРЛА
Тот Ноа, которого, как мне казалось, я знала, и тот, которого я узнаю сейчас — это, честное слово, два абсолютно разных человека.
С ума сойти.
Мы не спали полвечи, то разговаривая, то занимаясь любовью. Я до сих пор чувствую его присутствие во всем теле.
Когда я захожу на кухню, Мила, Хана и Форест уже пьют кофе.
— Доброе утро! — я сияю им. Наливаю себе чашку, а затем, прежде чем сделать глоток, сбрасываю «бомбу»: — Мы с Ноа официально встречаемся.
Три одинаково ошеломленных лица уставились на меня. Мила первой обрела дар речи:
— Вау. Вот этого я вообще не ожидала.
Я наклоняю голову набок: — Почему?
Мила качает головой и, как раз когда Ноа заходит на кухню, отвечает:
— Ну, он как бы вообще не из тех, кто «встречается».
Ноа обхватывает мое лицо ладонью и запечатлевает на моих губах крепкий поцелуй, а затем забирает чашку из моих рук, чтобы сделать глоток. Он возвращает мне кофе и улыбается друзьям:
— Это было до того, как Карла меня доконала.
Форест прыскает от смеха, едва не подавившись кофе. Откашлявшись, он говорит:
— Я же предупреждал: если Карла на что-то нацелилась, она не остановится.
— Да, это мне в ней больше всего и нравится, — усмехается Ноа. Его телефон пищит, я вижу, как он читает сообщение, а затем цедит: — Черт.
Я внимательно слежу за ним. Он набирает номер и, отойдя от нас, говорит в трубку: — Ты как, в порядке? — Он уходит в коридор, и последнее, что я слышу: — Если ты не смогла его спасти, никто бы не смог.
— Это его мама, — шепчет Мила. — Наверное, потеряла пациента.
— Ох, — выдыхаю я. Допиваю кофе и споласкиваю чашку. — Всем хорошего дня! — говорю я и иду по коридору к комнате Ноа.
Я медлю у двери, не зная, стоит ли стучать или можно просто войти. Дверь распахивается, и как только взгляд Ноа падает на меня, он хватает меня за запястье и втаскивает внутрь. Он захлопывает дверь и прижимает меня к ней всем телом. Его губы обрушиваются на мои — он целует меня так, словно изголодался по моему вкусу. Я запускаю пальцы в его волосы, пока наши языки сражаются за лидерство.
Когда он наконец отстраняется, мы оба тяжело дышим. Он прижимается своим лбом к моему, пока мы пытаемся прийти в себя после этого поцелуя.
Я откашливаюсь и спрашиваю: — Ты в порядке?
Он кивает.
— Моя мама всегда тяжело переживает смерть пациентов.
Я обвиваю шею Ноа руками и обнимаю его так крепко, как только могу. Он кладет одну руку мне на талию, а другую — на ягодицу.
— Боже, я хочу трахнуть тебя прямо сейчас, — ворчит он.
Я хихикаю.
— Я все еще восстанавливаюсь после прошлой ночи, и нам вообще-то пора на занятия.
Он отстраняется, глядя мне прямо в глаза, а на его губах играет горячая ухмылка.
— Да? У тебя там все болит?
— Скажем так... чувствительно.
Его рука перемещается вперед, он слегка накрывает меня ладонью прямо через одежду.
— Хорошо. Пусть это весь день напоминает тебе о моем члене внутри тебя.
Я качаю головой: — Я недооценивала тебя, Ноа Уэст.
— Теперь ты понимаешь, почему я тебя отталкивал, — шепчет он.
— Понимаю.
Он наклоняет голову.
— Ты все еще хочешь быть со мной?
Я касаюсь его лица, чувствуя четкие линии его скул; в животе снова начинают порхать бабочки. — Больше всего на свете.
Мои слова вызывают у Ноа еще одну довольную улыбку. Он крепко сжимает меня напоследок, прежде чем убрать руку. Потянувшись к дверной ручке, он говорит: — Пошли на пары.
Я придерживаю дверь рукой и спрашиваю: — Можно один вопрос?
— Конечно.
— Мила сказала, что ты никогда ни с кем не встречался всерьез. Это правда?
Взгляд Ноа скользит по моему лицу.
— Я пробовал пару раз, но это никогда не длилось долго.
— Почему? — мое любопытство разгорается.
— Потому что мне сложно дается эмоциональная сторона отношений.
Я хмурюсь: — Но со мной у тебя все отлично.
Ноа качает головой и улыбается.
— Ты терпелива. Ты даешь мне время переварить то, что я чувствую, а другие не утруждались. — Он делает шаг ближе ко мне и нежно целует. — Ты будто точно знаешь, когда нужно надавить, а когда подождать. Кроме моей семьи, Као — единственный, кто понимает меня так же.
Я сияю.
— Рада это слышать.
— Нам пора, иначе опоздаем.
Мое сердце кажется легким, как перышко, когда мы выходим из комнаты. В коридоре Ноа притягивает меня к себе, крепко обнимая за плечи.
НОА
Первая неделя отношений с Карлой оказалась полна сюрпризов. Все совсем не так, как я ожидал. Никаких требований, никаких споров о том, почему я не говорю «люблю» в ответ. Никаких обиженных взглядов из-за того, что я что-то не купил или не устроил вокруг нее суету.
Карла счастлива со мной таким, какой я есть, и из-за этого мне хочется делать для нее
