Берова тропа
Ознакомительная версия. Доступно 12 страниц из 80
22-2Судя по шагам, и Никитка, и Сельва ушли, даже убежали.Видимо, Ольг умел быть убедительным, когда этого хотел. Марика осторожно выглянула в коридор, убедилась, что никого нет, и подкралась к княжеской спальне. Очень ей хотелось хоть одним глазком посмотреть, чем Ольг занимается. Ей казалось, что она была тише мыши, даже юбка не шуршала и ни одна половица не скрипнула. А только не успела она к двери приоткрытой приблизиться, как ее подхватили сильные руки и в опочивальню затащили. Дверь же за спиною захлопнулась и скрежетнула засовом.
Ведьма только пискнула коротко от неожиданности.
— Подслушивала? — мурлыкнул Ольг ей в ухо. Невольно Марика задрожала от такой близости. — Любопытная!
— Поговорить шла, — не созналась женщина.
— О чем?
— О колдовстве.
От неожиданности княжич выпустил ведьму из крепких объятий. Та отступила на шаг, поправляя одежду и втайне сожалея. Ей нравилось быть так близко к нему.
— Что опять стряслось?
— Ты знаешь, что в Бергороде есть колдунья? Черная, судя по всему?
— Откуда? Никогда подобными глупостями не интересовался. До недавних пор — и не верил. Думал, что добрый меч и славный лук любого проклятья сильнее.
— А вот есть. Ты странного в своем доме не замечал?
— Нет.
— А послушай, болезнь, тебя едва не сгубившая, откуда взялась?
— Женщина, я от тебя по лесу по стылой земле босиком убегал, что тот ушан. И с голой грудью. В одних портках, помнится. Немудрено и простыть было.
— Ну да, — Марика взволнованно заходила по комнате, терзая пальцы. — Может, и так. А в вещах своих лишнего не находил? Иголок там, платков чужих?
— Нет вроде, а что?
— Катерина тебя приворожить хочет. Ну что ты ржешь как конь, я же серьезно!
Но Ольг хохотал до слез. Останавливался, смотрел на сердитую Марику и снова смеялся. Все же не слишком-то он и умный, этот потомок Бурых!
— Послушай, я на Катерину не взгляну, даже если она одна в целом мире из баб останется, — наконец, выдавил из себя Ольг. И едва только Марика собралась возмутиться, добавил: — Она же дура! Как есть, упрямая и вздорная дура.
— Красивая.
— Очень красивая. Но дура.
— А тебе непременно умную подавай?
— Да никто мне, кроме тебя, уже не нужен, милая. Ни Катьки, ни Машки, ни Златы всякие. Только ты, ведьма. Что толку меня привораживать, когда я и так уже тобою околдован?
И снова ее к груди прижал. Ах, как его не любить?
— Я к колдунье вечером пойду.
— Зачем?
— Спросить про проклятье.
— Я знаю, как его снять. Нам нужно пожениться.
Марика дернулась, больно ударившись макушкой о подбородок мужчины.
— Ты рехнулся? Как ты это представляешь? Я, княжич Бурый, перед честным народом беру в жены старую ведьму? Тебя ж в тереме запрут, как умалишенного.
— Проклятье спадет, и все увидят, что ты красавица.
— А если не спадет, что тогда?
Ольг промолчал угрюмо.
— Глупый, тебе еще жить да жить! Что же ты творишь? То к беру в кусты лезешь, то на ведьме жениться придумал, разве можно так?
— Нужно, — буркнул княжич. — Это и есть настоящая жизнь. Испытания, битвы, трудности… А не в тереме сидеть и о подвигах только в песнях слушать.
— Я за тебя замуж не пойду, так и знай.
— Пойдешь, никуда не денешься.
— А будешь неволить — обратно к хьоннам уйду. А потом уплыву с ними на край света.
— Не жалко северян? Я же корабли снаряжу и на них войной поплыву.
— Ради чего? — закричала Марика, не сдержавшись. — Ради ведьмы закодованной?
— Ради женщины любимой.
— Да ты ж меня настоящей даже не видел! А вдруг я тебя обманываю? Вдруг я чудище лесное?
— Глазами не видел, а руками чувствовал. И сердцем.
Ну что тут было ответить?
— Мне нужна рубашка твоя. Для Катьки, ворожить будет.
— Еромолову давай ей дадим? Или вон Маркову?
— Мне интересно, что колдунья скажет.
— Ладно, но спать с ней я все равно не буду. Даже если ты на коленях умолять будешь.
Ольг отпустил Марику, тяжело вздохнул, достал из сундука несвежую уже рубашку и тугой кожаный кошель с деньгами.
— На вот, держи. И будь осторожна. Отправил бы с вами кого, да болтать будут, вам это без надобности. Вот еще, возьми, — и протянул Марике узкий кинжал с небольшой рукоятью. Видимо, под женскую руку сделанный. — Матери моей, вроде как, была игрушка. Не бойся, если что случится — с ним спокойнее.
— Я заговоры знаю на отвод глаз. Ничего не случится.
— И все же мне так будет спокойнее.
Уступила, взяла и кинжал, и ножны к нему, кое-как закрепила на поясе, а потом попросила Ольга:
— А расскажи мне, как ты у моря побывал. Какое оно, море?
Проболтали до вечера, а потом Марика ушла искать Катерину. Та обрадовалась рубашке, долго ее нюхала, потом спрятала в сумку. Надвинула на глаза старый серый платок, накинула куцую заячью шубейку, опустила голову — и из статной красавицы разом превратилась в обычную скромную бабенку. Так и пошли вдвоем по улицам.
Марика думала, что колдунья живет там, где голытьба обитает да нищие, но к ее удивлению, Катя привела свою спутницу к вполне приличному небольшому домику даже и с садом, сейчас голым и пустым. Постучалась три раза в ворота, толкнула створки и снова прошла. Девушка была тут явно не первый раз.
И ничего страшного, ни черных котов, ни змей, ни пауков. Обычный дом, чистый, ухоженный, почти даже богатый, с беленым крыльцом и половичком за дверью.
И голос, их окликнувший, тоже не пугал, разве что слова странные были:
— И кого ты мне привела, юродивая? Смерть мою привела…
В выскочившей в сени женщины колдунью признать было невозможно: обычная горожанка, одета добротно, но не роскошно, не толстая и не худая, вовсе и не старая. Руками колдунья замахала, как мельница крыльями и зашипела на Марику:
— Пошла отсюда, пошла! Неча тут делать тебе! Знаю я, что ты ищешь, могла бы дать, да не буду! Не буду помогать! Убирайся прочь, вестница моей смерти! Пошла, пошла!
Ознакомительная версия. Доступно 12 страниц из 80
