Развод. Новая жизнь - Анастасия Леманн

— Я заставлю тебя просить, — он максимально приблизился к моим губам, — и это будут самые сладкие мольбы, которые я услышу.

Глава 29

— Клим! — задыхалась я, сопротивляясь под ним. — Мне было больно… с утра.

Я только сейчас об этом вспомнила и мне стало еще страшнее. Если теперь будет больно каждый раз, то я так долго не протяну.

— Я помню, — хитро улыбнулся он. — Сейчас не будет больно, если ты попросишь трахнуть тебя. Сладко. Жалобно. И очень горячо.

— Я не хочу! — я снова забрыкалась под ним, но первые же прикосновения Клима вновь вызвали во мне опьянение.

Приятная тяжесть сковала мое тело и разум. Мне совсем не хотелось сопротивляться. Наоборот — телу хотелось отдаться этому мужчине. Я знала что он в любом случае сделает мне хорошо.

Тело заглушало ненависть разума, просто отключало мыслительные процессы, и с каждой секундой сопротивляться было в миллион раз сложнее.

— Кли-им… — застонала я, когда он прошелся жадными пальцами по моим складочкам.

— Да, сладкая, — улыбнулся он. — Ты уже готова просить?

— Нет! — сердилась я, но уже вся дрожала под ним. — Я ненавижу тебя… Ты просто чудовище…

— Да-а, сладкая, — Клим зарылся мне в складочки и еще интенсивнее надавил. — Самое страшное чудовище, которое сейчас тебя накажет. Умоляй меня.

— Нет, — я заметалась от отчаяния, когда он принялся выписывать круги по моему распухшему от возбуждения бугорку. — Клим, не-ет!

Я захныкала, осознавая свое бессилие.

Мне так хочется, чтобы Клим взял меня. Хоть как! Хоть пальцами, хоть членом. Пусть возьмет иначе я тронусь умом! Но я не могу об этом попросить!

— Проси! — ухмылялся Клим, водя пальцем вверх-вниз. — Ты не кончишь пока не попросишь.

— Ненавижу… — повторила я как в бреду.

— А еще я чудовище, — напомнил он, — есть что-нибудь новенькое?

— Чудовище… — повторила я, дрожа из последних сил. — Я больше не могу…

— Тогда самое время просить меня тебя трахнуть, — Клим упивался моими мучениями.

— Кли-им, — захныкала я, понимая что больше не могу держаться.

Я по-прежнему не могла переступить через свою гордость и попросить его о такой непристойности.

Но его пальцы так опытно кружили по моим складочкам, что меня бросило в жар. Все поплыло перед глазами. Я сжала в кулачках простыни и смяла их в комок.

До боли прикусывала губы, пока Клим проникал в меня фалангой пальца. Дразнил меня, сладко терзал и снова описывал круги.

— Кли-им! — я захныкала уже в полном отчаянии. — Я больше не могу! Прошу тебя…

— Попроси трахнуть тебя, — напомнил он.

Я зарычала от злости и взорвалась:

— Да пошел ты! Я думала, что нравлюсь тебе! А ты меня унижаешь! Если бы я действительно тебе нравилась…

Клим не дал мне договорить, а просто смял мои губы в жадном поцелуе. Грубо, по-прежнему желая мести, но все же он не позволил мне все разрушить. Несмотря на грубость, но он словно заглаживал свою вину. Ласкал меня языком, утешал пальцами, хотя не проникал в меня больше.

Я в очередной раз захныкала. Без слов пожаловалась ему, и Клим не стал меня больше унижать. Он снял с себя джинсы и боксеры, растолкал коленом мои ноги, раскрыл складочки и стал входить в меня. При этом он разорвал поцелуй, чтобы видеть на каком моменте мне станет больно.

Но я не почувствовала никакого дискомфорта. Обезумевшая от перевозбуждения, я скорее обняла моего мужчину ногами, и сама двинулась ему навстречу. Мне казалось, что я сейчас умру, если не получу разрядку.

— Измучилась, сладкая? — прошептал он мне в губы и начал двигаться.

Я же принимала его в себе, судорожно обнимала, выгибалась под ним и впитывала удовольствие. Он стал двигаться быстрее, ладонями исследовать мое тело.

— Охренеть какая ты горячая, — шептал он, проникая в меня все глубже.

Я чувствовала его в себе. Все больше пьянела от страсти. Уже ничего не соображала.

Сейчас мы были одним целым. Дышали одним воздухом на двоих. Наши губы соприкасались от каждого толчка Клима. Он притягивал меня к себе, заставляя меня тереться об него грудью.

Наконец я задрожала под ним, и сладкая судорога волной прошлась по моим бедрам.

Громкий стон слетел с моих губ, и я запрокинула голову. Внутри все горело, но вместе с тем расслаблялось от долгожданной разрядки.

Клим еще ускорил темп, балдея от моей реакции, а затем сам замер во мне.

Я ощутила его пульсацию в себе и блаженно улыбнулась. И только спустя минуту я опомнилась:

— А ты использовал защиту?

— Нет, — он кривовато улыбнулся. — Ты ведь и так моя. Зачем нам защита?

— Что?! — я снова принялась брыкаться под ним. — Да ты совсем уже! Мужлан! Отпусти меня! Ненавижу!

Клим устало рассмеялся и с голодным видом уставился на меня. Он словно и не кончил пару минут назад.

— Я с удовольствием накажу тебя еще раз, сладкая, — он погладил меня по бедрам, которыми я все еще сжимала его торс. — И буду наказывать тебя так каждый день, пока ты не станешь покладистой и послушной.

— Отпусти! — я быстро выбивалась из сил. — Маньяк! Мне надо в ванную!

— Тебе надо еще раз кончить, раз ты у меня такая буйная, — он сжал меня под собой, чтобы я перестала дергаться. — И сегодня будешь у меня кончать, пока не вырубишься.

— Не надо, — я снова включила жалобный режим. — Я устала! Мне надо в душ. И я все подпишу, что надо. Только отпусти!

— Нет, сладкая, — хитро улыбался он. — Я теперь воспитывать тебя буду, а то ты у меня совсем от рук отбилась.

Он снова накрыл мои губы поцелуем и прижался пахом к моей промежности. Я же поняла что сопротивление бесполезно…

Глава 30

Клим нагло пользовался мной неделю — как раз все праздничные выходные и каждый раз оставлял меня поверженную и сладко растерзанную.

Телом мне было очень хорошо. Я чувствовала такое удовлетворение и расслабление! Я бы так и валялась голая в постели Клима, наслаждаясь его набегами. А судя по его скорости восстановления, секс ему был нужен ежедневно и не один раз в день. Хотя мне была приятна мысль, что это я его так возбуждаю.

Но все же меня мучили более серьезные мысли, не только плотские. Я злилась на него за то, что он совсем не считался с моими желаниями. Все, что касалось сексуальных желаний — это он исполнял с радостью.

Два дня назад я случайно обронила, что никогда не занималась сексом на столе. Всегда считала, что это жестко и неудобно. Но Клим переубедил меня в