Мой пленный генерал - Лия Шах
— Не выдумывай, — закатил глаза бог Пространства до того, как ответил имперец. Что за божественный супер слух? — Так, все, давайте на выход. Снаружи поговорим. Маг, тебе придется объяснить нам, что тут произошло.
— Без проблем, — кивнул Лаен и решительно пошел в портал.
Вышли мы внутри великолепного бесконечного зала, и я сразу почувствовала, что мы в самом сердце Источника.
— Так вот где боги живут? — шепнула я, деловито осматриваясь по сторонам. — Хм, а молодой семье тут квартирку не сдадут? Нам небольшую надо, на сто тысяч два человека.
— Отсюда в магазин далеко идти, да и доставка вряд ли доберется, — так же тихо шепнул парень, мягко целуя в висок. — Мы потом получше что-нибудь подберем. Тебе в городе хочется жить или возле моря? Еще можем домик в горах присмотреть, я видел одни такие, когда на корабле падал.
Я сразу же вспомнила, как он падал на корабле со своим флотом, когда мы впервые встретились. Неужели по пути еще и горами полюбоваться успел? На бывшего генерала я теперь смотрела с б о льшим уважением.
— Я подумаю, — ответила благосклонно, ерзая на руках мага от нетерпения. Искать новый дом хотелось уже сейчас. Нужен дом с большим подвалом, чтобы делать детей.
Увы, прямо сейчас отправиться не получилось. Боги усадили нас за стол из белого камня, достали откуда-то античные кувшины с волшебным вином и несколько часов подряд расспрашивали обо всем на свете.
Генерал, — хотя теперь уже артефактор, — оказался на редкость осведомленным о местных божественных делах. Даже я с интересом слушала, запивая сплетни компотом. Вина мне не дали.
Оказалось, что чары Спящей слетели с нас сами собой, когда я проснулась. А проснуться я смогла, так как уснула недостаточно крепко, и рядом кое-кто слишком сильно шумел.
В итоге они проболтали несколько часов, и я опять уснула, а проснулась, когда совещание закончилось. Боги предложили нам остаться в Чертогах, но…
— Я домой хочу, — тихо попросила Лаена.
Тот кивнул и обратился к богам:
— Извините, народ. Нам идти пора. Не подбросите до Арс-9?
— Без проблем, — ответил бог Пространства и открыл нам портал.
Снаружи был уже вечер. Из рассказа Лаена я узнала, что провела в катакомбах неделю, и теперь волновалась о бабушке. Что, если она думает, что я погибла? Все ли с ней в порядке?
Из портала мы вышли аккурат возле входа в подземелье. Здесь вовсю велись работы по разбору завалов, и рабочие старались не покладая рук. Было шумно, но, едва мы появились, как все стихло. Какое-то время на нас ошеломленно смотрели люди, а потом началось что-то невообразимое.
Кто-то закричал, кто-то заплакал, кто-то ринулся обнимать нас. Я быстро потерялась в пространстве и могла только пытаться успокоить народ, уверяя всех, что богиня жива и невредима. Лаен стоял в стороне и с улыбкой наблюдал за народным ликованием и моим красным от смущения и радости лицом.
Потом откуда-то появились репортеры, и криков стало больше, но к ним добавились вспышки фотоаппаратов. Я уже ничего не видела, но вдруг перед глазами появилось перекошенное лицо мистера Честити с опухшими красными глазами. Мужчина сгреб меня в охапку и крепко сжал, а я хрипела и пыталась вырваться.
— Пятьдесят тысяч. Верните мне их, — потребовала на выдохе, пока еще могла говорить.
Давление тут же ослабло, а господин мэр с невозмутимым лицом ответил, что никаких денег не получал и вообще я его ограбить пытаюсь. Пришлось поскандалить прямо на месте, но выбить деньги назад не получилось.
— Это была плата! — уверенно настаивал скупой чиновник. — Я столько плакал, что точно заработал эти деньги!
— Да? — с сомнением протянула я. — А доказательства?
— Мой помощник пришлет тебе видео с похорон, — деловито поправил пиджак мэр.
Старая добрая перепалка помогла поверить, что я действительно вернулась и жизнь налаживается, так что настроение у меня быстро улучшилось. Припомнив еще кое-что, я выхватила из толпы бывшего генерала и поставила перед мэром.
— Мистер Честити, вы помните, что обещали деньги, если я выйду замуж за генерала Когана?
— Что-то не припоминаю, — мгновенно сориентировался вредный дядька.
— Мистер Честити, — угрожающе протянула я.
— Не припоминаю! — настаивал он. — И вообще! Где доказательства?
— Вот! — объявила я, показывая ему наши запястья, на которых переливались золотом парные браслеты, благословленные богом Любви.
— Да ладно! — ошеломленно воскликнул мужчина, склоняясь над нашими руками и внимательно рассматривая запястья. — Не может быть! Ты ведь кричала, что в жизни за него не выйдешь. Как так получилось?
Я могла бы сказать, что мое согласие не потребовалось и вообще меня принудили, но Лаен теперь моя семья, а семью надо защищать. Взяв артефактора под руку, я гордо задрала нос:
— А почему бы и нет? Он богатый и здоровый. Отличная пара!
Мэр в шоке разинул рот, а вокруг продолжали щелкать фотоаппараты. Уверена, этот кадр через несколько минут появится в горячем поиске и возглавит списки запросов. И если бы я заранее знала, какие заголовки будут у этих статей, то лучше бы промолчала, честное слово. Ведь уже к утру Лаен Коган стал национальным героем, обезвредившим… ну, меня, да. Похоже, то брачное шоу народ еще не скоро забудет.
— Тогда… вам нужно выделить дом? — нехотя спросил мэр, будто это не он пару минут назад плакал над моей могилкой.
— Сами купим, — гордо ответил мой богатый муж.
Мы с мэром посмотрели на парня с восхищением и чуть не зааплодировали, а Лаен задрал нос еще выше. Но так он это красиво сделал, что мы были восхищены еще больше. Потрясающий мужчина.
После завершения народных ликований и чествования выживших героев настало время возвращаться домой. Мистер Честити по доброте душевной и за небольшую сумму чисто символического вознаграждения в размере, превышающем мою зарплату, согласился подвезти пару национальных героев до дома бабушки. В благодарность я от всей души пожелала ему жену хорошую и деток побольше. Нас растащил генерал, иначе заголовки на утро были бы более шокирующими.
Перед дверью квартиры я неожиданно занервничала. Как там бабушка Илидан? Все ли в порядке? Так что генерал постучался первым, а я робко выглядывала у него из-за спины. И не прогадала!
Едва бабуля увидела нас, как крик поднялся на весь подъезд. Нас втащили в квартиру, напоили теплым молоком, обругали, обняли и обругали еще раз, а потом меня отправили на кухню готовить ужин. Я была не против, потому что бабуля осталась пытать моего генерала. Можно сказать, сбежала в целости и
