Голос прибоя - Эмма Хамм
Комната, в которой они оказались, когда-то была технической. В ней осталось множество старых серверов и огромных компьютерных запчастей, брошенных гнить. Все это было безнадежно затоплено, но в углу комнаты жужжал маленький дроид-уборщик, монотонно колотящийся об стенку. Наверное, зацепился за что-то и не мог сдвинуться с места, бедняга.
– Здесь небезопасно, – обеспокоенно отметил Макетес. – Надо искать другой путь внутрь.
– Но я даже не знаю, где его квартира. Надо найти какой-нибудь список, потом уже куда-то плыть. – Эйс подергалась, пытаясь вылезти из хватки ундины. – Я могу дроида перепрограммировать.
Если повозиться в отсеке в задней части, в дроиде наверняка можно было найти карту башни. Вдруг там крышка еще не совсем проржавела насквозь. Обычно таких дроидов посылали осматривать всю башню разом, чинить все, что требовалось починить. А значит, этот наверняка знал, где квартира доктора Фауста.
Они были так близко, что Эйс почти чувствовала вкус успеха на языке.
Макетес напрягся, прижимая ее к груди сильнее:
– Погоди. Мы даже не знаем, если ли здесь кто.
– Да никого тут нет. А даже если и есть, нам это не помешает. Выход тут, а тут никого нет. – Она начала дрыгаться сильнее. – Отпусти меня.
– Тут может быть опасно.
С силой вывернувшись, Эйс нырнула под воду, наконец-то выскользнула из рук Макетеса и поплыла к краю. Он бы мог поймать ее, если бы захотел, в этом девушка не сомневалась, но он не стал. Позволил ей вылезти из воды и мокро пошлепать к дроиду, который продолжал биться о стенку.
По устройству дроид был простой железной коробочкой, к которой кто-то приделал внизу колесики. Эйс подозревала, что он был больше помощником. Появлялся с нужными инструментами по зову, а когда становился технику не нужен, исчезал. Поймав дроида сзади, она попыталась удержать его, пока тот продолжал дергаться вперед.
– Блин, – пробормотала Эйс, – долго же ты тут уже торчишь, а?
Даже Тэра в ее кармане защелкала, словно чувствуя боль этого дроида. Он уже столько раз ударился о стенку, что весь его экранчик потрескался и разбился на множество мелких острых осколков, вбитых теперь в провода внутри, каким-то чудом все еще сухие.
Даже не пришлось отрывать заржавевшую крышку. Эйс просто развернула дроида к себе, прижала к месту ногой и склонилась над разбитым стеклом.
– Всего-то нужно пару проводов местами поменять, – пробормотала она, запуская руку в темноту. – Тэра, поможешь?
Защелкав, ее дроид прокатился по руке, рассыпался шариками и забегал по металлическим стенкам, ища то, что ей было нужно. Материнская плата – это уже хорошо, но без экрана с этим роботом делать нечего. Если только у него не было пульта управления.
Иногда роботов-уборщиков ими снабжали. Они часто ломались, поэтому внутри у них лежал пульт управления – чтобы кто-нибудь мог вручную отвести дроида обратно в депо на ремонт. Ну точно, вон он, пульт. То, что ей нужно. Разумеется, он был в самой задней части коробки, так что с протяжным опасливым шипением Эйс засунула в робота всю руку.
– Осторожно, – тихо пробормотал Макетес, словно опасаясь, что спугнет ее громким звуком.
– Я знаю.
– Вся эта штука в битом стекле.
– Я в курсе, – рыкнула Эйс, шаря рукой в задней части робота. Там было полно разболтавшихся гаек и потрепанных проводов, которые могли и током ее ударить, так что она старалась их не трогать.
Наконец пальцы сомкнулись на пульте, и девушка осторожно вытащила его наружу. Тэра вела ее всю дорогу, клацая один раз для «право» и два для «лево», пока наконец пульт не оказался у Эйс в руках, а ее руки – свободны от угрозы порезов.
– Ты поранилась, – проворчал Макетес.
Осмотрев руки, она пожала плечами.
– Царапины. Даже не до крови.
Он опять забурчал – что-то о безответственных женщинах, которые не могут о себе позаботиться, – но по крайней мере оставался в воде. О большем Эйс и не просила. К себе он вернуться тоже не требовал.
Включив пульт, она уставилась на скелет кода, составляющего скудный функционал дроида.
– Мало тут чего есть, Тэра, – пробормотала Эйс, вытягивая ноги перед собой, потому что одно из колен уже начало ныть. – Наверное, всех дроидов посерьезнее они забрали.
Но пару правильно подключенных проводов спустя пульт включился по-настоящему. Правда, теперь у оказавшейся в руках Эйс трубки больше не было клавиатуры, так что она подхватила один из шариков Тэры и посадила его с одного края.
– Сможешь пробраться в базу данных? Мне нужен номер квартиры доктора Фауста.
Это было легко. Код замелькал перед глазами, чистый и понятный после всех лет, проведенных за программированием дроидов. Слава богу, доктор жил на одном из нижних этажей, и теперь Эйс знала, как быстро туда добраться.
Посмотрев на ундину за своей спиной, она уже знала, что он будет проблемой. Макетес и так уже смотрел на нее недовольно, скрестив руки на огромной груди. Словно вот-вот строго скажет ей сию секунду возвращаться в воду.
Эйс любила дроидов. Вся ее жизнь была посвящена их созданию, их чувствам, искусству превращения дроидов в нечто искусное и прекрасное одновременно. Так что ей было больно разворачивать этого робота в сторону бассейна. В ледяной соленой воде ему не выжить. Хотя, может, и не надо было. Бедняга заслужил тихо умереть.
– Я пойду в квартиру доктора Фауста, – сказала девушка. – Ты поплывешь за мной по воде, потому что это самый безопасный путь для нас обоих. Когда найду ключ, заберешь меня отсюда же.
– Это опасно, Эйс.
Она кивнула:
– Ага, все это приключение от начала и до сих пор было очень опасным. Но, похоже, нам обоим придется рискнуть.
Эйс отпустила дроида, и тот понесся на Макетеса. Вышло еще лучше, чем она рассчитывала. Ундина даже не попытался увернуться, видимо совершенно не ожидая, что на него накинется металлическая коробка. Дроид врезался ему прямо в грудь, чуть откидывая назад.
Оставалось надеяться, что его не поранило стеклом. Еще не хватало, чтобы у Макетеса из-за нее появился еще один шрам.
Схватив Тэру, Эйс выскочила из комнаты. Пусть в других башнях он за ней и ползал, но в эту бы не полез. А если бы и полез, ни за что бы не догнал. Правда, в коридоре девушка немного притормозила.
Неудивительно, что здесь никого не было. Башня действительно разваливалась на глазах. Огромные несущие балки уже прошли сквозь потолок
