Глядящие в вечность: Против лома нет вампира. Не сотвори себе вампира. Клыкастые страсти - Галина Дмитриевна Гончарова
Последние несколько минут я откровенно тосковала. Ну когда все это закончится?! Я пыталась дозвониться до Рокина, но у того телефон был отключен. Оборотень отзывался каждые пятнадцать минут. А я готова была пришибить всех присутствующих! Времени нет, тормоза тоже нет, проблем до хвоста – и я должна слушать всякую чушь?! Твою зебру!
– Скажите, а как определить, где диавол, а где болезнь?
Как это определялось у нас, на Руси, и как – на Западе?
Кто задал первый вопрос, я не разглядела.
– На латинском Западе средневековая инквизиция, чтобы определить, вселился ли диавол в человека, подозреваемого в колдовстве, или нет, производила такой опыт: подозреваемому привязывали кисти рук к ступням ног и в таком положении бросали в воду. Если человек не тонул и оставался на поверхности – значит, это ведьма или колдун, и такого человека сжигали, а если тонул – ну, в Царство Небесное пошел и к нечистой силе не имел никакого отношения… Православные никогда таким не занимались. Мы знали, что Господь может Сам наказать кого нужно, не дело человека кого-либо наказывать. Государственная власть – другое дело, она может наказать за какието преступления. Но это не дело Церкви. Сам чин отчитки – экзорцизм – пришел к нам с Запада, его нет в православных требниках, тем более в требниках православного Востока.
М-да, хорошая проверка. Выплывет (со связанными руками!) – ведьма. Утонет – прости нас, раб(а) божий(ья), обознатушки вышли. Плыви себе на тот свет, а уж мы за тебя всем обществом помолимся…
– Если болезнь человека проходит от молитв и поста – значит, это диавольские козни. Если же нет – либо это болезнь, либо диавол слишком силен и надо молиться, молиться и молиться, дети мои.
Ага, класс. Больного, например, эпилепсией человека лечить молитвой и постом. Да еще давить ему на психику. Его же еще сильнее плющить будет. А там и помрет, «отчитанный».
– С некоторого времени стала популярной практика массовых отчиток. Пожалуйста, несколько слов о вашем отношении к этому явлению, называемому в церковной традиции экзорцизмом, – это какой-то штатский.
Странно, почему вдруг такой вопрос. И почему – он? Я думала, первыми пойдут монахи…
– Я отношусь к этому негативно. Не думаю, что сейчас найдутся люди столь высокой духовности, обладающие подобным даром. В Киево-Печерском патерике, например, есть всего несколько упоминаний об изгнании злых духов. Наверное, враги рода человеческого ослабли с того времени, а у нас появилось множество величайших святых, превосходящих по чрезвычайным дарованиям преподобных Киево-Печерских. Мыслящие подобным образом серьезно заблуждаются. Лукавые духи стали только еще лукавее, а у нас появилось множество так называемых младостарцев или лжестарцев, деятельность которых наносит огромный, иногда непоправимый духовный ущерб. Кроме того, появились шарлатаны, которые надевают рясы, облачения и устраивают мерзкие шоу. Развелось множество «матушек», промышляющих заурядным колдовством, – хотя матушками у нас принято называть лишь монахинь и жен священнослужителей, – которым устраивают рекламу некоторые ТВ-каналы. Но на них попадаются лишь люди, живущие вне Церкви и таинств. Истинные подвижники, обладавшие столь чрезвычайным даром, получали его после многих лет, а чаще десятилетий, проведенных в подвижнических трудах под опытным руководством непрелестных наставников. Эти подвижники веры являли собой образец величайшего смирения, избегая суетной мирской славы, прячась от людского взора. А вот пустоцвет всегда стремится попасться на глаза.
Это переполнило чашу моего терпения. Пустоцвет? Пустобрех! Я вскочила с места.
– Я знаю, что некоторые духовники вместо помощи в борьбе со злом вмешиваются в личную жизнь духовных чад, навязывая им те или иные жизненные решения: где работать, с кем жить и т. д. Что вы можете сказать об этом?
– Это недопустимо. У нас в обители есть хорошие духовники. Это действительно опытные батюшки, а не те молодые люди, которые вчера рукоположились, а сегодня уже имеют штат келейников и десятки, если не сотни духовных чад из числа неофитов, видящих в своих пастырях столпов православия. И уж конечно, священник не имеет права как-то диктовать своему духовному чаду, что ему или ей делать и как жить…
– Конечно, при условии соблюдения заповедей?
– Заповеди – это краеугольный камень нашей веры.
– А слова вашего же Христа имеют значение?
– Что вы имеете в виду, дочь моя?
– Ну вот, например, Христос выгнал торговцев из храма. А у вас в церкви торгуют. Христос говорил, что все равны – ни эллина, ни иудея, – а сколько евреев перерезали в Средние века. И даже сейчас вы их не любите. Чуть что, сразу визг поднимается: жидовский заговор, жидомасонство… А если ктото принадлежит к другой… национальности или обладает не совсем нормальными способностями? Сразу же отторжение?! Колдун, ведьма, оборотень…
– Юля! – Рокин, возникший словно из воздуха, схватил меня за плечо. – Я думаю, об этом мы поговорим потом. Прошу прощения, братья…
И выволок меня за дверь.
– Юля, ты с ума сошла – говорить о таком в церкви?!
– Рокин! Я вам рога поотшибаю! – разъяренной коброй зашипела я. – Вы меня пригласили поговорить или лекции послушать?! У меня времени нет на эти глупости!
– А если бы я честно сказал про лекцию, вы пришли бы?
– Нет. И вообще у ваших пастора и попа на редкость неприятные ауры. Такие… протухшие.
– А вы видите ауры?
– Вижу. Вот и вашу сейчас тоже.
– А…
– Золотисто-желто-оранжевая с красным и голубым. Что означает – не знаю. Если толковать по вашему журналу, получается слишком расплывчато. Мне надо больше литературы. А ваши попы почти все красно-коричневые с оранжевым. Ни желтого, ни белого. Серые тона по всей ауре, у них болячек по самое это самое. Есть черные и такие грязно-лиловые, грязно-пурпурные тона. Очень противное ощущение от одного взгляда. Вы что-нибудь мне нашли?
– Да, но мало. Вот, возьмите.
Я сунула в сумочку диск, буркнула «мерси боку» и направилась к выходу. Рокин не отставал.
