Русалка Асфальта - Ладиса Крегер

class="p1">Тина вдруг рассмеялась.

— Как? — спросила тихо. — Как ты сказала?

Она тоже все понимала. Но все равно продолжала бороться. От свободы нас отделял всего один шаг. От свободы — и затаившейся тьмы.

Я повторила слова матери.

— Да! — сказала Тина. — И мы победим!

Девушка шагнула к стене. Одним рывком сорвала сеть.

И отшатнулась.

В прореху заглянула Сирена.

— Не ждали? — Краснокосая, расхохотавшись, забралась в каюту. Тату миноги на ее плече казалось смеялось вместе с хозяйкой. Бездонные глаза горели огнем.

Пламенем безумия, пожирающим любые надежды.

Воевода подкараулила нас снаружи.

Она, как и Хром, решила действовать в одиночку. Сообразила, что мы попытаемся сбежать через ближайшую от связывавшего палубы люка прореху в обшивке. И, вместо того, чтобы гоняться за нами во главе стаи, села в засаду.

— Новая стрижка тебе идет, — подмигнула мне.

— Ты больная, — сказала я, выставляя перед собой лезвие.

— Нет-нет-нет, — улыбнулась Сирена, погрозив пальчиком. — Не с того начинаешь, Двуногая. Умоляй меня, плачь, рыдай. Человеческие слёзы — жемчуг асфальта. — Русалка мечтательно закатила глаза и напрягла пальцы, демонстрируя когти.

— И не надейся, — отрезала я.

— Ты так нелепа. Скажи, что в тебе нашел Кир? — Аварийщица вновь залилась надрывным смехом безумицы. — Ты всего лишь жалкая человеческая тень, что оскорбляет палубы Стрекача одним своим видом! Как ты думаешь какую часть твоего тела мне преподнести Киру в дар, если сердце обещано Рефу?

Кинжал Тины прошел мимо, вспоров лишь русалочью чешую. Через мгновенье кулак русалки откинул пешеходку в угол каюты.

— Ах, умишки как у покрышки! — пропела Сирена. — Дурашка, зачем же ты так, не хочу, чтобы ты умерла! Реф разрешил убить лишь одну из вас, лишь одну!..

И тут в каюту ворвались преследователи. Десяток русалок во главе с Зеброй. Глаза тварей источали оранжевое свечение, напоминая включенные автомобильные фары в ночи.

— Сирена, опять болтаешь с добычей? — оскалила клыки Зебра. На ее щеке кровоточил порез. — Кстати, где третья? Только не говори, что ты ее упустила!

— Не забыла, что говоришь с воеводой? — нахмурилась Краснокосая.

— Знаешь, что они сделали?

— Что?

— Они спалили все наши запасы чернил! Повезло, что боевых флаконов была всего пара штук!

— Вы совсем спятили? — возмутилась Сирена. — Какого спрута вы погнали Двуногих в чернильный отсек? Разучились загонять дичь?

— Это все Кир, — проворчала Зебра. — Совсем свихнулся из-за своей непутевой девицы. И что он в ней нашел? Не понимаю! — Она скользнула ко мне, вцепилась в волосы, запрокинула голову. Я задрожала. Я вдруг остро ощутила свою беззащитность.

Краснокосая взвизгнула:

— Это моя добыча! — И устремилась к сопернице. — Я вырву ей сердце!

— Отвалите от нее! — в каюту ворвался Кир. Мое сердце сжалось. Он был помят, но жив.

— Стоять! — Зебра выхватила нож. — Или я сама вырежу ей сердце! — Лезвие вспороло ткань футболки. Я стояла, боясь пошевелиться.

Сирена и Кир замерли.

— Что ты готов отдать за нее, Сом? — задала вопрос Зебра. — А ты, Сирена?

— Ах, ты селедки кусок! — Краснокосая зашипела. — Ты украла мою добычу!

— Что тебе нужно? — спросил Кир.

— Ну… что-нибудь равноценное, Сомоусый. Есть что предложить? — Русалка явно издевалась над сородичами, наслаждаясь своей властью.

Это не могло длиться долго. Свет в глазницах тварей разгорался все ярче. Плавники взбивали пространство. Они все больше походили на монстров. Готовых начать убивать.

Вместо ответа Кир достал кинжал.

— Есть, — сказал.

И вогнал лезвие себе под ребра.

В воду хлынула кровь. Твари взревели. Сомоусый, сохраняя абсолютную невозмутимость, протянул руку к ране. И извлек сердце.

Оно лежало у него на ладони.

Жуткое, черное.

Разлученное с сосудами оно вдруг сократилось один раз, другой, а затем вспыхнуло, точно контакт с водой воспламенил его.

Через секунду от него остался лишь пепел. Кир повалился на пол.

Зебра кивнула, принимая дар.

— Хорошо! — отпустив меня, она сказала Сирене, что все еще глядела на останки сгоревшего сердца: — Займись добычей, воевода. Реф требует крови!

— А? Что? — Краснокосая будто очнулась.

Остальные русалки, завороженные зрелищем, тоже медленно приходили в себя. Огонь в глазах тварей угас. Гибель сердца вывела их из транса.

Заверещали:

— Где Двуногая?

— Куда ты смотрела?

— А ты?..

Оказалось, что пока русалки спорили из-за меня, Тина сбежала. В углу валялась завернутая в рубашку скомканная рыболовная сеть.

Зебра отпустила меня, и я бросилась к Киру.

— Кир! Что с тобой, Кир?

Моя судьба меня не волновала.

Парень лежал на животе. Я попыталась перевернуть его, но не смогла справиться с горой мускулов и чешуи. Я прикусила губу, чтобы не разрыдаться.

Как же так? А?

— Оставь его, Ладиса.

Я обернулась.

И увидела Рефа.

Не замечая вожака, аварийщики решали, кто отправится за беглянкой. Желающих не было. Русалки насытились и охотой, и зрелищем, жажда крови сменилась усталостью и досадой из-за потери ценных ресурсов.

Бледнощекий глядел на меня.

— Что с ним? — спросила я. — Он… мертв?

— Если бы. — Вожак хмыкнул. — Аварийщикам сердце только мешает. Будет твой сом жить, вот только не сможет продолжать твое обучение.

— Почему?

— Потому что теперь обучать тебя буду я.

Глава 9. Новый наставник

36.

— Нам пора, — поманил вожак.

— Нет, — я не тронулась с места.

Кир отдал за меня сердце.

И его тело у моих ног. Как я могу уйти?

Я коснулась щеки сомоусого аварийщика, вновь позвала по имени. Взмолилась:

— Очнись, пожалуйста! Очнись!

— Ты забываешься, Двуногая! — прошипел Реф и, налетев на меня, свалил на пол ударом плавника. В мою правую лодыжку впились стальные пальцы, опрокинули меня на живот, потащили к выходу из разрушенной каюты.

Несколько русалок отвлеклись от беседы, оглянулись на нас.

— Помогите Киру! — закричала я, понимая, что с аварийных тварей станется выбросить своего собрата в бездну, пока тот в отключке. — Вы стая или кто?

Последний вопль стоил мне разбитой губы. Реф явно не собирался со мной церемониться и настроения своего не скрывал. Меня ждала расплата и за выходку в зале собраний, и за потерю запасов чернил, и за неподчинение сейчас.

Но я не жалела.

Главное, Тина сбежала.

Выжила ли она? Доплыла? Я не знала. Но у меня получилось. Получилось вырвать ее из пасти Стрекача. Дальше ей придется самой.

И она справится. Обязана справиться!

Бывшая пленница вылезет на берег, вдохнет носом запах свежей хвои. Выжмет одежду и свои зеленые волосы. И пойдет вдоль трассы, а солнце будет греть ее мокрую спину.

Я взвыла.

— Пусти!

Вожак выволок меня в коридор и поднялся к потолку.

— Отпусти меня!

Задергалась.

Бесполезно. Хватка у бледного аварийщика была железная и мышцы оказались из того же металла. Мне будет проще согнуть фонарный столб,