Молия - Маргарита Серрон
Матвей вышел из ступора, когда Моля уже убежала. Волна возбуждения схлынула, и он зашагал в дом. Затем, как был, прямо в одежде он стал под ледяной душ, пока тело не стало сводить от холода. Вот тогда он только вышел из душа. Скинув мокрую одежду в стиральную машинку, он обтерся и быстро оделся. Затем он лег на пол и стал отжиматься на кулаках от пола пока руки не перестали его слушать. Но и этого ему показалось мало. Он вспомнил как боролся с собственной слабостью в тюремной камере много лет назад. Подперев руками голову, он плавно поднял ноги вверх и стал в стойку на голове. Это упражнение ему помогало обрести баланс в душе и теле, когда ничего уже не спасало. Если мир грозится перевернуться на глазах, нужно самому перевернуть его и посмотреть, что получится. Так Матвей поступал с четырнадцати лет, свято веря в силу позы ширшасана. Через пятнадцать минут, когда сила гравитации дала о себе знать, он вернул тело в нормальное положение и уже с гармонией внутри себя пошел искать Молю, чтобы поставить все точки над й.
— Моля открой, я знаю, что ты там. Нам нужно поговорить, обо всем.
Щелкнул замок и дверь неохотно приоткрылась. Матвей зашел в комнату, уже не чувствуя и грамма неловкости. Моля сидела на кровати и вздыхала, смотря себе на колени.
— Я не хотела, чтобы так получилось.
— Я знаю, мы оба не хотели, но это случилось. Зато я теперь не волнуюсь за твою безопасность. Ты задницу надерешь любому, — девушка улыбнулась и с видом победителя посмотрела на друга.
— Правда круто?
— Правда, а если ты еще и голая останешься, ты и вовсе обездвижишь своих врагов-яйца у них распухнут, а ноги к земле приклеятся. Так что я на себе опробовал все твое оружие, весь боекомплект, протестировал по полной программе, — Матвей улыбнулся, он разрядил напряженность в комнате и теперь приступил ко второй части своего плана. Он растянулся на кровати рядом с Молей и внимательно посмотрел на нее.
— Не бойся, можешь проверить, все как прежде. Ты в одежде, и я потерял к тебе всякий интерес. Моль, ну не будь ребенком, главное не то, что в штанах, а то, что у человека в голове. Это ведь просто физиология. Примитивная мужская реакция. Ты не должна меня стесняться или бояться, если бы я хотел, я бы давно воспользовался твоим одиночеством. Соблазнил бы не задумываясь. Думаешь я такой хороший? Нет, Моля, я переспал почти со всеми женами боссов, на которых работал. Когда они меня соблазняли, когда я, но результат всегда был один и тот же. Уж поверь мне, ты бы и не заметила, как в моей кровати оказалась. Только что нам потом друг с другом делать? Я не хочу предать Кина и не хочу подвергать твои чувства таким испытаниям, это подло, даже для такого конченного циника, как я.
— Матвей, ты не конченный, ты что? Ты-светлый, настоящий, преданный, просто люди тебя не те окружали, — Моля прижалась к мужчине. Им обоим сейчас нужна была поддержка друг друга.
— Это только рядом с тобой я такой, мне хочется быть благородным. Иди сюда, я тебя обниму, и ты выбросишь все глупости из своей красивой головы раз и навсегда. А я уже и забыл все. Но вот твое огненное шоу я не забуду никогда, это было необыкновенно, ты-чудо и место тебе рядом с Кианом.
Друзья замолчали, их дружба сегодня пережила настоящее испытание, но они смогли преодолеть неловкость и не разрушить то, что строили по кирпичику каждый день. Они сумели сохранить доверие. Матвей обнимал девушку, чувствуя ее тело рядом и ему было хорошо даже от этого. С первого дня он испытывал к Моле влечение, но разве можно подчинить себе реку или даже ручей? Не лучше ли просто наслаждаться каждым прожитым днем. Присутствие в жизни девушки грело заледеневшую душу Матвея лучше любого солнца, открывая в ней такие грани, о которых он и сам раньше не подозревал, будучи развращенным обществом людей, которые окружали его много лет.
Его жажда денег померкла, когда он увидел в какой нищете жила Моля в деревне, не жалуясь и не жалея, что выбрала такой путь. Ей даже не нужна была усадьба, она еще неделю назад переделала все документы на Матвея, не желая ничего слушать. Это было выше понимания мужчины, который вращался в мире, где за обладание такой недвижимости могли просто убить, без суда и следствия.
— Моля вставай, скоро твоя клиентка придет, пойдем в домик для гостей. Как ты там говорила — антураж важнее содержания?
— Ну в начале да, а потом уже не важно. У нас есть свечи с канделябрами и большая скатерть однотонная?
— Найдем, не вопрос.
— Матвеюшка, а может ты мне и скелетик раздобудешь? — глаза Моли смеялись.
— У меня много их припрятано в шкафу, но дать не могу, прирос я к ним и душой и телом. Свои накопи и доставай при необходимости.
Матвей встал протянул руку и Моля быстро поднялась. У нее было прекрасное настроение, она знала, что детектив приедет в три часа дня, а значит уже сегодня вечером она поедет искать Киана и ничего ее не остановит. Зазвонил мобильник.
— Матвей, ты иди, это Филя, я скоро буду.
— Молечка, привет. Ты рада меня слышать или еще дуешься?
— Да рада, рада, Филя, я сама хотела извиниться. Такой концерт закатила, мне стыдно за мою истерику.
— Куколка, это чувства в тебе бушевали, тебе нечего стыдиться, это мы, придурки поддались на уговоры Макса, самим нужно было думать, что творим. Я надеюсь, ты вернулась в усадьбу, и Матвей тебя не обижает?
— Как ты узнал? Вернулась, Матвей кого хочешь уговорит, да и знаешь, с Алькой у меня не заладилось. Скажи, она и раньше такой мегерой была?
— Мальвина-ха, да всегда, она просто тобой полы вытирала, а ты ей позволяла. Умница, что ушла. Хамка она и хабалка, нечего тебе с ней в одной квартире жить. Тебе гулять на свежем воздухе нужно.
— Вот и Матвей меня ругал, ну да ладно, ты как?
— Молечка, я тут с одной девушкой познакомился. Она просто прелестница. Но разговор не о ней. Однажды в компании я встретил ее знакомую, Багиру, ну ту, что тебе помолвку сорвала, помнишь?
— Я ее никогда не забуду, — Моля опустила глаза, она гнала этот образ много дней, жгла коленным железом,
