Серебряная мантия - Л. К. Стивен

«Предполагаю, что самой темной зимой».

«И насколько точное твое предположение?»

Надежда в голосе Левана… теперь все было понятно. Он думал, что Харроу подтвердил, что Лоресса вернется. Неудивительно, что ему хотелось узнать, когда. Неудивительно, что он цеплялся за каждую деталь, какую только мог выведать.

— И она по-прежнему будет хотеть этого? — спросила Сафф. — Когда вернется?

— Да, она захочет продолжить революцию. Хотя потеря Зарес и стала ударом. — Он пошевелился, и пружины матраса под ним застонали. — Но я не злюсь на тебя, Сильвер. То, что ты сделала в камере, много значит для меня.

— Я сделала это не чтобы ты почувствовал себя лучше, — рассмеялась она, решив, что он имел в виду секс, а не ампутацию. — Мною двигали исключительно эгоистичные порывы.

Повернув голову, Саффрон обнаружила, что Леван смотрит на нее сонными, полными восхищения глазами. Так он обычно выглядел, когда они обсуждали «Потерянного дракона» — заинтересованно, но вместе с тем спокойно.

— Разве ты не в прямом смысле разрубила кость умирающего человека? — спросил Леван, растягивая губы в легкой улыбке. На щеке у него проступила крохотная ямочка. Шрам на губе казался не таким резким, как обычно, а на левой стороне подбородка виднелся порез от бритья, который он не потрудился исцелить. Быть так близко к нему казалось нереальным. Близко настолько, что она могла разглядеть каждую пору на его слегка изогнутом носе, каждый волосок в густых бровях и даже крошечные бирюзовые прожилки в радужках глаз.

— Я не жалею тебя. Ни тогда, ни сейчас. — Саффрон непроизвольно погладила пальцем его золотую ладонь. Приподняв рукав его туники, она коснулась бугорков шрамов, которые он оставил собственной палочкой. Каким-то образом на месте, где протез переходил в плоть, не было никакого шва. — Как, надеюсь, и ты не жалел меня, когда мне поставили клеймо.

Леван прикрыл глаза, будто не мог противостоять желанию поспать, лежа на кровати.

— Я чувствую к тебе очень много всего, Сильвер. Но жалости нет в этом списке.

Потом его рука у нее на животе расслабилась, губы слегка приоткрылись, а грудь стала равномерно подниматься и опускаться.

Сафф лежала рядом, и груз предательства давил на нее, как могильная плита. Леван чувствовал себя рядом с ней настолько безопасно, что смог уснуть. Она вспахала землю между ними, и теперь они оба сажали в нее семена. И все это Саффрон сделала зная, что именно ей вскоре придется совершить.

Уснуть быстро не удалось. Вместо этого она лежала, чувствуя прикосновение его руки, осторожно дышала ему в ладонь. Вдруг ее магическая сила начала медленно, невозможно, пугающе восполняться. Удовольствие приходило не от соприкосновения тел, а просто от того, что Леван был рядом — от самих мыслей о нем.

Святые, она вляпалась.

Они оба.

ГЛАВА 45. НЕБЛАГОРОДНЫЕ НАМЕРЕНИЯ

Когда Саффрон проснулась, ее голова покоилась между рукой и грудью Левана. Он крепко обнимал ее и пальцами поглаживал волосы. Это было тепло, приятно и ужасно, потому что Сафф хотелось лежать вот так целую вечность.

Подняв взгляд, она увидела, что Леван смотрит в потолок. Заметив, что Саффрон больше не спит, он нежно поцеловал ее в лоб, хотя его лицо при этом было полно боли. Увидеть эту боль для нее стало шоком: по обыкновению, он прятал ее где-то в груди, хороня глубоко внутри себя.

Почему теперь Леван позволил ее увидеть?

— Ты в порядке? — спросила Сафф срывающимся от тревоги голосом.

— Нормально. После сна стало получше.

— Врешь.

Он поморщился.

— Ладно. Болит невыносимо. Довольна?

— Как слон. Хотя меня и чрезвычайно пугает мысль о том, что твоя невероятная сила была подстегнута болью.

Его тело вдруг замерло на короткий и вместе с тем бесконечный момент, а потом расслабилось снова.

Леван приподнял подбородок Сафф золотой рукой и коснулся губ так трепетно, что это едва можно было назвать поцелуем. Они мягко, нежно целовали друг друга, пока эти прикосновения не переросли в жар. Предательские пальцы Саффрон скользнули по его груди, шее и мягким, шелковистым волосам. Леван прикусил ее нижнюю губу, и запретное желание вспыхнуло внизу живота, заставляя инстинктивно податься навстречу.

Приподнявшись на локте, она углубила поцелуй. Непокорные серебристые кудри рассыпались по его груди и плечам. Леван положил руку ей на изгиб талии и легким движением перевернул Сафф на спину, оказавшись сверху.

Прижимаясь к ней своим горячим, тяжелым телом, он откинул локоны с ее лица и поцеловал чуть ниже уха, там, где челюсть сходится с шеей. Скользя губами все ниже, Леван оттянул ворот ее туники и покрыл поцелуями изгиб ключиц.

Чем больше Саффрон убеждала себя в том, что это неправильно, тем отчаяннее ей хотелось продолжения.

Он был как сверкающий игорный дом, как глоток сауэра с черной вишней, как мрачное пророчество.

И в тот момент Леван принадлежал ей.

Его золотая ладонь скользила по ее телу: по мягкому животу и резким изгибам бедер, по нежной коже на внутренней стороне запястий и жесткой линии позвоночника. Сафф отчаянно жаждала, чтобы он наконец коснулся жара у нее между ног, но Леван никуда не спешил. Он чередовал поглаживания пальцами с легкими, как перышко, поцелуями и касаниями языка, от которых Саффрон пронзало желание.

Она потянулась к нему, но он резко отвел ее руки. Прежде чем Сафф успела почувствовать себя уязвленной, Леван прошептал:

— В прошлый раз весь контроль принадлежал тебе. Теперь моя очередь.

О, проклятие.

— Договорились, — выдохнула она, соглашаясь и капитулируя.

Потянувшись, он взял палочку с подставки на прикроватном столике, а другой рукой перехватил запястья Саффрон и прижал к изголовью. Приподняв бровь, Леван прошептал:

— Et vinculorium.

Тонкая веревка выскользнула из-под полога кровати и связала ее запястья крепким морским узлом. Ее концы обвили резные балки изголовья и натянулись так крепко, что Сафф вообще не могла пошевелить руками.

По ее телу пробежала сладкая дрожь. Нисса тоже знала, что делать с веревками и цепями, но из-за жестокой усмешки судьбы, что подарила этим двоим чувства, которые могли привести только к катастрофе, все ощущалось сильнее.

В ответ глаза Левана вспыхнули.

— Sen evanevesstan.

Вопреки всякой логике, одежда Саффрон сорвалась с тела и упала на пол, оставив девушку обнаженной.

— Sen? — легко спросила она, хотя сердце и стучало молотом в груди.

Он ухмыльнулся.

— Мои намерения далеки от благородных.

Уверенным движением коленей Леван развел ее ноги в стороны и слегка отстранился, покрывая живот легкими поцелуями, от которых по всему телу бежали мурашки.

Когда он губами коснулся ее там, Саффрон закатила глаза, не