Простить, даже когда... - Мария Клепикова
— Только не говори…
— Именно, наш Игорёк — патологоанатом!
— Ни х-х. себе, гонишь!
— Серьёзно, он самый лучший на своём курсе.
— А ты, я смотрю, многодетный папаша — двоих детишек с Инной настругали?
— Не, пока только одну дочку, а это сынишка Наташи — Сергей, — Никита на ощупь нашёл сына подруги и ласково потрепал его по голове. — Помнишь Иннину одноклассницу?
Кирилл посмотрел на сурового темноволосого мальчугана, но никак не мог представить его мать. Никита правильно понял его заминку и поспешил уточнить:
— Ну, такая, маленькая, активная. Ты ещё её мышкой изводил. Она, кстати, здесь работает.
Кирилл вдруг отчётливо вспомнил ту самую «мелкую», вновь перевёл взгляд на мальчика и присел, внимательно разглядывая ребёнка, словно смотря на своё детское фото:
— Тебе сколько лет, пацан?
— Пять.
В голову мужчины стали закрадываться смутные подозрения.
— А ну-ка, проводи меня к своей маме, — Кирилл взял за руку мальца. — Никит, я вас оставлю. Жене привет.
Никита подивился поспешному уходу Кирилла, но подошедшая с пирожками Инна отвлекла его.
— С кем это ты тут разговаривал?
— Ты не поверишь, с Кириллом Прониным из нашей школы, моим одноклассником.
— Погоди, с тем самым хулиганом?
— Почему сразу с хулиганом, подумаешь, по молодости дрался. Сейчас, похоже, остепенился. У нас работать будет.
— А-а. А куда он сейчас направился?
— Так Серёжка его к Наташе повёл увидеться.
— Что? И ты столько молчал? Никита, как ты мог, его остановить надо!
— Да что случилось-то?
— Что случилось? А то, что он — отец Серёжи! — Инна срочно начала набирать номер подруги, но тот как назло не отвечал.
— Твою ж… — Никита не стал продолжать, дабы не сквернословить при дамах. Он знал всю историю Наташи, вот только имени насильника она не называла.
Инна схватила за руку мужа и бросилась на выручку подруги.
Глава 6
Как бы ни хотел Кирилл поскорее увидеть «мелкую», поторопиться никак не мог. С одной стороны он не знал куда идти, с другой не хотел напугать сына. А то, что Серёжа его сын, мужчина не сомневался — сходство у них было просто поразительным, да и по срокам всё сходилось.
Маленький мальчик то и дело поглядывал на здоровенного хмурого мужчину и внезапно остановился. Не ожидая такого поворота, Кирилл упустил ладошку мальчика и по инерции сделал ещё пару шагов вперёд.
— Ты чего остановился?
Серёжа сложил руки на груди и серьёзно посмотрел на мужчину.
— Ты мой папа?
Вот так непосредственно, без всяких наводящих вопросов ребёнок выдал жизненно важный для себя вопрос. И что ему ответить? Кирилл только сейчас узнал, что у него есть сын. Такой маленький, но уже большой. Как ответить не по годам серьёзному мальцу, чтобы не ранить его психику? Но неожиданно для себя, также непосредственно ответил:
— Да, я твой отец.
Мальчик стоял в небольшом замешательстве, а мужчине эти мгновения казались вечностью, и уж совсем неожиданно раздался на весь холл звонкий крик ребёнка:
— Папка, папочка, наконец-то, ты нашёлся!
Здоровенный мужчина упал на колени и заключил в объятия сынишку:
— Сынок, родимый, — слёзы градом покатились из покрасневших глаз, они плакали вместе, не обращая внимания ни на кого.
Звонко цокая каблучками, из-за поворота вышла доктор Наталья Викторовна Архипова, ища на ходу интересующий её анализ. Краем глаза она заметила сидящих, прямо посреди коридора, мужчину и мальчика и собралась было обогнуть их, как…
— Серёжа, что ты здесь делаешь? — удивлённо спросила она. Конечно, какая мать не узнает своего ребёнка? Одновременно на неё уставились две пары тёмных глаз, как две капли воды похожих брюнетов: отца и сына. Кровь отлила от лица молодой женщины. Она, как в замедленной съёмке, взяла за руку сына и потянула к себе.
— Серёженька, пойдём, — Наталья быстро уходила прочь, таща за собой не поспевающего сына.
— Мама, это мой папа, он нашёлся! — ребёнок, как мог, сопротивлялся и упирался ногами, скользя по полу сандалями.
— Это не твой папа, ты ошибся, сынок.
— Наташ, давай поговорим, — Кирилл в пару шагов догнал их и ухватил девушку за кисть.
— Наташа, прости, я звонила тебе, — запыхавшаяся Инна с сожалеющим видом встала недалеко от них, сжимая руку мужа.
Сама доктор Архипова не знала даже, какие испытывает эмоции — всё случилось так внезапно, неожиданно и быстро. Она достала из кармана халата телефон. Беззвучный режим включён — горькая ирония.
— Наташ, давай без сцен. Мы с Инной уведём Серёжу, а вы поговорите, — Никита чувствовал царящее в воздухе напряжение, потому и предложил самый оптимальный вариант.
— Нам не о чем с ним говорить, — слишком резко ответила молодая женщина и вырвала руку из захвата. — Есть, о чём и о ком, — решительно возразил Кирилл, а затем улыбнулся сыну. — Сынок, ты иди с тётей Инной и дядей Никитой, а мы с мамой пойдём, за мороженым тебе сходим.
— Ему нельзя мороженое, у него горло больное, — повела плечом Наталья, язвительно посмотрев на Кирилла.
— Сынок, мы купим пирожное, хочешь? И сок! Какой ты любишь?
— Апельсиновый!
— Апельсиновый. Папа тоже такой любит. Мы скоро, — Кирилл погладил по головке сына и, схватив растерянную Наталью за предплечье, потащил к выходу на улицу.
Девушка едва поспевала за размашистым шагом мужчины, стараясь не привлекать к ним внимание. И только когда они вышли в сквер перед зданием, её прорвало:
— Отпусти меня! Да что ты о себе возомнил?! Ты мне всю жизнь искалечил! Если бы не Серёжа, я давно бы себе вены порезала!
Наталья вновь, как и семь лет назад колошматила здоровенного мужчину, вкладывая в удары всю боль, что накопилась за все эти годы. А он что? Кирилл встал на колени и, прислонившись лбом к её лону, обнял девушку.
— Прости, — прошептал он. — Я знаю, что нет мне прощения, но всё же — прости.
Так хотелось раскаяться за все свои грехи. Кирилл всегда помнил её печальные глаза, когда они последний раз виделись, её взгляд не давал заснуть. Как разбил в кровь кулаки, узнав, что его обманули. Деньги на операцию не перевели, а ему пригрозили заведением уголовного дела. В результате тётка быстро угасла. Через информаторов, он узнал, что изнасилование было заказано самим женихом. И что Наташа была не единственной жертвой афёры лже-комерсантов. После возвращения домой, Наташу никто не видел, она словно канула в лету. Где он её только не искал! Но кто же знал, что брошенная девочка безвылазно жила в своём отделении, денно и нощно даря свою доброту страждущим больным.
Да, он заслужил все её упрёки. Она имела
