Ценные сотрудники - Лиз Уайзман

Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 83

таком случае не рассматривается как наказание и становится «важнейшими разведданными». Если вести себя как музыкант, непрерывно подстраивающий свой инструмент, тем, кому нужна наша работа, не придется жаловаться, что мы фальшивим.

А вы получаете необходимую обратную связь? Вы просите вас направить, чтобы не сбиться с курса? Непрерывные вопросы со стороны подчиненных утомляют менеджеров, но, если спрашивать в подходящий момент (например, когда вы решили попробовать новый подход или чувствуете, что не попадаете в цель), эффект будет обратным. Сотрудник, интересующийся собственным улучшением до того, как ему скажут действовать иначе, облегчает жизнь начальнику и работает все лучше.

Обратная связь при удаленной работе

Когда вы работаете удаленно, легко начать фальшивить: в таких условиях нет обратной связи, которую дают повседневные «разговоры в коридоре», а виртуальные совещания ограничивают информацию, поступающую благодаря языку тела. Поэтому попробуйте следующие стратегии.

1. Сдавая письменный отчет, прибавьте вопросы, подталкивающие его оценить, например: «Что можно изменить, чтобы отчет был еще более информативным?»

2. Делая презентацию или проводя онлайн-совещание, планируйте получить советы до, после и даже во время совещания. Перед тем как приступить, можно спросить: «Какого результата нам важнее всего достигнуть?» В завершение поинтересуйтесь: «Что я упустил?» Предложите участникам давать отзывы в реальном времени через чат или функцию вопросов и ответов. Это даст вам знать, когда следует ускориться, замедлиться или прояснить ключевой момент.

Сосредоточьтесь на работе

Наверное, самая большая проблема с обратной связью заключается в том, что ее воспринимают не как информацию о проделанной работе, а как осуждение исполнителя. Это особенно касается работников интеллектуального труда, чьи результаты часто являются прямым отражением их мыслей и идей.

Когда я решила опубликовать свою первую книгу, «Вдохновители», я чувствовала себя чужаком в этой области: до этого я не занималась писательской деятельностью, если не считать деловых отчетов и длинных электронных писем. К счастью, у меня имелись знакомые писатели, которые были готовы дать новичку вроде меня очень нужную поддержку. Одним из них оказался Керри Паттерсон, блестящий и ужасно веселый автор четырех книг о менеджменте, ставших бестселлерами по версии New York Times. Керри был одним из моих преподавателей в колледже, и я проходила у него стажировку. В качестве менеджера он давал мне задачи «на вырост» и не забывал сообщать, как у меня получается, поэтому я знала, что его отзыв будет бесценен.

Уже на раннем этапе работы я обратилась к Керри, прислушивалась к его мнению и держала его в курсе. Когда я сказала, что пара глав уже готова, он предложил на них взглянуть. Я с тревогой отправила ему текст и была ошеломлена, когда через два часа он мне позвонил (я думала, он ответит через неделю-другую). Он успел прочесть материал, и ему не терпелось поделиться впечатлениями. Я уже не помню всех подробностей того разговора, но мне очень запомнились его фразы: «Ух ты, сразу видно, что вы сделали домашнюю работу!» и «Девушка, да вы можете писать!» Я была вне себя от счастья. В тот момент у него не было времени на подробный разбор, поэтому он предложил мне к нему приехать и пройтись по главам абзац за абзацем. Я запланировала двухчасовую встречу на следующей неделе. Он согласился и попросил меня прислать еще одну главу. «Буду очень рад с вами увидеться», — закончил он. Я отправила главу и через неделю, полная надежд, летела через два штата.

После обмена любезностями мы расположились в его кабинете. На столе уже лежали распечатки трех глав моей книги. Он признался, что не успел ознакомиться с последней главой, и предложил читать и комментировать ее прямо здесь. Когда вашу письменную работу критикуют, это нервирует само по себе, но, если это происходит в реальном времени, это особенно неприятно. Керри немного театрально начал читать текст вслух. Я сидела напротив него. Вдруг до меня начало доходить, что это будет совсем не та веселая беседа, на которую я рассчитывала.

Он прочел абзац, сделал паузу и, подумав секунду, сказал: «Так не годится». Потом он изложил различные изъяны этого фрагмента. Еще через пару предложений он заявил: «Нет, не согласен. По-моему, это просто неправда». Следующие полтора часа он истязал мой текст, как будто меня вообще не было рядом. Я делала заметки и пыталась сохранить душевное равновесие. Замечания были дельные, но это не смягчало боль. Это был не комариный укус; у меня возникло такое ощущение, что меня избивает мой герой. Наконец Керри закончил и поднял глаза, чтобы увидеть мою реакцию. До этого он был поглощен лежащими перед ним листами, а теперь серьезно смотрел на меня, пытаясь понять, оценила ли я его труды.

«Керри, вы знаете, это было очень больно!» — выпалила я. Он расплылся в лукавой улыбке. «Честно говоря, даже не знаю, что было бы хуже. Наверное, если бы вы не только разгромили мою работу, но еще и заставили меня стоять голой на столе», — добавила я в сердцах. Мы от души рассмеялись. Я не могла удержаться и задала вопрос, который казался мне ловушкой: «Где же та “девушка, которая может писать”?» «Я говорил искренне, — мягко ответил он. — Мой отзыв был максимально жестким, потому что ваша работа действительно хороша и заслуживает его».

Уходя из его кабинета, я чувствовала не упадок, а прилив. Я осознала, что пришла сюда с неправильной установкой: формально мне хотелось узнать его мнение, но на самом деле я надеялась еще на одну порцию похвалы и немного советов в качестве дополнения. К счастью, мой мудрый наставник дал мне гораздо более ценный дар: руководство и возможность исправить ошибки. Он вложил в меня время и силы.

Вернувшись на работу, я еще раз проанализировала заметки и переделала текст, учтя мысли Керри не только в тех разделах, которые мы рассмотрели, но и везде, где только могла. Когда книга вышла в печать, я написала ему письмо с благодарностью за то, что он был настолько уверен во мне, что разгромил мою работу (без крупицы жалости, прошу заметить). Он вставил это письмо в рамку и повесил у себя в кабинете. По-моему, это единственное письмо, удостоившееся такой чести.

Керри не давал отзыв обо мне — он критиковал текст.

Если получается отделить себя от своей работы, для работы это только лучше: смещение акцентов позволяет нам перестать защищаться и усвоить больше информации. В каких ситуациях стоит это делать? Если вы хотите быстрее развиваться, исходите из того, что вы — стоящий человек, и сосредоточьтесь на деле. Подходите к обратной

Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 83