Будет страшно. Колыбельная для монстра - Анна Александровна Пронина
Гоша отдернул руку, но было уже поздно, червь растворился. Его исчезнувшее тело открыло дорогу между деревьев. И Гоша снова побежал.
На этот раз туман не застил глаза, а ветки не били по лицу. И ноги уверенно пружинили по лесному насту. Дышать было легко. Но какой-то животный, неуправляемый, необъяснимый страх все равно догонял, касался холодными пальцами кожи, всасывался в кровь, заставлял наращивать скорость, бежать быстрее и быстрее, то нервно оглядываясь, то зажмуриваясь, чтобы не увидеть…
Не увидеть… что?
Гоша поймал себя на этой мысли и тут же врезался головой в какое-то препятствие. Теперь хочешь не хочешь, а придется смотреть.
Лес исчез. Прямо перед ним стояли огромные, словно 16-этажные дома, карты из его колоды Таро. Те самые, которые он успел заметить в раскладе прежде, чем Никита включил свою игрушку: «8 чаш», «Башня», «Шут».
Шут, ну конечно! Карты намекали ему, что сейчас начнется настоящее представление, он будет низвергнут. Из короля положения разжалован в клоуны, в неудачники!..
Шут на гигантской карте задорно улыбался, глядя на Гошу.
– Что ты ржешь? Надо мной? Ты ржешь надо мной?! – Гоша со всей силы ударил по карте кулаком, и она начала рассыпаться у него на глазах, словно кто-то невидимый изорвал ее на множество мелких частей, и теперь ветер уносил эти части в неизвестном направлении.
И тут Гоша услышал смех.
Тонкий-тонкий, легкий, как звон хрустального колокольчика.
Полный ненависти и злобы, Гоша обошел вторую карту с нарисованной башней, вершина которой была разрушена ударом молнии и охвачена огнем. И вдруг увидел… Таню.
Она сидела прямо на земле в белой длинной сорочке, с распущенными волосами, которые перебирала своими тонкими пальцами. «Словно русалочка», – пронеслось в голове у Гоши.
Без сомнения, это ее смех он слышал только что, но теперь Таня молчала и просто смотрела на него своими синими, почти светящими глазами. Смотрела и улыбалась.
– Ты пришла еще раз посмеяться надо мной, да?
Девушка опустила глаза, и улыбка сошла с ее лица. Гоше показалось, что она снова стала похожа на ту робкую и испуганную незнакомку, от которой однажды поздним вечером он сумел отогнать двух гопников.
– Зачем, зачем ты это сделала, Таня? Я ведь…
Тут она встрепенулась, вскочила на ноги и прикрыла ему рот рукой.
«Я ведь это все это мистическое шоу ради тебя затеял», – хотел сказать Гоша, но едва он снова попытался издать хоть один звук, она крепче прижала свою ладонь к его губам. Затем схватила за руку и потащила за собой, за гигантскую карту, возле которой сидела.
Обогнув ее, Таня и Гоша вдруг снова оказались в его гараже. Теперь тут было пусто и почти темно. Свечи горели, как до погрома, устроенного одноклассниками, но со стен исчезли все знаки. Гараж отчего-то напоминал пустой склеп – холодный и мрачный, освещаемый маленькими дрожащими огоньками, словно для какого-то погребального обряда.
– Смотри! – Таня показала ему на странный рисунок мелом на полу гаража. Было похоже, что кто-то пытался нарисовать на бетоне круг, но то ли рука не слушалась этого человека, то ли ему что-то мешало – линия была неровная.
– Что это?
– Это я! – и Таня встала в центр странного рисунка. – Вот, смотри!
В ту же секунду тело ее обмякло, она упала сначала на колени, потом опрокинулась на спину, нелепо раскинув руки.
Рисунок мелом и очертания ее тела совпали.
– Меня убили здесь, – сказала Таня.
– Что? – переспросил Гоша.
– Меня убили здесь. Прямо здесь, в твоем гараже, – спокойно повторила Таня. А на моем теле, вот тут, – она положила руку себе на живот, – нашли карту из твоей колоды. Эту…
Таня шевельнула пальцами, и у нее в руке сама собой оказалась карта Таро. «8 чаш».
– Не понимаю… – Гоша растерянно смотрел на девушку и на карту в ее руках.
– Ты должен найти убийцу, Гоша! Понимаешь? Ты должен его найти! – с каждым словом ее голос становился громче: – Гоша, найди убийцу! Найди моего убийцу! Найди! Найди его!
В ушах заболело, закололо, как было, когда Никита глушил его передатчик в ухе. И Гоша скрючился, упал на пол, зажал голову руками, закрыл глаза.
Найти убийцу
Кажется, впервые в жизни он проснулся от того, что упал с кровати. Сон. Все только сон! Но жуткие видения никак не хотели таять, выветриваться из головы.
Старые электронные часы показывали половину десятого, ровный белый свет заливал комнату, солнца не было видно за окном – небо заволокли холодные равнодушные без единого просвета облака.
Гоша перевернулся на спину, лег на пол, вытянув руки и ноги, попытался расслабиться и отдышаться.
«Что за бред? – вертелось в голове. – „Найди убийцу…”. Наверное, на языке снов это что-то значит. Но что? Таню ведь никто не убивал. Наоборот, это он был растоптан, уничтожен вчера вечером… Вчера вечером…»
Перед глазами снова замелькали смеющиеся лица одноклассников, все мышцы напряглись от того, что захотелось сжаться, собрать всего себя в маленькую невидимую точку, исчезнуть. Под ребрами закололо, он снова вспомнил белые кроссовки, врезающиеся своими носами в его тело.
Как дальше жить? Как смотреть им всем в глаза еще один учебный год – весь 11 класс? Как сдавать с ними экзамены? Ходить мимо них каждый день? Терпеть их издевательства и побои?
Надо Светке позвонить, спросить, как она…»
Но едва эта мысль пронеслась в его голове, как мобильный завибрировал сам. Звонила Светка.
– Гоша! Але? Гоша! Ты там? – ее голос срывался и дрожал, словно девушка была чем-то расстроена и напугана одновременно.
– Я тут, – устало пробормотал Гоша. – Ты как там?
– Гош, там в твоем гараже… Гоша… не может быть, чтобы это ты…
– Что в моем гараже?
Голос Светы в телефоне на мгновение стих, но этой короткой паузы хватило, чтобы Гоша сначала ощутил, как холод пронзает все его тело, а затем ясно увидел перед глазами картину из своего сна: гараж, бетонный пол в подтеках свечного воска и мертвое тело Тани, криво обведенное мелом… Гоша резко сел.
– Тело… там тело?! Да, Светка?
– Да, – ее голос был едва слышен.
– Менты нашли? Думают, что это я? Они думают, что это я, своими руками?! – Гоша неожиданно сорвался на крик… Светка на том