Егерь. Последний рывок - Николай Скиба
Дверь разлетелась в щепки.
Пантера зарычала и пошла к лестнице.
В этот же момент во дворе я ударил Бориса сзади.
Рассчитывал на быстрый разрез. Левая рука пошла снизу вверх, целя в открытый бок Генерала — туда, где туша других тварей разваливалась в одно движение. Правая шла следом, перехватом, чтобы рубануть по горлу.
Лезвие пустоты вошло в грудную клетку Бориса…
И остановилось.
Я почувствовал, что мясо плотнее любого живого мяса, плотнее даже моего хитина. Клинок прошёл всего на ладонь и во что-то упёрся. Кровь Альф уплотнила его мышечные слои до состояния, в котором они стали ближе к камню, чем к плоти.
Борис «улыбнулся». Челюсти разошлись шире обычного.
Костяная лопата перехватила моё левое предплечье, костяные пальцы сомкнулись на хитине — мои собственные пластины пошли трещинами.
Генерал врезал мне в грудь.
Плотности этого удара хватило бы на то, чтобы пробить железную дверь. Защита на грудной клетке треснула крест-накрест, и я почувствовал, как одно из рёбер сломалось. Меня сорвало с места — я пролетел через двор спиной вперёд, и врезался в стену ближайшего сруба с такой силой, что прогнулись брёвна.
Я съехал по стене.
— Кха… — изо рта хлынула кровь. Я закашлялся, грудная клетка горела. Левая рука повисла вдоль тела, хитиновые пластины на ней висели обломками, удерживаясь только на чёрной коже.
Я поднял голову.
Тварь шагнула обратно к избе.
Попытался подняться.
Колени совсем не держали.
В этот момент мне пришло осознание — в прямом столкновении я проигрываю.
Лишь успел подняться на одно колено, когда между Борисом и крыльцом избы вылетела фигура.
Пока я отлетал спиной в стену сруба, Раннер пробил себе путь через двор. Он в полный рост встал перед Генералом, Инферно стоял у его правой ноги, и оба они с холодным спокойствием смотрели на эту четырёхметровую тушу.
Гладиатор положил ладонь на гриву верного зверя.
Я уже видел это движение — в финальном бою с Сайраком, когда Раннер сливался со своим львом в единую форму.
Но Генерал их увидел, сделал один длинный, резкий шаг через двор, и расстояние, которое у нормального бойца забрало бы три прыжка, у Сухого забрало всего одно движение. Борис вцепился в Раннера и оторвал гладиатора от Инферно за секунду до того, как ритуал слияния замкнулся.
Раннера вырвало изо льва ревущим пламенем.
Инферно взвыл. Хозяин тоже закричал. Борис держал его на вытянутой руке — пальцы медленно сжимались на шее гладиатора, словно тварь пыталась запомнить, как именно она его сломает.
Потом Борис размахнулся…
И отшвырнул Раннера через двор.
Тело воина пролетело метров пятнадцать и врезалось в камень у разрушенной южной стены. Я услышал, как сломались кости.
Раннер не пошевелился.
Инферно даже не понял, что случилось — а Сухой уже ударил его своей костяной лопатой.
Удар попал в спину. Лев коротко заскулил и больше не встал.
Тварь развернулась к крыльцу избы.
Я лежал у стены сруба, сплёвывая кровь.
Краем уха слышал, как за соседними домами, отмахиваясь от гулей, хрипит Куц. Слышал, как арбалет Зои бьётся о чью-то костяную башку. Видел, как на моих глазах погиб сокол Майры, а сама она сбежала куда-то в лес. Ополчение умирало, и кто-то начал бежать…
Мои люди до конца держали свои метры земли. Почти все.
А потом гули вокруг нас остановились.
Гнилая масса встала в плотные неподвижные круги вокруг каждой точки сопротивления.
Они нас додавили.
Двор погрузился в тишину.
Я слышал только хриплое дыхание Инферно у крыльца. С южного пролома доносилось чавканье — гнилые челюсти продолжали методично есть тех ополченцев, кто упал и уже давно не шевелился.
Изнутри избы донёсся короткий гортанный рёв пантеры.
Повернул голову в сторону, где остался Стёпа.
Парень лежал на стене, под прикрытием Мираны, в той самой луже собственной крови, в которой я его оставил. Над ними мерцала тонкая плёнка — маскировка запаха Красавчика, который сидел рядом со Стёпой и держал прикрытие на последних остатках своего резерва.
В лазарете все ещё были живы — спасибо Актрисе. Я слышал короткие движения. Тимка, может быть. Лина. Ирма. Ника. Дамир. Григор — если ещё дышал.
Резервов у меня не осталось. Все питомцы вымотаны, стихийной силы почти не осталось.
Часть стаи уничтожена…
Я смотрел на Генерала и понимал, что весь этот двор, и эти стены, и деревня… люди, которых мы сюда привели — всё это сейчас, на моих глазах, забирает у меня одна тварь, которую я не могу остановить.
Сплюнул чёрную кровь на гранит и поднялся до конца.
Ну уж нет…
Я отказываюсь принимать этот факт. И не собираюсь сегодня умирать.
Глава 15
— ГРООООООООООООООООООООООР!!!
Я едва ли стоял на ногах, когда сквозь южный пролом с рёвом влетел трёхглавый зверь.
Туша размером с быка на полном ходу ворвалась во двор, и каждая из трёх голов выбирала себе отдельную цель.
Левая, угольно-чёрная, с глазами цвета остывшего шлака, на бегу выдохнула чёрный туман и накрыла им ближайшую группу гулей. Через секунду оттуда повалились обескровленные тела с пустыми глазами.
Правая голова, с инеем на ноздрях, коротко выдохнула и покрыла десяток гулей ледяной коркой — те застыли в позах последнего движения.
Центральная, с красными прожилками в глазных белках, вязким веером выплюнула обволакивающее пламя прямо в гниющее мясо.
Страж Порога. Аномальное существо. Эволюционный индекс отсутствует.
На спине цербера, в полный рост, с обнажённым торсом, сидел Рик.
Тот самый.
Хорст давно ушёл на Юг, и я, если честно, на его возвращение уже не рассчитывал.
В груди у меня что-то отпустило.
Капитан успел.
В пролом хлынули Южане.
Их было около двадцати. Прямо передо мной скользнула гигантская тварь в три человеческих роста, с роговыми чешуйками медно-красного оттенка. Она нырнула в кладку обрушенной стены и через миг выскочила в десяти метрах позади гуля, выныривая из-под земли как из воды. Сомкнула челюсти на шее твари и утянула её внутрь.
Песчаный Полоз. Уровень 38. Эволюционный индекс — D .
Слева пронёсся конь, его грива состояла из кристаллических осколков, переливающихся радугой. При каждом ударе копыт о гранит он высекал короткие синие разряды — они прыгали на гулей, оставляя в груди дымящиеся провалы.
Кварцевый Скакун. Уровень 41. Эволюционный ранг С.
С крыши соседнего сруба сошёл какой-то огромный жук, с роговым шипом во весь корпус.
