Застрявший в Темном Пальце - Антон Викторович Текшин
Так бы мы и двигались на взаимной паранойе до самого Хэна, не попадись нам по пути чьи-то наблюдатели. Я вполне мог упустить кого-то из виду, но и двух раз вполне достаточно. Добропорядочные имперцы тайком за трактом не следят, если только их не интересуют сами путешественники. Осталось лишь решить — предупреждать ли остальных членов каравана или не беспокоить уважаемых людей?
Поразмыслив у костра, я решил не держать всё в себе. Вряд ли налётчики решатся нас побеспокоить не обладая численным перевесом, и дополнительная помощь нам точно не помешает. Лучше такой бестолковый союзник, чем вообще никакого.
Поначалу Грог вообще не поверил мне, и лишь упоминание световой вспышки смогло хоть как-то развеять его скепсис.
— Сверкнуло, говоришь… — он задумчиво поскрёб щёку чуть выше роговых пластин. — А точно не почудилось?
— У меня очень хорошее зрение, — скромно признался я.
— Рю может разглядеть прыгающую на тебе мандавошку даже с соседнего холма! — добавила Двойка. — Вынь голову из жопы, иначе это за тебя сделают Зеркальщики!
— Я про них не слыхивал уже несколько циклов, — возразил шек, нисколько не обидевшись.
— Потому что живых они не оставляют! Вот я бы на их месте так и делала!
Воитель помолчал немного, переваривая сказанное, после чего кивнул и ушёл к своим, прихватив один из деревянных шампуров с запечённым мясом. Кто-то из охранников сегодня мимоходом подстрелил безобидную на вид зверушку, которая пыталась откусить лапу одному из гарру. Их так и называли — скальные грызуны. Нечто вроде ящера, слегка приплюснутого и покрытого шипами. Издалека зверюга отлично сливается с камнями. Ребята на скорую руку разделали тушу и я решил побаловать их шашлыком, благо у меня имелись рукастые помощники. Одна Изнанка чего стоит. На вкус грызун был почти как страусятина, поэтому остальные участники каравана давились слюной от запаха.
— Приятного аппетита, — пожелал я вслед уходящему шеку.
— Чтоб ты подавился! — буркнула Двойка.
Ну что с ней делать? Над воспитанием ещё работать и работать, но сейчас меня куда больше интересовали упомянутые Зеркальщики.
Как выяснилось, так прозвали одну лихую банду, куда входили в том числе бывшие работники стекольных цехов. Чего в империи хоть завались, так это песка, поэтому даже бедняки могут себе позволить примитивные зеленовато-мутные окна. Вместе с собой мастеровые ватажники привнесли техническую смекалку, и с тех пор налётчики пользовались вполне годной оптикой для отслеживания добычи. Этакий аналог простенькой подзорной трубы. Подобными штуками пользуются дозорные в городах, да немногочисленные мореплаватели.
Я настолько привык полагаться на орлиное зрение, что напрочь забыл, как тяжело порой приходится обычным людям. А ведь расстояние там было немаленьким, особенно с учётом высоты. Вооружённым взглядом обозревать окрестности куда проще, хотя есть шанс выдать себя случайным отблеском. Но его ещё нужно заметить, а когда бредёшь по жаре каждый божий день, внимание невольно притупляется.
А уж ночью, после изнурительного дневного перехода, многие храпят без задних ног. Я бы тоже прикорнул, но разве заснёшь в такой ответственный момент? Нервы звенели от напряжения и неизвестности. Не приведи Окран, заявится по наши души целая толпа, что тогда делать?
Грог вроде бы прислушался к моим словам, но как поведут себя его люди в экстренной ситуации — непонятно. Бойцы устроились кто где, а вот мы закончив хитрые приготовления залегли за двумя крупными валунами, пристроив по бокам животных. Жаль, что холм обладал достаточно покатыми склонами, взбираться по которым можно почти везде. Но такие тут сплошь и рядом, а заводить животных на косогор то ещё удовольствие.
Я решил как всегда сделать ставку на неожиданность, поэтому мы изо всех сил имитировали мирную ночёвку. Никакой подготовки к осаде — покой и тишина. Хотя многим пришлось несладко, лёжа в полном боевом облачении. Кто считает, что ничего страшного в этом нет, ведь в кино средневековые воины не переодеваются в лагере, пусть разок вздремнёт хотя бы в относительно удобной кольчуге. Удачи.
Первая половина ночи прошла в тревожном ожидании. За это время успела сойти с небосклона Старшая сестра, освещавшая округу не хуже прожектора, а следом за ней к горизонту принялся клониться и узкий серп Младшей. Тьма понемногу начала густеть. Я уже отлежал себе весь бок в тесноте без своей любимой ортопедической подушки, поэтому готов был завывать на уходящий месяц на зависть любому волку. Но тут внизу послышался подозрительный шорох. Наконец-то!
Губы против воли растянулись в улыбке. Приятно быть правым, но живым и здоровым — ещё лучше.
Ребята обменялись друг с другом энергичными тычками, взбадривая тех, кто всё-таки умудрился прикорнуть, и принялись лежать дальше. А чего дёргаться раньше времени? Стекольщики вот никуда не торопились, тихонечко беря стоянку в кольцо. Разумеется, не всем скопом. Вперёд выдвинулись опытные лазутчики, для которых ночь не помеха. На них возлагалась важнейшая задача — вынести постовых. Желательно, вперёд ногами.
И пусть дежурные в такой час обычно клюют носом, налётчики решили не рисковать и действовать наверняка. Дружные хлопки арбалетов слились практически в один залп, вот это выучка! Торчащие на вершине холма фигуры моментально ощетинились болтами, рухнув кто куда. Уже на этом этапе караван мог лишиться сразу шестерых бойцов, однако весь удар на себя приняли пугала. По крайней мере, я надеюсь, у Грога хватило ума не разбавлять их настоящими.
Мау при помощи слуг и такой-то матери смастерил несколько простеньких деревянных вешалок, на которых нацепили лишнюю броню, шлемы и закутали в плащи. Нам лишь оставалось двигать их иногда, поддерживая иллюзию живых людей. При свете дня обман вскрылся бы ещё у подножья, однако ночное зрение иногда может подвести своего обладателя. Всё из-за отсутствия красок и привычной чёткости картинки. Мозг начинает самостоятельно дорисовывать недостающие детали, убеждая сам себя. Недаром ведь говорят, что у страха глаза велики.
Каждый видит то, что хочет.
Я вот поднявшись, разглядел неподалёку несколько замерших фигур. Они никак не ожидали, что подорвётся разом весь лагерь, да ещё и при оружии. Заряженном.
Вот вы где, голубчики!
Целиться одной рукой из арбалета практически цирковой фокус, но валун любезно подсобил с упором. И оружия, и меня самого. Мне осталось только слегка корректировать положение агрегата, наведя его на одного из лазутчиков с угловатым орудием в руках. Стрелки — самые опасные противники, особенно если владеют ночным зрением. Первый поймал болт грудью, опрокинувшись
