Эволюционер из трущоб. Том 18 ФИНАЛ - Антон Панарин
— Вяч, мне нужна информация, — сказал я, но пояснять не пришлось.
— Вы о покушении на Императора? — спросил Вяч.
— Как всегда, в точку. Что слышно?
— Маловато времени прошло, чтобы всплыло что-то конкретное. Однако уже неделю в аристократических кругах мусолят слух, что граф Филатов и барон Шипилов подстрекают аристократию к измене. Не в открытую, разумеется. Просто ведут крамольные беседы, ищут недовольных, попутно вербуя самых отмороженных наёмников.
— Я тебя услышал. Спасибо, Вяч, — сказал я и, положив трубку, убрал телефон в карман.
Повернувшись к Артёму, я широко улыбнулся:
— Тёма, накрывай на стол. К нам едут гости.
Артём нахмурился:
— Чего? Какие, нахрен, гости?
— Граф Филатов и барон Шипилов. Думаю, они будут рады нанести визит Императору, на которого совсем недавно совершили покушение.
Азраил, стоявший рядом со мной, зарычал и выпустил струю чёрного дыма из ноздрей. Воздух моментально наполнился ароматом серы.
— Попроси своего питомца так больше не делать. Вонища жуткая, — скорчившись, произнёс Артём. — А что до гостей, то я приглашу их. Однако умолчу, что барон и граф станут главным блюдом на столе. — Артём зловеще улыбнулся.
А я лишь кивнул, соглашаясь с его мыслями:
— Пора напомнить аристократии, что измена карается смертью.
Спустя три часа во дворец прибыли гости. Граф Филатов и барон Шипилов въехали через главные ворота на роскошных бронированных автомобилях в сопровождении вооруженного кортежа. Взяли они с собой ни много ни мало, а двадцать магистров, по десять на каждого аристократа. Все в чёрных деловых костюмах и с надменными мордами.
То, что эта парочка так скоро заявилась в гости, намекало на то, что они чувствуют за собой грешок. Вопрос только, какой именно? Если Вяч прав, то два десятка магистров, которых они взяли с собой, должны закончить начатое в случае если Император наступит аристократам на мошонку.
Я стоял у окна тронного зала, наблюдая, как процессия входит во дворец. Улыбка сама собой возникла на лице, и я спросил в пустоту:
— Интересно. Почему на мирную встречу с Императором взяли двадцать боевых магов?
Артём стоял рядом, скрестив руки на груди:
— Думаю, они подозревают, что их позвали не на ужин, а на казнь.
— Скорее всего, — усмехнулся я.
Дверь тронного зала распахнулась, впустив внутрь графа Филатова и барона Шипилова. Филатов, мужчина лет шестидесяти, седые волосы зачёсаны назад, борода аккуратно подстрижена, дорогой камзол расшит золотыми нитями. Шипилов моложе, лет сорока пяти, тёмные волосы с проседью, лицо угловатое, взгляд хищный. За ними молча вошли и магистры. Магистры выстроились в сумраке, прижавшись спиной к стенам и замерли словно статуи.
Артём радушно улыбнулся и развёл руками в стороны:
— Граф Филатов! Барон Шипилов! Благодарю, что столь быстро прибыли по моему приглашению. Прошу, присаживайтесь. Обед уже готов.
В центре зала стоял длинный стол, уставленный блюдами. Жареная дичь, печёный картофель, свежий хлеб, графины с вином. Слуги стояли в стороне, готовые подать всё, что потребуется.
Филатов и Шипилов переглянулись, подошли к столу и сели напротив Артёма. Магистры остались у стен, держа руки на оружии. Слуги молниеносно налили вина в четыре бокала, протянув два из них гостям:
— Прошу, пейте. Вино отменное, из погребов покойного Императора, — произнёс Артём, отслеживая реакцию аристократов.
Филатов взял бокал, понюхал и сделал глоток. Шипилов, помедлив, последовал его примеру. Отставив бокал в сторону, Филатов спросил:
— Ваше Величество, позвольте узнать, почему именно мы удостоились чести отобедать, наслаждаясь вашим обществом?
Артём отпил вина, поставил бокал на стол и пристально посмотрел на аристократов:
— Есть один вопрос, который я хочу обсудить именно с вами. — Повисла тишина. Аристократы напряглись, а Артём не спешил продолжать. Он выдержал театральную паузу, сделал ещё глоток вина и, улыбаясь, спросил. — Скажите, граф Филатов, барон Шипилов, всё ли вас устраивает в правлении нового Императора?
Филатов и Шипилов переглянулись. Филатов сложил руки на столе и расплылся в радушной улыбке:
— Всё отлично, Ваше Величество. Вы прекрасно справляетесь. А почему вы задаёте такой странный вопрос?
Артём внезапно посерьёзнел, однако продолжил улыбаться, хотя теперь улыбка не касалась его глаз:
— Ходят слухи, будто вы готовите переворот. Собираете недовольных аристократов, вербуете наёмников. Я хотел бы услышать ваше мнение на этот счёт.
Шипилов вскочил со стула и ударил кулаком по столу:
— Это клевета! Грязная ложь! Кто посмел такое сказать⁈
Филатов протянул руку, останавливая своего вспыльчивого товарища:
— Спокойно, барон. Присядьте, — голос Филатова лучился спокойствием.
Шипилов нехотя сел обратно. Филатов посмотрел Артёму в глаза и улыбнулся.
— Ваше Величество, нынче на наших землях много недругов, которые хотели бы разжечь смуту и устроить гражданскую войну. Вот и распускают слухи, пытаются поссорить верных аристократов с их правителем. На самом же деле, мы с бароном невероятно верны своему Императору. Когда вы одолели Романова и освободили Империю от демонического гнёта, мы с Шипиловым открыли бутылочку шампанского за ваше здоровье. Уверяю, вы не найдёте более благонадёжных людей, чем мы.
Артём кивнул, улыбаясь:
— Рад это слышать. Я-то даже не сомневался в вашей верности. Но вот мой друг… — Артём посмотрел на меня и продолжил. — Он любитель перестраховываться. Думаю, вы знаете, что Михаил Константинович Багратионов — абсолют. Так вот. Он не просто абсолют, но ещё и владеет Ментальной магией. Настоящий виртуоз в этом деле. — Артём сделал паузу, наблюдая, как побледнели лица аристократов. — Вы не против, если мы прямо сейчас изучим ваши воспоминания? Сами понимаете, времена неспокойные. Необходима предосторожность.
Филатов застыл, делая хорошую мину при плохой игре, а вот у его друга нервишки окончательно сдали. Шипилов вскочил, и его рука молниеносно потянулась к клинку, висящему на поясе. Увы, я оказался быстрее. Швырнув вилку, я использовал пространственный обмен и очутился за спиной барона.
Мой кулак обрушился вниз с чудовищной силой. Удар пришёлся по темени, расколов череп, как яичную скорлупу. По залу разлетелся хруст ломаемых костей, а мозги брызнули во все стороны, попав на стол и лицо Филатова. Тело Шипилова дёрнулось и обмякло, рухнув под стол. Кровь хлынула из разбитого черепа, заливая персидский ковёр.
Глаза Филатова расширились от ужаса. Он понял, что пробил его смертный час, а посему нужно идти ва-банк. Вскочив, он закричал, срывая глотку:
— Прикончите их! Немедленно!
Двадцать магистров дёрнулись, но к оружию не потянулись. Просто продолжили стоять словно статуи.
— Вы оглохли⁈ Убить Императора! Во имя рода Романовых! — гаркнул Филатов, свирепо глядя на магистров.
Я усмехнулся и поднял руку, развеивая магию Теней, которой только что удерживал
